Ну как уйти теперь, когда повис на острие кинжала мир, за благополучие которого ты проливал кровь, ночами корпел над бумагами в поисках верного решения, до потери пульса спорил с людьми на заседаниях, служил правой рукой, разумом, голосом и одновременно жилеткой сходящему с ума Королю? Как бросить юного неопытного принца Савиэля? На кого оставить девочку со стальным стержнем внутри, но ещё такую уязвимую снаружи? А, Кружевница?!

  Проклятая подошла и тоже уставилась в огонь.

  - Плохо думаешь, остроухий, невкусно.

  - Не лезь не в своё дело, демон.

  - Демоница, - спокойно поправила та, на этот раз почему-то не разозлившись на намеренное унижение. - Ты не должен умирать. Я не хочу, чтобы росинка огорчалась.

  - Она - не твоя забота, демон.

  - Верно. Она твоя забота.

  - Если в тебе есть хоть капля человечности, оставь меня в покое.

  Красноволосая ушла, но на лестнице задержалась.

  - Я не позволю тебе огорчить росинку - запомни это.

  Криво усмехнувшись, Шантэль с силой сжал виски: голова просто раскалывалась. Да и нога опять разнылась. Ещё и демоны в няньки набиваются... А какое дело проклятой твари до старого эльфа, который и на пороге скорой смерти будет презирать и ненавидеть всех исчадий Бездны так же, как сейчас? До девочки, искренне считающей её своей подругой? Почему возится с алхимиком в поисках несуществующего философского зелья? Зачем лечит раненые человеческие души, хотя за каждую расплачивается собственным драгоценным телом? Ведь порождения Бездны не умеют любить, не умеют дружить, заботиться о других и не способны быть благодарными. Иных демонов Шантэль не встречал.

  Он не заснул, даже не задремал, а просто впал в полутранс, когда явь мешается с небылью, и ты балансируешь на границе, ещё не выбрав, куда сорваться. Из этого состояния л"лэрда вывел шум снаружи. За плотными шторами грохнуло рыжим, и эхом:

  - А-а-а!!!

  Шантэль набросил гордон и вышел на улицу с мечом наголо. Было светло и отчётливо пахло гарью. Жильцы осторожно выглядывали из-за штор, иные бестолково, с криком носились по улице; от сине-зелёно-белых мундиров городской стражи рябило в глазах. Двое стражников протащили мимо рычащего, упирающегося парня, заломив тому руки за спину: в сполохе мелькнуло перекошенное от злобы и боли зеленоватое лицо полуорка. Группа в тёмных одеждах, воровато прокравшись вдоль ограды и обождав, пока вблизи избранного дома не останется никого в мундире, выскочила на дорогу; две бутыли с зажигательной смесью пробили стекло - из окон с рёвом плеснуло пламенем, заглушив душераздирающий женский визг. Стражники побежали туда. И это на Восьмом Лепестке, где теперь проживала ученица, было относительно спокойно, а вот на Седьмом, отведенном для магов, творилось огненное светопреставление. В остальных частях города, вроде, ничего не происходило.

  Шантэль остановил человека в мундире.

  - Что случилось?

  - Беспорядки в городе. Прошу вас, л"лэрд, вернитесь в дом и запритесь.

  - Хорошо.

  Один из домов напротив вспыхнул, как свечка, с порывом ветра язык пламени перекинулся на крышу к соседям...

   По дороге странной, дёрганой походкой двигался человек, точно марионетка, управляемая безумным кукловодом. Человек размахивал руками, тряс патлатой головой и кричал неожиданно сильным звучным тенором:

  - Дева и Волк вернутся и спасут наши души! Ждите спасителей! Взывайте!!!

  Шантэль вернулся в дом. Сударыня Трисса стояла у занавешенного окна, катая в одной руке два серебристых шарика, а другой отрешённо поглаживая водяного духа Лея, в облике выдры сидящего на кадке с ощетинившимся миелл-тьярром Йожиком. Остальные домочадцы устроились на полу у потушенного камина. Эльф тронул ученицу за плечо.

  - Завтра утром вы переедете в Силль-Миеллон, в мой особняк. Там безопасно, да и возможности практиковаться будет больше.

  - А моя семья?

  - Ваш брат поедет с вами.

  - Я имела в виду всю семью. Вместе с Верреей, Метисом, Леем и Йожиком.

  Л"лэрд покачал головой.

  - Я не могу привести демона в наш лес. Даже сейчас если кто-нибудь из моих сородичей узнает, что я покрываю... - Шантэль запнулся, - Веррею, меня отправят за Серую реку как клятвопреступника, несмотря на заслуги перед Ветвью. Вы этого хотите?

  - Нет, конечно. Но я без семьи не уеду.

  - Сударыня... Триш...

  - Я. Семью. Не брошу.

  Неожиданно для самого себя Шантэль улыбнулся.

  - Наверное, из-за этого упрямства я в вас так уверен.

  Они подсели к остальным, прислушиваясь к грохоту взрывов и крикам в ожидании, когда придут и за ними.

  Той ночью был совершён ряд поджогов, причём, в первую очередь жгли дома магов, участвовавших в давешней стычке с орками. Также произошло событие, всколыхнувшее равеннскую общественность всех сословий от мала до велика. Болт наёмного убийцы нашёл свою цель.

  ГЛАВА 6

  Утром тридцатого лютня Алесса решила встать на заре, но вместо петухов её разбудил запах жирной, удушливой гари.

  - Пожа-ар!!!

  Подхватившись с постели и набросив халат, она рванула на себя дверь в кухню. О, Боги! Да все девушки мира продали б душу, лишь бы одним глазком полюбоваться на действо, развернувшееся пред очами Алессы из леса.

  Арвиэль Винтерфелл, гвардеец Его Величества, пёк блины. С обнажённой спины грифон патриотично и сурово взирал на кружевные завязки передника, наспех сплетённая коса без ленты наполовину распустилась.

  - Шедевр!

  Аватар подбросил блин, поймал и обернулся. Передник был Мартин, с вишенками.

  - С добрым утром! Ты бы подождала в зале минут десять, а то я тут надымил.

  - Ну уж нет! Для меня процесс не менее важен, чем результат! - Алесса уселась на табурет и королевским жестом вытянула левую руку, демонстрируя золотую змейку с рубиновыми глазками и агатовым воротником, уютно обвившую запястье. - Что это?

  - Подарок на день рождения. Надел, пока ты спала.

  - Так день рождения сегодня у тебя!

  - Я и сделал подарок себе. В этот день ты просто не можешь отказать мне в маленькой просьбе никогда не снимать браслет, даже если к платью не подойдёт, - короновав румяную стопку свеженьким блином, Вилль смазал сковороду.

  - Ни за что это чудо не сниму! Это - талисман? - Алесса зачарованно разглядывала змейку. И впрямь, чудо: вечером не было, а с утра появилось, и науми даже не почувствовала, как Вилль надевал браслет!

  - Аватары не дарят просто безделушки тем, кого любят. А я, кажется, влюбился по кончики ушей!

  Девушка измерила восхищённым взглядом величину аватарьей любви и решительно приступила к первому пункту сегодняшнего расписания.

  - С днём рождения-а-а!!! - она с наскока запрыгнула на аватара, и тот, покачнувшись, едва не уселся в сковородку. Расцеловала в обе щеки, символично подёргала за уши, пару раз умышленно сбившись со счёта.

  - Двадцать четыре года! Ох, Пресветлая, ещё вчера я был так молод! - с трагическим пафосом вздохнул парень.

  - Дурашка ты моя!

  - Да, я твой самый дурашливый на свете... блин!!!

  - Чего?!

  - Горит!

  Вилль ошибся. Блин уже сгорел, а сковорода стала профнепригодна. Клятвенно пообещав отдраить испорченную посуду, аватар допёк блины на другой. Алесса восседала на табурете, одетая в легкомысленный халатик "с кружавчиками", длиной больше похожий на блузку, и чувствовала себя императрицей. И никакие дворцовые пиры не сравнятся с завтраком на крохотной кухоньке, потому что готовил его... В общем, эпитетов подобралось море, один другого вкусней.

  Кулинарные таланты Вилля всё же имели пределы, и торт взяла на себя Марта, заручившись поддержкой "дворцового дегустатора" Симеона и Феодоры, дома у которой и готовили. А здесь, на светлой кухне аптеки, царила весёлая суматоха: строгалась солонина и копчёности, рубились салаты, запекались рулеты, настаивалось в пряностях мясо. Гостей пригласили к полднику, и, традиционно боясь не успеть, парочка оборотней суетилась, сшибалась друг с другом и с мебелью, препиралась по мелочам, вроде того, чем лучше украсить салат - петрушкой или кинзой, благо, и то, и то зеленело на подоконнике. Это было так по-семейному, что поневоле Алесса задумалась о благоустройстве их будущего загородного гнёздышка, желательно, подальше от столицы. Вилль "подслушал" и возмутился: