- Укушшу... Всех порешшу... - грозил Симка полчищу воображаемых мышек-оборотней.

  Явственно пахло валерьянкой. На полу там и сям валялись обрывки кружев, похожих на тонкую паутинку, лежал треснувший по швам шёлковый халат да пара туфелек. В углу валялась перевёрнутая мышеловка.

   Всё встало на свои места.

  ГЛАВА 2

  Ей снилась заря. Безупречно чистое новорожденное небо, омытое прозрачными лучами ещё дремлющего за горизонтом солнца, светлая полоска луга, переходящая в лиловый лес, и синь Вилейки. Реки, близ которой Алесса росла, где удила рыбу, ловила раков, купала младшего брата Лешку - сына Венимира и Мелиссы, некогда взявших к себе младенца-оборотня. Семья... Разве семья может быть неродной, если в ней правит любовь? Сейчас девушка привела на водопой Ириску, но почему-то старая кобыла упрямилась.

  - Иди же, глупышка, пей!

  Лошадь посмотрела на хозяйку из-под чёлки и с мрачным достоинством ответила:

  - Спасибо, воздержусь.

  Алесса открыла глаза. Вилль сидел на краешке кровати, ссутулившись, будто всю ночь колол дрова, а не смотрел волчьи сны. Глаза у него были усталыми и немного сердитыми.

  Кошка-память начала безжалостно подкидывать воспоминания: кружевной пеньюарчик, планы на ночь, чулан... ВАЛЕРЬЯНКА!!! Кажется, пантера хотела порадовать солнышко блинчиками, но в холодной воде мука не размешивалась, и пришлось подогревать, потом лапу обожгла и вышла остудить в снегу. Дальше - провал.

  - С добрым утром! - придерживая сползающее одеяло, Алесса потянулась чмокнуть Вилля. Тот подставил щёку с таким видом, словно делал одолжение. - А чего ты такой сумрачный?

  - У меня была незабываемая ночь и сумрачное утро. Рад, что для тебя оно доброе.

  - И... чем мы вчера занимались?

  - Ты налакалась валерьянки и орала пьяные песни на крыше, в доме буянила с Симкой напару, а я потом убирал. Лучше ответь, что это ты в кастрюле такое занятное намешала?

  Это с чего бы ей буянить?! Было же так хорошо!

  "Он сердится, потому что мы выловили не всю скорлупу из теста!" - догадалась пантера.

  - Это я хотела испечь тебе блинчиков ... - мурлыкнула девушка.

  - Из крахмала, - уточнил Вилль. - Надо полагать, на очереди сапожное жаркое под восковой стружкой.

  - Виллюшка, а ты мне блинчиков испёк?

  - Прости, не успел. Я закончил убираться полтора часа назад, а встал только что. Тебя еле-еле поднял, а Симку вообще не добудишься, все руки мне расцарапал. И вчера - тоже, когда я пытался его из чулана забрать. Ладно, собирайся, если ты не передумала, - натирая переносицу, Вилль пошёл на кухню.

  Он сказал "встал", а не "проснулся", так спал ли вообще? Алесса потянулась и, забросив руки за голову, игриво поинтересовалась:

  - Вчера правда ничего такого интересного не было, а?

  - Было. Например, мне было очень интересно, кто из вас двоих додумался заткнуть мышиную нору огурцом и законопатить щели капустой, - спина Вилля заметно напряглась, тем не менее, отвечал он сдержанно: - А кто - в буквальном смысле "топил" масло в ведре с замоченными полотенцами.

  - Солнышко, я не об этом...

  Неожиданно парень развернулся, вцепившись в косяк с такой силой, что ногти побелели. Глаза полыхнули жёлтым.

  - По-твоему, я - порядочный гвардеец или порядочная свинья?! По-твоему, я могу поступить с тобой бесчестно?! Или с твоей семьёй?! А?!!

  Непросто было не рявкнуть в ответ, но Алесса сдержалась. Если с утра поцапаться на пустом месте, то весь день пойдёт кошке под хвост.

  - Моя семья - это вы с Симкой, Марта и мама с папой, - возразила она. - Я имею в виду Мелиссу и Венимира, а не этих... родителей. И не повышай на меня голос.

  - Его Величество и Ярини любят тебя, - спокойнее и холоднее ответил Вилль.

  Девушка пожала плечами.

  - Может, и я когда-нибудь к ним привыкну. Но только если они смирятся с тем, что я не принцесса, а лекарь.

  - Для них ты, в первую очередь, дочь.

  Аватар окончил разговор, прихлопнув дверью четыре вмятины от пальцев на дубовом косяке.

  Не смирившись, науми запустила в дверь подушкой. Тщетная попытка самоутвердиться - снаряд даже не долетел.

  Пока девушка одевалась, Вилль вскипятил чай и пожарил омлет без скорлупы. Что ж, один ноль в его пользу. Обжигаясь, Алесса проглотила нежный золотистый кусочек. Умм, вкуснятина!

  - Недосолил.

  - А ты рассольчиком запивай, заодно похмелишься, - почти серьёзно посоветовал Вилль.

  По дороге на кладбище окончательно помирились.

  Место вечного упокоения находилось на лесной опушке чуть дальше северной окраины города, и вела туда дорожка, проторенная в снегу почти по колено. Корабельные сосны полукольцом обрамляли погост, будто скорбно замершие над могилой родичи, и их причитания далеко окрест разносились с порывами ветра. С первыми лучами тепла зацветали подснежники, в первозвоне распускались ландыши, а летом нежные весенние цветы сменяли яркие, сильные бессмертники, застенчивые ромашки, фиалки, васильки. Здесь не пахло смертью, здесь пахло хвоей, пыльцой и солнцем. После разупокоения кладбища прошлой зимой его восстановили внешне, но горожане знали, что большинство могил пусты. Сейчас, без цветов и трав, было пусто и на земле. Прежними оставались лишь шепчущие сосны да бессовестные вороны, не боявшиеся тревожить покой усопших.

  К могиле Берена Грайта шла свежая тропка, значит, Марта была у него совсем недавно. Вилль поднял упавшую на бок рюмку, наполнил заново, покрыл ломтём ржаного хлеба, выложил в мисочку гречневую кашу. Выкопав ямку в снегу, опустил в неё кисет и замер, вспоминая, всё ли по обряду сделал?

  - Трубку-то я ему в ноги положил, а вот про табак забыл... - он как будто оправдывался.

   - Теперь всё в порядке.

  Алесса положила ладонь на плечо своего аватара. Они действительно сделали всё, что полагается, но в сумке ещё оставались вчерашние сладкие пироги, кулебяка в коробке, чтобы не помять, и дорогой столичный мёд в бурдюке, притом, не просто кожаном, а расшитым старинным красно-жёлто-зелёным орнаментом. Зачем всё это, Вилль не объяснял, отшучивался.

  Поднявшись, он обернул просветлевшее лицо.

  - Знаешь, вы правы.

  - Кто и в чём?

  - Вы, люди. Что имеем, не храним, потерявши - плачем.

  - Я - не человек! - фыркнула науми. Теперь девушка знала, что первые метаморфы были обычными людьми до того, как три сотни лет назад Одарённые попытались сделать из них сильную, выносливую и послушную дружину, которую можно противопоставить небесному флоту аватар. Эксперименты над себе подобными так ужаснули Магию, что она покинула Скадар; большинство новообращённых сохранили собственное "я" и также удрали подальше от мучителей, в Неверру, где благополучно осели и обзавелись потомством; аватары и имперцы совместными силами отстояли Равенну, наголову разгромив вторженцев. После того, как был подписан Поднебесный союз между севером и югом, Одарённые уничтожили "своих" оборотней, а беглецов объявили тёмной нечистью - жестокими злокозненными тварями. Император Аристан присвоил метаморфам статус и права свободной расы, и Алесса искренне гордилась этой строкой в фамильном листе равно как и кошачьей половинкой своей сущности.

  Человеком она себя не считала.

  - Берен сделал всё для меня, а я взамен - ничего, - покаянно сказал Вилль. - Переехал от него в свой дом, как только смог зарабатывать, и даже не поинтересовался, а не скучает ли Берен по мне? Он ни разу не назвал меня сыном, но относился ко мне лучше, чем иные отцы к родным детям. Единственное, чем я смогу отблагодарить его теперь - вернуть шпагу. Идём.

  - Куда?

  - Ты когда-нибудь будила медведя зимой?

  - Н-нет...

  - Мы не станем этого делать, но хозяин вряд ли будет рад гостям больше, чем разбуженный зимой медведь.