— Рэй! Ты куда? — Кричит запыхавшаяся Кристен, не понимая, почему я развернулся и побежал в обратную сторону.

Мелани!

Мелани там. И ей плохо.

Я бегу по пустой улице под холодным светом фонарей. Через пару домов в темноте на газоне вижу странную пару, готовую заняться любовью. Я готов их проигнорировать, брезгливо отвернувшись. Химеры такие — они не стесняются ничего и никого, готовые отдаваться своим низменным желаниям. Но чем ближе, тем четче становилась картина и ощущение нездоровой слабости. И только через пару мгновений понимаю, что парень с девушкой вовсе не занимаются сексом — они борются. Пока не слышу зов со стороны еле отбивающейся девушки: «Рэй». Насильник наваливается на жертву и, на секунду отклонившись, отчетливо позволяет разглядеть профиль бледной Мелани.

— Мерзавец! — Я подлетаю и за шкирку оттаскиваю эту тварь от Мелани. Любимая лежит, закрыв глаза, и не двигается. Теперь я не чувствую ничего с ее стороны — мой дар не реагирует на нее. Становится так страшно, что будто у меня душу вынули. — Что ты с ней сделал? ЧТО ТЫ С НЕЙ СДЕЛАЛ?

Я трясу его за грудки, но парень противно щерится на мой вопрос. Нет! Не может быть.

— ЧТО ТЫ С НЕЙ СДЕЛАЛ?

Я бью его в лицо, чувствуя, как болезненно разбивается мой кулак о его зубы. Но тварь хохочет своим кровавым ртом. Твою мать! Он мало того, что без души, так еще и под наркотиками.

— Ruit! — Парня прибивает к земле. Из его рта текут слюни. Резкий запах пота, крови и травы.

— Ego sum minister. Ego vocabo eos exercitus*… - Подонок начинает призывать демона, обладателя своей души. Он хрипит, пытаясь продолжить, но я зажимаю ему рот с фразой: «Exsurgat Deus et dissipentur inimici ejus!*» — и Химера затихает.

— Оденкирк! Что за?.. — Кристен кричит сзади, подбегая ко мне. Я же подлетаю к Мелани, которая все также бездвижно лежит на земле. Отмечаю, что она одета, хоть майка и задрана, значит, эта тварь не успела ей ничего сделать.

— Мелли! Мелани! — Я трясу ее за плечи, беру лицо в ладони, но она не отвечает. Дышит. Но не отвечает. — Милая, ответь!

Я пытаюсь сканировать ее тело на наличие внутренних травм. Но ничего. Она просто без сознания. Хотя помню её болезненное состояние.

— Что ты с ней сделал? — Я снова кидаюсь к этому ублюдку, который пытался ее изнасиловать. Хватаю за грудки и хриплю: — Exprimimus!

— Рэй! — Взвизгивает Кристен.

Моя магия, усиленная ненавистью и злобой, начинает сжимать его горло. Я наблюдаю, как краснеют его глаза, как вздуваются вены на шее. Пару секунд и он будет труп.

— Ruit! — И меня отшвыривает от него. Кристен оттолкнула в тот момент, когда к нам подбежали Кэтрин, Сара и тот парень с цветной челкой.

— Эй! Чувак! Че творишь? — Пацан кидается к Мелани и замечает ее расстёгнутые джинсы. — Твою мать!

— Он пытался ее изнасиловать! — Орет Кристен на Химеру, указывая на ублюдка, прибитого моим заклинанием к асфальту.

— А ты какого хрена тут? — Взрывается парень с челкой на Деннард.

— Я с ним! — Она кивает на меня. Парень переводит взгляд то на меня, то на Кристен, и снова кидается к Мелани.

— Отойди от нее! Она моя! — Я пытаюсь прорваться сквозь заклинание Деннард и подняться с земли. Но не могу. Сильно держит.

— Не твоя она!

— Что здесь происходит? Кто-нибудь может объяснить? — Кэтрин с Сарой стоят и пытаются вникнуть в суть происходящего, и почему все орут. Они вертят головами, как Янусы, почти синхронно и с одним выражением лица.

— Этот ублюдок пытался ее изнасиловать. Оденкирк его оттащил. А тут он подбежал. — Кристен кивает на парня с челкой, который лапает Мелани, пытаясь понять — цела ли она или у нее есть повреждения.

— Она мне вверена женихом! Вашу мать! Савов мне башку оторвет за нее.

Я скрежещу зубами, понимая, что скорее я Савову оторву голову за то, что допустил такое!

— Ты, придурок, не мог держать свой член при себе? Вечно тебе больше всех надо! — Парень кидается к насильнику и просто кладет руку на его ногу. И тот взывает так, будто ему ногу ломают.

— Эээ! Парень!

— Прекрати!

— Дэвид!

Три девушки тут же кидаются на помощь Химере, оттаскивая парня с челкой.

— Вы знакомы? — Я удивляюсь на то, что Кристен назвала по имени поручителя Савова.

— Ну да… Это мой брат. — Ученица тушуется, а я закатываю глаза, еле сдерживаясь, чтобы хорошенько не выругаться. Ну просто здорово! День встреч, знакомств и воссоединения семей!

— Что будем делать? — Кэтрин поворачивается к Саре. — Нарушений, как таковых, нет. Он не успел ничего сделать. Девушку ведь спасли!

— Сдадим в Сенат для наказания за превышение сил Инициированного к смертной.

— Только не отпускайте этого ублюдка! — Я подаю свой голос, глядя на Мелани, которая все так же лежит на газоне. Боже! Я даже подойти не могу. — Кристен! Отпусти меня, черт возьми!

И Деннард отпускает заклинание. Я тут же поднимаюсь на ноги и иду к Мелани, застегиваю на ней джинсы и поправляю майку, пытаясь справиться с ненавистной мыслью, что ее лапала какая-то скотина. После чего беру любимую на руки. То ли мне кажется, то ли я отвык, но Мел весит еще меньше, чем раньше. Практически невесома в моих руках. Довели! Стараюсь прижать любимую к себе плотнее. Ее аромат окутывает меня. Хочется зарыться носом в волосы, в которых запутались травинки, и бежать отсюда, как можно дальше, чтобы никогда не отпускать.

— Эй! — Орет на меня Дэвид. — Зачем ты ее взял?

Я стою с Мелани на руках, понимая, что не могу ее забрать, но и не могу им доверить! Это выше моих сил.

— Рэйнольд, тебе нельзя. — Кристен становится рядом и шипит рассерженной кошкой, чтобы никто не слышал кроме меня.

— Я знаю. Но, Кристен, я не могу ее оставить тут!

— Чувак! Это не твоя смертная!

— Заткнись, Дэвид! — Кристен орет так, что вызывает удивление у всех окружающих, как из такого тощего тела может вырываться такой громкий звук.

— Ладно. Мы берем этого. — Кэтрин повернулась к наркоману-насильнику и начала ему зачитывать приговор. А Кристен тем временем горячо шептала брату, что мы просто проводим их до дома Альфа, чтобы удостоверится, что с Мелани все хорошо. По лицу младшего Деннарда видно — ему эта затея не нравится. Пока они о чем-то договаривались, я, не отрываясь, любовался лицом любимой.

— Ну давай… Очнись. Милая, открой глаза… Мелли, девочка моя… — Я уговариваю ее шепотом. Хочу, чтобы открыла глаза и посмотрела на меня, чтобы она знала — я рядом. Хочу видеть серо-голубые глаза с чуть зеленоватым оттенком. Я смотрю на приоткрытые губы, вспоминая, как целовал их… Пряный сладкий вкус. Цветочный запах. Высшая точка наслаждения — ощущать нежную бархатную кожу Мелани под своей грубой рукой.

— Пошли! Надо отнести её. — Кристен зовет. Я вижу, что уже нет ни насильника, ни Кэтрин с Сарой. Только недовольные брат с сестрой.

Я следую за ними.

— Что с ней, ты знаешь? Нужно вызвать скорую. — Я обращаюсь к впереди идущему Деннарду.

— Предложи еще 911!

Я кидаю яростный взгляд на Кристен, как бы намекая, что еще одна такая шутка, и я за себя не ручаюсь.

— Он говорит, что на вечеринке Анне что-то дали. Похоже на наркотик. А тот парень воспользовался ситуацией.

Спокойно, Рэйнольд, спокойно! Без паники и ругательств.

— И как же ты, поручитель, позволил вверенной тебе Смертной глотать наркоту? — Получилось невежливо рычащим, злым тоном. Но это мой максимум учтивости, на который я сейчас способен, чтобы адекватно общаться с ее братом. В основном, хочется орать, грязно выражаться, а еще лучше скрутить заклинанием этого сосунка-недотепу и отпинать ногами.

— Тебе-то какое дело, Инквизитор?

Это было последнее, что я услышал в свою сторону, потому что остальной путь мы проделали молча; все злые, как черти. Я крепко держал самую драгоценную ношу на земле, внутренне готовясь к расставанию. Дойдя до дома, младший Деннард преградил мне путь.

— Отдавай ее.

— Нет. Я хочу ее внести и положить в кровать.

— Рэй, зачем это тебе? — Кристен возмущенно закатила глаза.

— Чувак, я не имею права приводить Инквизитора в свой дом. Меня Главный живьем съест.

— Мне плевать на тебя и твоего Главного. Я хочу удостовериться, что с ней все в порядке. — Я чеканил каждое слово, чтобы этот малолетний придурок понял, что так просто не уйду.