— Да сама я приберусь! Сама! Тут и делов-то на пять минут! — запротестовала Александра Климовна, когда Нина начала убирать со стола. — Ну тогда вытирай тарелки… Вот И две хозяйки в доме. Люди говорят: где две бабы, там и содом. А я так думаю: что делить-то? Было бы согласье, а эти ложки, плошки — да пропадите вы пропадом! Ведь что получается — к черепкам любовь, а к человеку нету! — косвенно намекала она на своих двух невесток. — А с кем твои родители, Нина, живут?

Узнав, что росла без матери, всплакнула.

— Вот и тебя, выходит, проклятая война коснулась. Сиротой росла. От отца какая ласка? У мужчин совсем другое понятие…

Обнять бы ее, как дочку, потужить вместе, сев рядышком, да больно уж она какая-то не здешняя. Красивую Костя взял. Видом, как из кино. Ой, по себе ли рубит дерево?..

— Костюшке-то, Нина, тоже всякое пришлось испробовать. Ведь отчего худ? Нет, худ, худ! Хоть и поправился за последние годы, до отца ему далеко. Тот был литой. Придет с тяжелой работы, и ну во дворе двухпудовкой играть! А Костя… Ну-ка, в пятом классе учился, а на работу ходил наравне со взрослыми. Сам ниже мешка, а подлазит под него, на воз вскидывает. И прицепщиком работал. Придешь на пахоту — его и не видать за пылью. Не жаловала я его, нет! Возможности такой не было. Хлеб да картошка, щи пустые. Молока разве плеснешь, чтобы замутить…

— Александра Климовна, простите… меня так и валит. На пароходе не выспалась, а тут еще солнце… — Нина слабо улыбнулась и тряхнула головой.

— Да ты иди, иди в полог! И кому какое дело? Отдыхай. — Она проводила Нину в прохладные сени. «По имени-отчеству величает, как в учреждении». — А уж я Костю наругаю. Ну-ка столько времени держал на жаре!

— Он тут ни при чем.

— Не обижает он тебя, Нина? — вдруг серьезно и прочувствованно спросила Александра Климовна.

— Зачем же? У нас все хорошо.

— Ну и ладно. Главное, чтобы у вас, а уж я… — и слезы снова заблестели у нее на глазах.

Александра Климовна спустилась во двор, села на последнюю ступеньку и горестно подперла рукой голову.

«Ох, если бы Андрюшенька был жив, кабы он вернулся, так разве бы я так цеплялась за вас?.. — К ней подошел, выгибая спину, кот Мирза. Курица Рябуха навострила глаз: не посыплет ли хозяйка зерна или картофельных очистков? — Уж мы бы с ним скоротали свою старость, не обидели бы друг дружку. Вот по этим приступочкам ты спустился тогда с мешочком, сокол мой ненаглядный, за эти ворота вышел — да и все… Будто приснился. Я, как утка подбитая, прыгаю вокруг гнезда, суечусь. А жить-то для кого?..

Вспомнив, что Ксюшка, ее напарница, хотя и получила наказ, но непременно заболтается с шоферами и не даст пойло телятам — ишь, уже мычат, бедные! — Александра Климовна сменила передник и шустро побежала по горячей пыльной дороге к ферме. Костя вернется не скоро. Нина спит. Так чего же дома-то делать? На что он нужен ей, выходной!