Девчонки, в ответ, рассмеялись пуще прежнего.

Глотая обидное чувство, я отделилась от них и прошла дальше по просторному школьному вестибюлю.

Все вокруг только и делали, что обсуждали только что закончившийся матч.

Я достала телефон и начала, для виду, листать меню. Никому звонить я не собиралась. Всё, что я хотела, это дождаться Мирона и провести остаток дня с ним.

Сильнейший толчок в спину, заставил меня упасть на колени. Я успела, кое-как сгруппироваться, но всё равно достаточно больно ударилась левым коленом и локтем.

Раздался чей-то смех, на меня с разным выражением на лицах уставились, стоящие вокруг лица.

Я ошарашенно оглянулась назад, возле меня стояли трое парней. Один из них, темноволосый здоровяк, в футболке баскетбольной команды нашей школы, угрожающе нависал надо мной.

Я отлично знала его, как и вся наша школа — это был Лёня Кравец, парень нашей школьной королевы, Веры Кудрявцевой.

— Ну, что Лазовская? — с нескрываемой злостью прорычал Кравец, — Давно ты с этими ящерицами облезлыми, спуталась, а?! Чё молчишь курица?!

— К-кравец… — выдохнула я. — Ты что сдурел?! Что ты делаешь?!

Я поднялась с полу, и он шагнул ко мне. У меня упало сердце, я вся сжалась в тени обозленного парня.

— Я сдурел?! — прорычал он, глядя на меня. — А то что ты, как шалава, чужим продалась, это, по-твоему, нормально?!

Я остолбенела, шокировано глядя в перекошенное от гнева лицо Лёни.

— Что… Что ты сказал?.. — проговорила я дрогнувшим голосом.

Пугливая дрожь прокатилась по всему моему телу, нагнетающее чувство опасности взбиралось по животу, выползало на грудь и комком застревало в горле.

— Ты… Т-ты что… — не находя слов, чувствуя выступающие на глазах слёзы, тихонько спросила я.

— Я сказала, что ты, Лазовская, как последняя ш**ра своих предала и под этих, чёрно-желтых, послушно легла!!! — проорал мне в лицо взбешенный Кравец.

Я в страхе отступила от него. Я была уверена, что Леонид сейчас меня ударит. Двое его друзей встали по обе стороны от меня.

— Это что это здесь происходит, такое, я не поняла?! — раздался вдруг возмущенный голос Лерки.

Логинова и Синицын протиснулись через кольцо «зрителей», которые стояли вокруг.

Лера увидела меня и Леонида, решительно подошла и встала между нами, повернувшись лицом к Кравцу. Лерка была заметно выше, чем я и могла смотреть в глаза Кравцу с меньшей разницей в росте.

Синицын, не мешкая встал рядом с Лерой. Они вдвоем закрыли меня от Кравца с его дружками.

— Какие проблемы, Лёнечка? — ядовито и с претензией спросила Лера. — Гормоны разыгрались или силушку удалую показывать больше не на ком? Так у нас вроде новые первоклассники скоро придут, тебе будет, где разгуляться! Чтобы тебя боялись и никто сдачи дать не мог…

— Слышь!.. — прорычал взбешенный словами Леры, Кравец, — а ну-ка…

— За углом поспишь! — рявкнула на него не менее обозленная Лерка. — Пошёл вон отсюда!

Кравец нехорошо усмехнулся.

— Вот значит как? — ощерился он. — Вы против своих, значит, пошли?

— Чего? — поморщилась Логинова. — Ты где здесь своих нашел, окорок перекачанный?

Вперёд выступила рассерженная Кудрявцева со своей неусыпной свитой прихлебательниц:

— Ты, что о***нела, Логинова?!

Верка готова была глазами сжечь Леру.

— Говорильник залепи, — процедила Логинова, моя подруга, как всегда в любых накаленных ситуациях, агрессивно ощетинилась и приготовилась сразу ко всему.

Я заметила, как Лёва, в свою очередь, осторожно достал из кармана темный предмет, до ужаса напоминающий шокер.

Но, тут через круг зевак прошли ребята из «Аллигаторов» и их болельщики.

Рядом со мной встал Мирон и приобнял за плечи. Я с готовностью прильнула к нему, чувствуя себя гораздо более защищенной. Зубатый показательно оставался спокоен и холоден, но я ощущала бушующий внутри него гнев.

Гневные эмоции буквально штормили в душе парня, вокруг него ощутимо и пружинисто пульсировало некое угрожающее и давящее чувство. Мирон был настроен решительно, и я вцепилась в его левую руку. Я догадывалась, что сейчас может произойти и это было бы одним из худших развитий событий.

Но Зубатый уверенно высвободился от моих рук, выступил вперёд и поравнялся с Кравцем.

Он был повыше его, но тот выглядел более коренастым, плюс я увидела, что Лёня незаметно надел на левую руку кастет.

Меня обступили парни в черно-желтых куртках — игроки и болельщики «Аллигаторов». Один из них, по фамилии Комаров, друг Мирона по команде, легко и незаметно оттеснил меня назад.

— Тебе лучше уйти отсюда, — произнёс он.

Его слова только ещё больше взволновали меня. Я чувствовала стремительно собирающуюся в воздухе грозу.

Я завертела головами, в поисках учителей. Я понимала, что нужно позвать кого-то из преподавателей или завучей, пока не стало слишком поздно. Но тут кто-то схватил меня за руку и потащил подальше от столпившихся в вестибюле парней.

Это была Лера. Логинова с сосредоточенным и нахмуренным лицом быстро шагала вперёд.

— Лера… — попыталась было сопротивляться.

— Роджеровна, не упирайся, — не оборачиваясь бросила Лерка, — ты не видишь, что начинается? Сейчас, наверняка, драка будет!

— Лера, нужно кого-то позвать! — я попыталась остановить её, но Лерка физически была меня сильнее и остановить её или вырваться из её захвата для меня не так-то просто.

— Кого-то ты собралась звать?! — скривилась Лерка, — Учителя все заняты, умащивают этого богатого козла, Гольшанского.

— Но, там Мирон… — жалобно проговорила я.

— И он отлично сумеет за себя постоять, не сомневайся, — качнула головой Лерка.

И в этот миг позади раздал чей-то крик. Затем ещё один, кто-кто выкрикнул ругательство. Я порывисто обернулась и увидела плотную толпу парней. В вестибюле первого этажа поднялся хор яростных криков.

Видя как парни отчаянно, с нескрываемой злостью бьют друг друга, я прижала руки ко рту и испуганно попятилась.

Происходящее походило на безумие. Массовое, яростное и беспощадное безумие! Они били друг друга с такой выразительной злостью, как будто перед ними были заклятые враги!

Стоящая за моей спиной Лерка грязно выругалась. Драк она боялась куда меньше, чем я, и была готова на конфликт только если есть перспектива оттягать за волосы кого-то вроде Верки Кудрявцевой.

— Лера… — в ужасе проговорила я, — нужно что-то делать…

Сама не зная, что я собираюсь предпринимать, я ринулась вперёд. Но Логинова быстро схватила меня за плечи.

— С ума сошла?! — прикрикнула она на меня. — Куда ты лезешь?! Хочешь тоже от кого-то случайно получить?! Прибьют и не заметят! Это же пацаны…

— Да они же поубивают друг друга! — едва не плача от отчаяния воскликнула я.

Я попыталась вырваться, но Лерка держала меня крепко.

Через несколько минут, вдруг в вестибюле появились все четверо наших учителей физкультуры. Они все бывшие спортсмены, пусть и немного располневшие. Увидев, творящийся в стенах школы всеобщий хаос, физруки решительно ринулись в гущу «баталии». Им помогли ещё несколько парней из старших классов. Ретивых драчунов растащили в разные стороны, а особо беспокойных вразумили увесистыми затрещинами.

И тут над школой раздался отчаянный крик:

— Позовите доктора! Скорую! Быстрее!!!

Я мгновенно узнала голос: Мирон! Я вырвалась из рук Леры, и игнорируя её крик, бросилась на голос Зубатого.

Через силу расталкивая парней и протискиваясь между ними, я подбежала к Мирону и замерла в ужасе.

Мирон стоял на коленях, на полу, держа руками голову своего друга и товарища по команде — Комарова. Тот лежал, закрыв глаза и не подавая признаков жизни, на животе у него, поверх черно-желтого бомбера, темнело багровое пятно. Я заметила кровь на левой руке Мирона, которой он пытался зажать рану друга.

Я торопливо достала телефон и быстро набрала номер скорой помощи.

***

К школе, через время, приехала не одна, а целых восемь машин скорой помощи, плюс ещё четыре машины полиции, с небольшим подразделением «ОМОН».

У Инги, которая была девушкой Комарова, случилась самая натуральная истерика, она расплакалась, сотрясаясь в панических рыданиях, а после и вовсе упала в обморок.

Комарова срочно отправили больницу на одной из машин. Мирон решительно напросился ехать с ним, я, слёзно умоляя доктора, выпросила разрешение присоединится.