И тут откуда-то вынесло Конана с семейством – наверное, на салют пришли посмотреть.

-Сестра! – вскричал орк. Я взглянул пристальнее: сходство было несомненным. Да и вообще они все на одно лицо, что мужики, что бабы. Про эльфов говорят то же самое, но это ж неправда! Мы-то индивидуальности, особенно король наш Трандуил.

Король наш Трандуил слегка перекосился ликом и заявил, что никогда не поддерживал политик воссоединения семей, особенно на своей территории. Кому надо, и за территорией воссоединятся не хуже. Но Конан был ему нужен.

После ожесточенного спора орку перебили штрих-код, хотя могли бы и ноги, и отправили обратно к Саурону, как бы лазутчиком. Хотя я слабо верил в то, что он вернется.

Я подумал, что орку зять не понравился.

-Как без вас было хорошо и тихо! – сказал в сердцах Трандуил.

-Салют – это, по-вашему, тихо? – изумилась Афадель.

-Да всяко тише, чем с вами!

-Мы можем и уйти, - гордо ответил я, – к пиратам!

-Насовсем, - добавила Афадель. – Но с мамой будете договариваться сами.

-Шантажисты,- сказал король и дал нам по два золотых. – Сходите выпейте за мое здоровье… в Шир или куда вы там ходите.

-За такие деньги мы можем сходить только домой! – насупилась Афадель.

-Вот и сходите! Домой. Главное – подальше от меня. А будете еще паразитов таскать – накажу.

Вот и вся королевская благодарность. Хотя, если разобраться, от Саурона благодарность еще меньше.

-Зато на мумаков посмотрели бесплатно. И на назгулоносцев в полном составе.

***

Афадель всю ночь просидела в библиотеке (что было на нее не похоже), искала подходящую дату. И нашла ведь! Трехтысячелетие начала великого похода Берена за сильмариллами. Афадель сманила Алексиэля, навертела ему на рога букеты цветов и пристроила между ними (цветами и рогами) кумачовый транспарант с надписью на квенья «Три тысячи лет» (Леголаса писать заставила). Больше на эту ленточку ничего не влезло.

Мне выпала честь возглавить парад – в смысле вести Алексиэля под уздцы. Афадели выпала честь замыкать парад, одновременно подбадривая Алексиэля пинками в корму.

На пятом проходе король заинтересовался, что там мельтешит у него перед окнами под бравурный марш, который Афадель наигрывала на леголасовой флейте.

Он вышел на главное крыльцо в парадном халате с чашечкой умбарского кофе и пронаблюдал еще несколько проходов. И только потом поинтересовался, что все это значит.

-Парад, ваше величество! – бодро ответила Афадель.

-А почему марш мордорский?

-Так наши менестрели маршей не пишут, - нашлась Афадель.

-А почему… - но король не нашел, к чему придраться. Но он бы не был королем, если бы не нашел: - У вас что, опять нет повода не выпить?

-У нас ни одного праздника! Кроме летнего солнцестояния, а до него далеко.

-А весеннее равноденствие вам для чего? – спросил король.

-А что… его тоже отмечают? – удивился я. – Так мы быстро!..

-Дозволяю отмечать без повода! – сказал король. – И снимите уже с оленя эту хрень! Она ему не идет! Это не его цвета.

И поправил серебряный парчовый халат с изумрудами.

И мы воспользовались дозволением короля на всю катушку.