-Как ты это делаешь? — выдохнула я.

-Мы не для того эволюционировали, чтобы бегать вооруженными до зубов!

Я подавила нервный смешок. Видимо, что-то отразилось у меня на лице. Он склонил голову набок, улыбка его чуть померкла.

-Мастер делится со мной силой, — испустив раздраженный вздох, сказал он.- Он бы и с тобой делился, будь ты чуть сговорчивее.

Я изумленно усмехнулась.

-Серьезно? Почему же он меня бросил? — и сама услышала, насколько по-детски это прозвучало.

-Он не бросал, — процедил Рыжий.- Он всегда был рядом с тобой, но ослабил поводок и позволил барахтаться самостоятельно.

-Знаешь, и я неплохо справляюсь, — я крепче сжала рукоять «глосса». Взвешивая шансы выстрелить, пристально смотрела на дампира.- Отпусти меня.

Рыжий что-то почувствовал — злость залила его глаза, и радужки разошлись, захватывая белки, пока взгляд не стал казаться слепым. Сила разошлась вокруг него хлещущими волнами. У меня волоски поднялись на теле, будто по ним пальцем провели.

-А если нет? Что ты сделаешь мне, сестренка? — его голос прозвучал ржаво и скрипуче, но был полон жара.

-Проделаю в твоей груди такую дыру, что через нее можно будет пролезть, — прошипела я и выстрелила.

Но он исчез — пуля улетела в темноту, в самую гущу теней. Я так и не услышала, куда она попала. Сердце колотилось в горле, мешая дышать. Я с трудом заставила себя пойти вперед, стараясь не думать, откуда рыжий ублюдок на этот раз вылезет.

-Знаешь ли ты, почему видишь моими глазами? — его голос прогремел под сводами, наполнил весь коридор, воздух, я дышала ими и давилась.- Почему так тонко чувствуешь меня?

-Нас создал один и тот же дампир! — закричала я, поворачиваясь на месте. Но его нигде не было.

-И да, и нет, — Рыжий вышел из темноты, весь облитый ею, и только лицо белело. А на нем горели глаза, как выжженные дырки на листе бумаги.- Это я напал на тебя в парке.

Я наставила на него пистолет, глядя прямо в глаза. Рыжий усмехнулся и шагнул в мою сторону.

-Еще шаг, и я выстрелю.

-Не выстрелишь, — поморщившись, сказал он.- Ты жаждешь услышать правду, а если я умру, то тебе ее никто не откроет.

-Я узнаю ее от нашего МАСТЕРА, — последнее слово пришлось выдавливать из себя.

-Нет, — лаконично бросил он.- Он с тобой болтать не станет. Знаешь ли, ты вышла в тираж, и у него есть тебе отличная замена.

Он поднял руку, взмахнул ею, и мою левую кисть полоснуло резкой болью. Кровь потекла ручьями. Взмахнул второй раз — рука онемела и повисла вдоль тела. Тяжелые капли падали в воду. Пистолет остался в здоровой руке, но долго ли она таковой останется?

-Тогда, в парке он спас тебя от смерти, — слегка вскинув голову, бросил Рыжий. Взгляд его помутнел, опустел, словно он слышал музыку, доступную лишь ему.- Он защитил тебя от меня и обратил. А знаешь, почему? Он испугался, что о нас узнают. Я был новообращенным и не сумел совладать с голодом, а ты — первое, что подвернулось. И я бы убил тебя, да он не позволил. Сказал, что пригодишься. Сказал, что ты для него важна. Но теперь все изменилось, и ничто не помешает мне покончить с этим раз и навсегда. Ты — напоминание о моей слабости, о том, что я должен повиноваться ему всю предстоящую вечность. Но мы могли бы заключить договор.

-С чего бы мне с тобой договариваться?

-С того, что ты желаешь его смерти не меньше, чем я.

С минуту я соображала, что он сказал. Не ослышалась ли я? Рыжий планировал прикончить своего хозяина?

-Ты хочешь, чтобы я его убила? За этим заманил меня сюда?

-Какая догадливая ты, сестренка.

-А ты, значит, будешь сидеть и ждать? Не знаю, в курсе ли ты, что его смерть может и нас убить?

-Тебя скорее всего — да, а я сильнее. Переживу.

Я открыла рот, закрыла и рассмеялась.

-Да пошел ты, — сквозь смех прошептала я и попятилась к стене.

Я знала, что Рыжий бросится, как только я сдвинусь с места. Он бросился и несся черным пятном скорости, движение его сопровождалось тусклыми вспышками света. Сила рванула из меня и налетела на него вихрем, швырнула через весь коридор. Он плюхнулся в воду, но ту же встал, словно его подняли за ниточки. Я отлипла от стены и пошла к нему, на ходу разворачивая свою силу. Она расплескалась вокруг жалящим ветром, сдувая и разбрызгивая воду под ногами. Рыжий стоял и смотрел, сжимая и разжимая кулаки. Его мощь плясала у меня на коже, тоненький голосок пищал в голове: «Беги, беги!». Но я не остановилась и не побежала. Подняв руку над полом, я запустила в Рыжего ветер. Вихрем его бросило назад, только на этот раз он удержался на ногах. Я снова ударила, но… он растворился в темноте. И появился сзади.

-Столько лет прошло, а я все еще помню вкус твоей крови, — прошептал он на ухо, обходя меня вокруг. От мощи, исходящей от него, у меня мурашки поползли по всему телу.

-Да ты еще и романтик, — придушенным голосом сказала я.

-У меня множество талантов, о которых ты даже не подозреваешь, — он обошел вокруг, и мы оказались лицом к лицу. Внезапно его рука сомкнулась на моем горле. Рыжий вздернул меня, ноги оторвались от пола. Перед глазами замельтешили черные пятна — то ли от страха, то ли от нехватки воздуха. Я ткнула «глосс» ему под ребра — рефлекторно, вслепую. Дышать, я не могла дышать! Потолок завертелся, и голос Рыжего донесся, как сквозь вату: — Твой пистолетик мне ничего не сделает, сестренка.

Свет таял, лицо дампира расплывалось перед глазами. Руки безвольно повисли вдоль тела, пистолет упал в воду. В сознании замелькали образы и воспоминания — стеклышки калейдоскопа, которые то собирались в картинку, то рассыпались пёстрыми пятнами. Пальцы, сжимающие горло, пылали, прожигая кожу. Во рту появился солоновато-металлический вкус крови. Моей крови. И глаза вдруг распахнулись.

Челюсти Рыжего сомкнулись на моем плече, клыки заскребли по ключице. Я не помнила, как он разорвал куртку, как заносил голову для удара. Он высасывал из меня жизнь. Сердце стало стучать в ушах, как на бегу, быстрее качая кровь. Быстрее питая его. Быстрее убивая меня. Алые струйки потекли по коже, но я не чувствовала боли. Под языком трепетал пульс, слабость вперемешку с тошнотой накатывала волнами. А в груди колотилось еще одно сердце, сердце Рыжего — быстро, сильно, твердо. В шатком сознании промелькнула мысль, и я завопила, забилась в его руках. Он хотел сделать меня своей марионеткой, подчинить себе мой разум!

С криком из меня выплеснулась сила и ударила в Рыжего. И он полетел по дуге через весь коридор так, будто его на полном ходу сбил грузовик. Я упала спиной в ледяную воду, а ублюдок растворился в темноте. Тишина поглотила все звуки, не было слышно ни всплесков, ни удара. Я перевернулась на колени и пошарила руками по полу. Не сразу, но нашла пистолет и стала подниматься, опираясь на стену. Плечо саднило, кровь все еще сочилась и стекала ручейками под куртку. Горло жгло, и больно было глотать. Но меня куда сильнее волновало, куда подевался Рыжий. Все остальное — потом.

В конце коридора клубилась тьма. Сначала я решила, что мне мерещится от потери крови и легкого удушья. И я всмотрелась, прижимаясь плечом к стене и осторожно продвигаясь вперед. Тьма ползла, затопляя коридор. Хотелось броситься назад, к лестнице, но я бы не успела. Поэтому и силы тратить не стала, лишь крепче сдавила рукоять «глосса». Когда она приблизилась и окутала, сердце замерло, вдох застрял в горле. А в воде что-то зашевелилось.

Это не были шаги. Воздух тоже не двигался — ко мне никто не шел. Но в воде отчетливо что-то… плескалось. Тьма была плотная, как бархат. Я даже руку у себя перед лицом не видела. У меня отличное ночное зрение, как у любого вампира, но эта темнота имела иную природу. Полная чернота, и какая-то тварь, извивающаяся в воде. Умом я понимала, что никаких змей здесь не должно быть, да и Рыжий вряд ли умел превращаться. Но сердце припустило, и горло свело от страха. В какой-то момент даже показалось, что слышен шорох чешуи о камни. Ощущение приближения какого-то тела. Иллюзия, всего лишь иллюзия! Рыжий испил моей крови и мог вытворять с разумом все, что заблагорассудится.

Движение почти рядом. Резко выдохнув, я ударила ногой по воде. Тишина, никаких шевелений, но что-то в полной черноте стояло передо мной. Я подняла пистолет и выстрелила. Вспышки полыхнули, как молния, синее пламя осветило бледное лицо Рыжего. Пуля попала ему в глотку. Он дернулся назад, и темнота сомкнулась перед глазами. Я выстрела еще раз, но ничего не произошло. По лицу мазнуло дуновение холодного ветра.