– О, Тесс. Расскажи, что ты действительно чувствуешь.

– Я расскажу, но я девушка и не использую бранные слова.

– Но ты только что…

– Точно. Я была добра. Засранец.

– Есть ли у этой встречи другая цель или вы так и будете давать мне новые имена?

– Конечно, есть. Ты был таким глупым и мы или выбьем из тебя эту глупость или ты посидишь и послушаешь нас.

– Буду честен. Ничего из этого не привлекает меня сейчас.

– Значит, он за избиение! – звучит голос Джоша откуда-то из офиса.

– Я думал, ты на моей стороне!

– Не когда ты ведёшь себя как придурок.

– Похер на меня. Есть кто-нибудь, у кого другая позиция?

– Кристина, – говорит Лорен, которая странно тиха.

– Так мы ни к чему не придем, – говорит Тесс, которая является здравым голосом, если не учитывать, что она меня обзывала. – Энди. Всё это вмешательство из-за того, что ты был придурком в эпичной степени.

– А, то есть то, что она встречалась со мной, чтобы отомстить Хизер не делает её придурком в эпичной степени?

– Ты действительно болен? Официально?

Я смотрю на Барретта, который только что всунул голову в дверь.

– Тащи сюда свою грязную кружку, вместо того чтобы орать на весь офис, – ворчу я.

Скрип кресел и внезапно ещё три сиденья впихиваются в мой и так маленький офис, делая его ещё меньше, потому что в нём шесть дополнительных людей. Все мужья нежно целуют своих жен и затем смотрят на меня с дерзкими улыбками.

– И кто теперь придурок?

– Всё ещё ты, – говорит Карли.

Джеймс ухмыляется на свою жену и облокачивается на локти, смотря на меня.

– Энди. Ты один из моих лучших друзей. Ты это знаешь. Этот год, что ты помогал мне? Чёрт, я не смог бы сделать всё это без тебя. И у меня было место в первом ряду, когда я наблюдал эти ваши соблазнительные ритуалы. Я видел, как каждый раз, когда она входит в комнату, твоё поведение изменяется.

Я открываю рот, чтобы прервать его, но Тесс вскидывает руку мне в лицо, ясно давая понять, что я должен заткнуться. Он смеётся над ней. Они так похожи, что это даже странно, и они даже не близнецы.

– Как я говорил. Каждый раз я видел, как с ней ты становился спокойней. Расслабленней. Так же, как и все мы, – он указал на всех в комнате, – когда мы около своих жен и мужей. И она вела себя так же. Когда ты был рядом с ней? Всё её лицо светилось. И это, чёрт возьми, было не из-за какого-то дурацкого плана влюбить тебя в себя. Это произошло само собой. Так же, как то, что она влюбилась в тебя, произошло само собой. Ты действительно думаешь, что Кристина может так поступить?

Я думаю какое-то время и тяжело вздыхаю.

– Просто... вы не имеете понятия, каково это. Увидеть свою жизнь такой. Дерьмо, которое никуда не уходит. И узнать, что Кристина знала всё это время?

– Энди, – нежно говорит Лорен, – это действительно то, из-за чего ты расстроен? Что она знала? Ты говорил, что давно знал, что Хизер тебе изменяет.

– Да, но…

– Но ничего, Энди, – вмешивается Тесс.

– Хватит быть таким идиотом, открой свои чёртовы глаза и увидь то, что находится прямо перед тобой, – заканчивает Карли уже с криком.

Глаза всех расширяются от её слов и она слегка розовеет, закусывая губу. Джеймс наклоняется, вытаскивает её губу из зубов большим пальцем и шепчет ей что-то, от чего она краснеет ещё больше.

– Извини. Немного отвлеклись. Но ты должен знать, что она не такая.

– И как мне быть уверенным, а? Хизер однажды обещала перед трехстами нашими самыми близкими друзьями, семьей и Богом, что будет мне верна до конца наших жизней. Я поверил. Почему? Что, если Кристина и, правда, хорошая актриса? Я имею в виду, она обвела вас всех вокруг пальца за эти годы, заставляя верить, что Тодд - отличный парень.

Джош наклоняется вперёд, опираясь ладонями на колени.

– Знаю, что ты зол. Понимаю. Честно. Очевидно, что хотя эта стерва ушла, она пытается копаться в твоей голове. Но ты должен копать очень глубоко, Энди. Если ты не забудешь херню, которую распространяет Хизер, и не будешь помнить, что она делает это, потому что хочет рассорить вас с Кристиной и разболтать об этом всему городу, тогда ты, возможно, не заслуживаешь Кристины.

На этом все шестеро встают и выходят за дверь. Лорен походит, нежно кладёт ладонь на щеку, отодвигается и ударяет меня.

– Сделай умный выбор, – говорит она и выходит из офиса, пока я держусь за пылающую щеку и думаю о словах, которые терзают моё сердце.

Глава 33

Энди

Мальчики ночуют у друга Саймона. То, что я выучил, будучи отцом близнецов, куда идёт один, туда идёт и второй. У них общие друзья и они во многом похожи. Конечно, внешне, но и поступками тоже, их интересами. Но во многом они разные. Даже противоположные. Думаю, в этом есть своя прелесть, когда их приглашают друзья. Они оба вносят что-то необычное.

Я убрался на кухне, пропылесосил, полностью вымыл их ванную комнату и сейчас отлично понимаю, почему мамы жалуются, что мальчики всё разбрасывают. Я принимаю душ, делаю поесть, включаю Netflix, мне становится скучно, и я его выключаю. Или просто пытаюсь не думать о Кристине. Я боролся с этим, пока мылся в душе. Я собираю волосы, наконец-то они отросли, и делать это удобно, и хожу кругами по гостиной. Я чувствую себя быком, ожидающим, когда он сможет разорвать ковбоя, который считает, что может покорить чудовище. Ковёр под моими ногами становится всё более растрёпанный, пока я продолжаю ходить одним путем. Туда обратно. Туда обратно.

Я врываюсь на кухню, открываю холодильник и беру пиво. Открыв крышку, бросаю её на стол и смотрю, как она крутится несколько мгновений перед тем, как перевернуться и остановиться. Дом снова пуст и я не могу вынести этого. Мои мысли угрожают завладеть мной, напоминая о том, как мои друзья надрали мне зад несколько дней назад. И о том, что я потерял.

Кристина.

Сукин сын.

Мой ребёнок.

Наш ребёнок.

Твою мать.

Они правы.

Конечно, они правы.

Я знаю Кристину.

Наша любовь? Она не искусственная, не созданная для какого-то безумного плана мести. Не фальшивка. Кроме моих сыновей, это самое реальное, что есть в моей жизни.

Я выпиваю половину бутылки за один глоток и ударяю бутылкой по столу с громким стуком.

Я знаю, что должен отпустить всё это. На самом деле, я знаю, что изначально был не прав, когда обвинил её.

Это не её вина, что Хизер изменяла уже давно.

Знаю, что в её обязательства не входило говорить мне это. Мы даже не знали друг друга очень хорошо. И ей приходилось справляться не только с низкой изменой Тодда, но и с тем, что у него был рак. Рассказать какому-то парню, которого она едва знала, что его жена - изменщица, было последним, о чём она тогда могла подумать.

Но самое большое осознание? Я знаю, что она не начала всего этого со мной из-за мести Хизер. Это просто очередная ложь Хизер, в которую я поверил и попал в ловушку. Часть её яда.

Я мысленно возвращаюсь во время, которое мы проводили вместе с Кристиной. С момента, когда я вошёл в Дримин Бинс сразу после того, как поймал Хизер с её новой игрушкой, каждый момент, который мы проводили вместе, приносил мне счастье.

Я приходил к ней. Не наоборот.

Почему я позволяю ядовитой ложи Хизер добраться до меня? Всё ещё менять курс моей жизни?

Даже будучи разведённой, не имея официальных прав на мальчиков, она всё ещё хитрая стерва, которая пытается меня контролировать. И я позволяю ей.

Как идиот.

С ревом зверя я хватаюсь за стол, качаюсь вперед-назад и пытаюсь успокоить себя и мои бушующие эмоции. Краем глаза я вижу ключи в миске и быстро отвожу взгляд, чтобы не искушать себя.

– Чёрт возьми, – бормочу я.

Я срываюсь с места, разозленный, что не могу сдерживать соблазн даже две минуты и хватаю ключи, засовывая в карман джинс. Я открываю гараж и стою, поставив руки на бёдра, раздумывая, правда ли я уеду. Это длится всего несколько секунд. Как только я оказываюсь в пикапе, нажимаю кнопку, чтобы завести мотор и выезжаю.

Во время этой поездки по городу, я чувствую гордость. Мне просто надо было выбраться из дома. Именно тишина сводила меня с ума.

Есть песня, которая говорит о том, как ты запутался в колючей проволоке. Я чувствую себя как тогда, когда был ребёнком и поехал в дом к приятелю, который жил за городом. У него была четырёхколесная тачка и как любой городской ребёнок, я не знал что делать, потерял над ней контроль, и всё закончилось в колючей проволоке. Я не имел представления, что случилось или что делать, чтобы убрать её. Но пришла его мама, безумно спокойная, и они с моим другом быстро разобрали весь этот беспорядок, который я натворил.