Глава 12. Ливия

Ливия спохватилась, протянула руки Ирье.

— Я о вас не забыла, сестрёнка! Ворон — твой хранитель? Привет, ворон!

— Привет! — Равнен Луис гордо раскланялся, отведя лапку назад, прижимая крылья к груди и одновременно балансируя на плече хозяйки.

Ирья не удержалась и хмыкнула про себя. Воронёнок — настоящий акробат!

— Очень рада нашей встрече! Лофтин рассказал мне о тебе… вернее, обо всех нас, — Ливия кивнула на сильфа, занятого разговором с Иль и карликом.

— И что же он рассказал?

— Теперь я стала понимать, почему мама нас разъединила. Живи мы вместе в Лабиринте, скрыть тайну прошлого от младших братьев не удалось бы. Я и Инрог — старшие и помним всё, как оно было. Мы могли неосознанно повлиять на выбор Арго.

— Так это же замечательно! Тогда мальчишкам не пришлось бы убегать из дома!

— Ошибаешься! — покачала головой Ливия. — Арго и Зоринго должны сами выбрать свой путь. Жалко, что вам не удалось встретиться с ними.

— А ты их успела увидеть?

— Только Зоринго. Ой, тут вообще такое произошло! — всплеснула руками Ливия и с силой прижала их к вспыхнувшим краской щекам. — Оказывается, Ар… ой! Ну что это я! Конечно же, Арго! — она непроизвольно поднесла ладошку ко рту, пытаясь удержать внутри едва не сорвавшееся с губ истинное имя брата. Встревоженно оглянулась на Шера, поправилась: — Мы не должны называть настоящие имена наших братьев и сестёр вслух, ведь в Лабиринте теперь бродят Страхи. Ну, всё равно теперь уж. Арго создал меч Судьбы из слитка, оставленного мамой.

— Какой меч?

— Который сначала принадлежал нашему отцу, а потом Треал присвоил его и наполнил Тьмой.

— Да, — спохватился Инрог, — да, я помню: мама тайком унесла его и отдала карликам Нюгурда.

— Точно! — продолжила увереннее Ливия. — А теперь начинается самое интересное! Карлики переплавили меч в магический слиток, и Лофтин сохранил его у себя в тайниках в оранжерее. Арго нашёл слиток в тот роковой день, когда Страхи проникли в Лабиринт. Каким-то чудом наш брат сумел пробудить слиток к жизни и создал новый меч.

— Вот это Арго! — восхитился Инрог и даже прихлопнул в ладоши от восторга. — Я всегда знал, у него великое будущее!

— Да что ты мог знать! Арго в люльке лежал, когда ты последний раз его видел! — Ливия чуть заметно скривила губы. — Не перебивай меня! На чём я остановилась? Ах да! Арго создал меч, но при этом потерял голос.

— Бедняга, — вздохнул Инрог, — видно, силёнок не хватило, чтобы защитить себя.

— Я тоже так думаю, — согласилась Ливия. — Любая магия имеет оборотную сторону: наделяя одной силой, она способна отнять другую. За всё нужно платить!

— А что было потом? — не утерпел Равнен Луис.

— Лофтин собирался открыть Арго правду о мече, но мальчишка убежал в Лабиринт и не вернулся. Зоринго ушёл на его поиски.

— А как ты сама оказалась здесь? — спросил Инрог.

— Как объяснил мне Лофтин, — Ливия потёрла лоб, собираясь с мыслями, — рождение меча вызвало землетрясение, и Мировое Древо Желаний обронило во Вселенную свои семена — драконов Иллюминатов. Один такой дракон и принёс меня сюда.

— Иллюминат? — воскликнула Ирья, обрадовавшись знакомому слову. — Такой же дракон прилетал за нами! Правда, потом нас раскидало по миру.

— Мы найдём всех! — напомнил о своём обещании Инрог.

— Да. Найдём их, обязательно! Куда же мы без них? — подтвердила Ливия.

— Обед подан! — звонкий голос Иль долетел с веранды, где расторопная хозяйка уже накрыла на стол.

Огненный ореол вспыхивал сполохами, едва поспевая за ней, и разлетался волнами. Разрезая пирог, женщина напевала негромким голосом, напоминающим гудение огня в очаге в ненастный день. Она пела о мире Тенебриз, готовом восстать из мрака забвения, о небесном светиле Грианде, о возвращении Имаджи и её детей. Голос Иль, полный едва скрываемой радости, порхал по просторному дворику, превращая его в безмятежный островок счастья.

Ирья воспряла духом: они найдут ребят и вместе расквитаются с Тьмой и Страхами мира!

— Что за песня? — поинтересовалась она у Ливии, вслушиваясь в слова.

— Древняя песня Ожидания, — пояснила сестра.

— А где ты жила до того, как попала сюда? — спросила Ирья, устраиваясь рядом на скамье. Ей хотелось узнать о Ливии всё.

— В Океане Времени.

— Где он?

— Океан омывает Тенебриз со всех сторон. Я была одной из приёмных дочерей морского царя Эре. Когда маме понадобилась помощь, царь предложил забрать меня в свою семью. О! Я столько всего увидела и узнала, когда жила там! — глаза сестры просветлели, приняв лазурный цвет. — Я даже воспитывала пиратов! Как вам понравится?

— «Воспитывала»? Ты их топила во Времени, что ли? — раскрыл клюв Равнен Луис.

— Ну зачем же так жестоко! — рассмеялась Ливия. — Хоть я и Повелительница Воды, но не всегда бываю грозной. Я их разыгрывала! Их и ещё искателей кладов. Выносила на берег кусочки подводных сокровищ в качестве приманки, а потом штормила, пугала мощью и силой. Самые отважные получали от меня подарки: без сюрпризов я никого не отпускала. Помню… — глаза сестры подёрнулись грустью.

Ирья закашлялась, пытаясь представить Ливию Повелительницей океана — безудержной, неистовой. Нет, ей гораздо больше шло быть игривым ручейком в лесу — нести свежесть и прохладу в знойный день; по берегам такого ручья обязательно должны расти цветы и порхать бабочки.

— Скажу тебе, — продолжила Ливия, с чуть заметной улыбкой поглядывая на Ирью, — я удивлена. Ты нисколько на меня не похожа, а ведь в тебе есть частица и моей силы. Ты ей уже пользовалась?

— Именно твоей — нет… — качнула головой Ирья.

— Лофтин говорил, что ты жила на Земле.

— Так и есть! — с важным видом поддакнул Равнен Луис. — Мы с Земли!

— Говорят, там есть всё для жизни. Вот бы туда попасть! — она повернулась к брату: — А что случилось с тобой, Инрог? Где ты пропадал?

— Сначала тоже жил на Земле, а потом нас оттуда увели.

— Кто увёл? Куда?

— Мара — дочь короля Треала Ан Дара Тена. Она превратила меня и моих друзей-ликорнов в чудовищ! С тех пор мы жили в столице Иртиде, были охотниками.

— Вот ужас-то! — ахнула Ливия.

* * *

На столе веранды гостей поджидали чашки и блюдца из коры охранного дерева. Накрытый листом сложноцвета, исходил ароматами аппетитный обед.

— Как вы выросли и изменились, дети! — улыбаясь каждому, начал Лофтин. Он хотел подняться, но Шер потянул его за крыло обратно, мол, все свои.

Сильф выдержал паузу, собираясь сказать речь. Иль, окинув весёлым взглядом голодные глаза гостей, предложила:

— Лофтин, произнесёте свою речь потом! Гости с дороги устали, проголодались…

— Как скажете! — охотно согласился он. Подмигнув глотающим слюнки ребятам, сильф поторопил их сам: — Ну-у, что сидите, скромничаете? Налетайте!

По кругу пошла плетёная корзинка с лепёшками, заваренными на сыворотке Обещаний, вазочка с джемом из цветка Пустомели, охлаждённая простокваша из Зорьки вечерней. В графине переливался тёмно-вишнёвый сок листа драконова дерева. В большой кастрюле дымился суп с клёцками из лунной муки и тростниковой росы. На десерт подали обещанное когда-то Равнен Луисом крем-брюле из замороженных снов. По вкусу оно напоминало варёную сгущёнку с орешками.

— Славный нынче денёк! — сказал Шер. Отпив сок из бокала, он посмотрел на Лофтина, словно ожидая чего-то.

Сильф не ответил. Он даже не притронулся к еде и сидел, о чём-то раздумывая.

— Конечно славный! — поддержала карлика Иль. — Похоже, всё налаживается, и скоро мы вместе отправимся в Иртиду.

— Вы думаете, там ещё помнят о нас с мамой? — спросила Ирья.

— Увы, — качнула головой Иль. — Захвативший власть Закатный дракон Треал создал новых богов. История по его велению была переписана. Но, к счастью, не все переметнулись в ряды Тьмы. Среди наших сторонников сохранилась легенда о вас, манамах Изначальных. О тех, кто затерялся в иных вселенных, но однажды отыщет дорогу к дому.

Некоторое время все молчали, слышался лишь стук ложек и вилок. Потом дружно принялись нахваливать кулинарные способности Иль. Шер отодвинул бокал от себя, поправил хохолок, утёр рукавом пот со лба и протянул:

— Сла-а-авненько… Вы, как всегда, на высоте!

— Вкуснятина! — согласился с ним Инрог.