— Оно и понятно, раз у него такая работа, что надо весь день сидеть за компом.

Конечно, Николь не могла от меня отвернуться. Пусть я и ненавидел жить в Рикстоне, но сестру с мамой любил. Правда, я знал, что если бы тут сидел мой отец, наша беседа прошла бы совсем по-другому.

— Пообещай, что привезешь его к нам, — потребовала моя мать. — Я хочу с ним познакомиться. До него у тебя никогда не возникало симпатии к людям.

— В романтическом смысле или вообще? — спросил я с усмешкой.

— Ну а сам-то как думаешь?

Мы рассмеялись, и узлы напряжения у меня в животе немного ослабли.

***

Кай

Я сердился на Гаррета.

Окей, не по-настоящему, но… Он уехал и вместе с тем остался повсюду. Чем бы я ни начинал заниматься, мне все напоминало о нем.

Я заходил в душ — и вспоминал, сколько раз он трахал меня у стены, медленно вторгаясь и выходя, пока я стоял, вжавшись лбом в плитку. Садился поесть — и думал о том, как мы дурачились на диване, и он слизывал мороженое с моего живота. Ложился в кровать — и без него она казалась слишком большой и пустой.

Моя работа — мое убежище — тоже была пропитана им, потому что ни один стрим на твиче не обходился теперь без вопросов «а где Гаррет и его пресс». Чат сходил с ума, и Гарви все чаще приходилось доставать свой банхаммер.

Вот такой стала теперь моя жизнь, и виноват в этом был мой дурацкий армейский бойфренд. По которому я безумно скучал и который стал необходим мне, как воздух.

Мы переписывались, но по моему настоянию делали это нечасто. Гаррет уже один раз пренебрег родными ради того, чтобы приехать ко мне, что было романтично и все в таком духе, но семья… оставалась семьей. Я не хотел, чтобы они невзлюбили меня за то, что он бесконечно болтает со мной. Он обещал, что погостит там недолго и скоро вернется ко мне. Несмотря на сомнения, я должен был ему верить.

К концу недели моя выдержка истощилась. И когда Гаррет в миллионный раз предложил выйти в скайп, я согласился.

Я сел на кровать, скрестил ноги и поставил перед собой ноутбук. Как только на экране возникло его улыбающееся лицо, я вдруг осознал, в каком напряжении был после того, как он уехал. Едва я увидел его, все мое тело расслабилось.

— Привет, — сказал он. — Как дела?

Я вытянул палец, словно мог коснуться его.

— Ты подстригся.

— Да, попросил маму. Волосы жутко бесили. Получилось нормально?

Он мог хоть побриться наголо или покраситься в ярко-зеленый — я бы все равно возбуждался, едва взглянув на него.

— Конечно, просто я удивился. Ты хорошо выглядишь. Стал лучше есть?

— Угу. А еще меня учат готовить.

— Успешно?

Он покрутил пальцами, и я рассмеялся.

— Ты занят?

Конечно. Поеданием мороженого и хандрой.

— Да, но я хочу поговорить о тебе. Ты… рассказал им?

Он отозвался печальной усмешкой.

— Надо было давно это сделать. Они отреагировали нормально и, учитывая мой нулевой интерес к женскому полу, даже не удивились. И они рады, что у меня появился бойфренд. Николь рвется с тобой познакомиться.

Я закусил губу.

— Ну…

За спиной Гаррета кто-то заговорил. Он оглянулся, нахмурился.

— Уходи!

— Что, даже одним глазком нельзя? — спросил женский голос.

— Николь, это тебе не гребаный цирк! — Гаррет был непреклонен. — Я же сказал, увидишь его, когда он будет готов. Иди постреляй по бутылкам или займи себя чем-то еще.

— Да ладно, пускай, — выпалил я.

— Что? — переспросил он.

— Это твоя сестра?

— Да.

Что ж. Если его родные хотели со мной познакомиться, а я в ближайшее время не мог переместить себя в Рикстон… можно было решиться на компромисс. Я отбросил волосы с глаз и разгладил футболку.

— Так. Я нормально выгляжу?

— Кай, ты серьезно?

— Что? Я не хочу предстать перед ней каким-то неряхой.

Гаррет фыркнул.

— Ты выглядишь как всегда идеально, но ты точно не против? Не хочу показаться занудой, но у нас тут не признают личных границ.

Я поколебался всего полсекунды и решительно выдохнул.

— Да.

Вид у Гаррета остался скептическим, но он все же позвал Николь.

— Что? — проскрежетал ее голос.

— Подойди сюда, если хочешь познакомиться с Каем. — Повисла секундная тишина, а затем я услыхал громкий топот. — Господи, да не беги ты, а то свернешь себе…

Его отодвинула в сторону рука с алыми наманикюренными ногтями. Николь и впрямь оказалась… женской версией Гаррета, только с гигантской улыбкой. У нее были длинные волнистые волосы, роскошные глаза, сияющие теплом, и полные губы. Ее челюсть была, как и у Гаррета, немного квадратной, но ей это шло. Она поморгала густо накрашенными ресницами. И завопила:

— О бо-о-о-оже! Он такой милый!

Последовала непродолжительная возня, после которой Гаррет снова втиснулся в кадр, и теперь я видел их двоих сразу.

Я помахал ей.

— Э… привет. Я Кай.

Ее руки мельтешили перед лицом, пока Гаррет не опустил их.

— А я Николь… и о боже, мы обязаны подружиться. Я должна узнать, каким образом мой бука-брат заполучил такого красавца.

Гаррет все больше и больше выглядел так, словно считал, что позвать ее было ужасной идеей.

— Николь, сбавь обороты, окей? Господи, ты пугаешь даже меня.

— Слушай, ну я же взволнована плюс выпила море колы. — Она в вихре волос развернулась и крикнула через плечо: — Ма, иди познакомься с бойфрендом Гаррета! Он просто прелесть! — Ей что-то ответили, и Николь снова повернулась к экрану. — Так, а теперь расскажи мне о себе. Гаррет сказал, что ты геймер.

Возможно, она поняла, что я нервничаю, а может моя работа и впрямь была ей интересна, но так или иначе, это был лучший способ меня успокоить.

Я принялся объяснять, как работает твич (обычно люди не понимали, почему одни смотрят бесплатно, а другие ради нескольких бонусов покупают подписку), какое у меня оборудование, сколько подписчиков и какие игры я стримлю. Наверное, это был до ужаса скучный рассказ, но Николь слушала с неослабевающим интересом, а Гаррет улыбался своей безмолвной улыбкой и гордо смотрел на меня.

— Вау, — сказала Николь, когда я закончил. — Да ты настоящая знаменитость.

— Не думаю, что меня знает кто-то, кроме подписчиков.

На экране появилось третье лицо, и я встретился взглядом с их матриархом. Миссис Рейд оказалась привлекательной женщиной с темными, тронутыми сединой волосами и ореховыми глазами. На ее руке была большая и яркая цветочная татуировка.

— Здравствуй, Кай.

— Здравствуйте, миссис Рейд. Приятно познакомиться.

Ее улыбка, несмотря на суровую ауру, была доброй.

— Спасибо за то, что делаешь моего сына счастливым. Я никогда раньше не видела, чтобы он хмурился меньше трех четвертей дня.

Мое сердце загрохотало в груди, и я на мгновение пожалел, что не нахожусь рядом с ними, чтобы обнять ее за эти трогательные слова.

— Не за что.

— И я сказала ему, что мне безразлично, мужчина ты или женщина, или кто-то еще.

— Ради всего святого, мам! Или кто-то еще? — Гаррет уронил голову в руки. — Давай без этой гипертрофированной толерантности, ладно? Это звучит адски невежественно.

Мать дала ему подзатыльник.

— А ну-ка следи за своим языком. Я не особо хорошо разбираюсь во всем этом политкорректном дерьме, и ты это знаешь. Но я буду стараться.

Когда Гаррет бросил на мать еще один выразительный взгляд, мы с Николь переглянулись и усмехнулись.

Не такая ли атмосфера должна была царить в настоящей семье? Атмосфера поддержки, дружбы, любви… Его родственники были, естественно, не идеальны, но с учетом того, что они жили в Рикстоне — откуда открытого гея могли и изгнать, — их отношение ошеломило меня. Я был счастлив за Гаррета. Он заслуживал того, чтобы в его жизни были эти две женщины и их любовь.

— Ладно, — решительно вымолвил Гаррет. — А теперь уходите.

— Может, ты сам уйдешь, а я еще пообщаюсь с Каем? — предложила Николь.

— Чувиха, серьезно. Я его неделю не видел. Свали.

Миссис Рейд возвела глаза к потолку.

— Вы давно выросли, но продолжаете ругаться, как дети.

Николь поднялась, потом опять наклонилась и помахала мне.

— Было приятно познакомиться, Кай. С нетерпением жду нашей встречи вживую.

— Мне с тобой тоже, Николь, — сказал я.

Она еще раз улыбнулась, затем ущипнула Гаррета за ухо и вышла из кадра.

Миссис Рейд потрепала Гаррета по плечу.