Глава 21.

Глава 21.

Я бежала, покуда хватало сил и пока не поняла, что обгорела почти до ожогов ― очень опасно. Пришлось срочно останавливаться и натираться маслом Оганы. Только после этого я осмотрелась.

Что ж, я в лесу. Понять бы еще ― в каком. Не похоже, что я зашла на территорию оборотней или фэйри ― эти бы уже показались и озвучили свое недовольство. Значит, это, скорее всего, фейские угодья.

Пройдя еще пару сотен метров, поняла, что не угадала. На юго-западе от столицы располагалась небольшая полоска чисто человеческой территории. Здесь строили свои загородные дома богатые люди города, но было и несколько небольших поселений. Как раз на окраину такого я и забрела.

Впрочем, не буду врать, оказалась я здесь не случайно, просто ноги понесли по известному маршруту в самую глушь.

Когда-то у меня была идея попытаться вспомнить, кто я, при помощи хорошо знакомых вещей. Никаких результатов это не принесло, но с местными я подружилась и продолжила иногда общаться. И хоть они сразу догадались, что я не человек, но ничего против не имели.

― Вайлет! ― с другого конца деревеньки, а было тут всего десять дворов, мне махала дородная уже немолодая женщина. Направилась не спеша к ней.

― Здравствуйте, Бека! ― мы тепло обнялись. ― Можно, я тут у вас на берегу посижу? Не помешаю?

Ручеек протекал почти у самого ее дома, так что я бы и так вряд ли кому-то помешала, но все же я здесь не хозяйка.

― Деточка, что-то случилось? На тебе же лица нет! ― староста всплеснула руками. ― Я приготовлю что-нибудь перекусить.

― Спасибо, не стоит. Я ненадолго, просто нужно кое о чем подумать в спокойной обстановке.

― Хорошо, но кофе я тебе все-таки сварю. И не забудь сесть под навес, а то сама сваришься! ― тепло разлилось где-то в районе сердца. Эта женщина, пожалуй, единственная, кто обо мне заботился в таких вот мелочах.

― Спасибо! ― я ее еще раз порывисто обняла.

Бека ушла в дом, а я присела под какое-то нависшее прямо над речкой дерево. Густая крона отлично защищала от солнца, а пасторальный пейзаж расслаблял и успокаивал мысли. На том берегу, почти вплотную к воде, стеной взмывали вверх стройные стволы деревьев, и я первое время занималась просто тупым разглядыванием леса и животных.

Шуршащие в траве мыши и какие-то мелкие зверьки выглядели сейчас такими мирными, занятыми своими без сомнения важными делами, но я знала: стоит мне перелететь на тот берег ― и все они кинутся врассыпную, побегут подальше от чудовища.

Когда я только стала осознавать себя вампиром, то есть где-то после года жизни в клане, и мне позволили выходить в город, подобное отношение живности очень удручало. Я тянулась погладить кошку, а она в ужасе отскакивала и начинала шипеть.

Сейчас я начинаю понимать, почему я так расстраивалась. Общение с животными ― практически неотъемлемая часть жизни любого ведьмака. Ну, может, за исключением Катла, не знающего, с какой стороны подойти к лошади, но даже у него дома четыре кошки. Для них это отдушина ― зов природы, а часто и фамилиар.

Я, кажется, всхлипнула и приказала себе сосредоточиться на деле.

Что, если предположить, что все сказанное Даркнеллом ― правда? Тогда становятся понятны его странные взгляды и магия подчинения, которую он попытался ко мне применить. Собственно говоря, тогда это не магия вовсе, а естественное влияние мастера-вампира на свое творение.

В отличие от ведьмаков, слово “мастер” в нашей среде не означает признания силы и статуса, а характеризует вампира как создателя. То есть так называют любого вампира, который смог обратить человека.

Соответственно, каждый мастер-вампир имеет определенное влияние на того, кого он сотворил. И вот насколько оно сильно, уже зависит от них обоих.

Например, если бы я была более слабой, Даркнелл бы легко меня подчинил одним словом, поскольку сам очень силен. И наоборот, чем слабее мастер, тем меньше шансов, что обращенный будет его слушать.

Часто именно из-за этого срываются молодые вампиры ― создатель просто не в силах их контролировать. Поэтому в землях Ши уже много столетий есть закон, по которому любой новообращенный должен воспитываться в клане. Уж там-то найдется не только кому присмотреть, но и кому приструнить. В других же кланах ситуация иная, и обращенный фактически собственность обратившего.

Я передернула плечами от осознания того, что могла бы стать игрушкой кого бы то ни было, пусть даже и Даркнелла.

Хорошо, что я обратилась на землях Ши, хорошо, что декан оказался законопослушным, а еще лучше, что я настолько сильна, что могу ему противостоять. Хотя не факт, он же говорил, что у меня какой-то там блок. Надо будет потом спросить, что имелось в виду, память или что-то другое.

Так, с деканом все понятно. В его действиях, по сути, ничего предосудительного нет. Не подкопаешься.

Он нашел недообращенную девушку, обратил и по закону сдал в клан. Все. Что я ведьма, он не знал до сегодняшнего дня ― никто не знал. То, что он не смог меня прочитать, думаю, его заинтересовало, но не настолько, чтобы нарушать правила или самому участвовать в расследовании. Или… или его отстранили, а сделать это мог только Гарольд.

Вот кто точно знает больше, чем говорит. Ведь это он меня неоднократно сканировал и всю душу вытрясал на допросах. Просто даже не верится, что он не проверил ближайший городок от места, где меня нашли, и не узнал, что там пропадают ведьмы.

Но с другой стороны, с чего бы ему связывать два этих инцидента? Всем ведь известно, что ведьма не может стать вампиром, так что логично, что он не увидел ничего общего. А ведьмы? Ну и они бывает, пропадают. Может, он даже направил кого-то разобраться, но не факт.

В общем, об этом хорошо бы поспрашивать самого главу клановой безопасности. Правда, сомневаюсь, что он ответит.

― Твой кофе, ― Бека подошла почти бесшумно, но я все равно вздрогнула.

― Спасибо, ― слабо улыбнулась женщине.

― Я могу тебе чем-нибудь помочь, деточка? ― я покачала головой. ― Что-то из прошлого тебя настигло?

― Возможно, но до конца пока неясно.

― Ладно, не буду мешать думать. Ты умная девочка, Вайлет, ты сможешь все разложить по полочкам и примешь правильное решение.

― Спасибо.

И откуда в этой женщине столько мудрости?

Много лет назад она работала вместе с мужем на каком-то заводе и занимала не последнюю для человечки должность. Любимый мужчина страшно завидовал, так и не смог ей простить своей несостоятельности и изменил. Она же решила бросить все, в том числе и его самого, и организовать поселение для семей погибших работников и для тех, кто по причине плохого здоровья не может жить в городе. Достойная цель, но желающих не так уж много ― сельские условия не особо привлекают.

Если вернуться к моему прошлому, получается, что есть вероятность, что я ведьма, а это значит, что преступники нашли способ превращать их в вампиров. Причем в не просто нормальных полноценных клыкастых, но и довольно сильных. Кстати, тогда понятно, почему у меня сила изменяется скачками, как у ведьмы.

А теперь, внимание, вопрос: почему Вакару осталась гулем, хотя прошло уже довольно много времени с момента ее похищения? Возможно, что в ритуале что-то пошло не так и ее не убили, а отпустили так же, как оборотней. Но все же более вероятно, что она сама сбежала. Не знаю почему, но мне так кажется.

И еще, для полного обращения в гуля нужно кого-то съесть. То есть, если предположить, что ее держали в клетке и не давали питаться, то она осталась бы в пограничном состоянии либо до смерти, либо до того, как съест что-то мясное и теплое. Ну, или до обращения в вампира. Иначе мучать тварь просто незачем. Ее либо убили бы, либо отпустили. Логично? Логично.

Что у нас в итоге получается? Для исполнения ритуала нужен ослабленный, почти умерший гуль? Скорее всего. То есть, ее держали в переходном состоянии, судя по всему, несколько дней.

Из этого появляется следующий вопрос: что с ней делали остальные две недели? Уж явно не цветочки собирали! Даже подумать страшно, что она пережила.

Я прикрыла глаза, стараясь отогнать мысль, что, возможно, это все было и со мной. Нет, я не буду об этом думать, просто не могу и не хочу!