Следующие несколько недель Бо не мог вкладывать в свои отношения с Эриком столько времени и энергии, сколько хотел, так как его тяготил дедлайн проекта. Но даже с продолжающимися проблемами с генератором и уменьшившейся бригадой, со всеми другими головными болями из-за величины проекта, ко дню его двадцать пятого дня рождения всё было закончено.
Ровно по бюджету и не только вовремя, но и на два дня раньше.
Бо едва мог в это поверить. Этот проект был большой занозой в его заднице практически вечность. И всё же... от осознания того, что он это сделал — достиг того, что был намерен, и сделал это хорошо — Бо чувствовал себя на вершине мира.
Даже его старик мало за что мог зацепиться, хотя определённо пытался. Бо был слишком счастлив, чтобы принимать это близко к сердцу. Работа была выполнена, бригада получила два выходных, и у него были большие планы на свой день рождения, начиная с сегодняшнего вечера.
Впервые в его мире всё было правильно.
— Ещё раз спасибо за хорошо проделанную работу, господа, — сказал Майкл Хоув, снова пожимая руку Бо. — Мы невероятно довольны тем, как всё получилось.
— Для этого мы и здесь, — сказал ему Бо.
Четверо мужчин сидели в офисе отца Бо в центре города, подписывая последние документы с двух часов, и теперь, ближе к четырём, клиенты, наконец, уходили.
— Спасибо, мистер Сэнфорд, — сказал Стэнли Хоув, тоже пожимая Бо руку. — Вы хорошо работаете.
— Спасибо, сэр, — сказал Бо и, чувствуя себя великодушно из-за того, что всё уже подписано и закончено, добавил: — Было приятно иметь с вами дело.
Как только двое мужчин ушли, Бо и его отец остались в кабинете одни, и по привычке старик достал сигары. Бо ненавидел эту часть ритуала — сидеть в кресле напротив отца, сидящего за столом, курить вонючие сигары и говорить о только что завершённом проекте — но даже это не могло сегодня разрушить его настроение.
Вечером у него должно было быть свидание с Эриком. Их первое настоящее свидание. Такое, на которое красиво наряжаешься и идёшь в какое-нибудь модное место, чтобы выпить вина, тихо поговорить и в целом вести себя как взрослый. После этого они собирались ночевать у него дома.
И на эту ночь у него тоже были большие планы.
Он едва мог дождаться.
Как только смог, Бо затушил свою сигару и поднялся на ноги.
— Слушай, пап. Мне пора идти. У меня вечером свидание, и мне нужно кое-что сделать, чтобы к нему подготовиться, — он сделал глубокий вдох и заставил себя сказать слова, которые обещал себе сказать. — Я хотел бы заехать сюда по дороге на объект в понедельник. Мне нужно кое о чём с тобой поговорить.
— В понедельник? — мрачно произнёс его отец. — Забудь про понедельник. Ты мне нужен здесь в пятницу утром, парень. Ровно в девять! У нас есть работа.
Бо был раздражён. В мыслях его отца всегда была работа.
— Какие у нас могут быть дела, что нельзя подождать до понедельника? Я уже дал своей бригаде два выходных, помнишь?
— Да, помню. Это была куча льстивого дерьма, — проворчал старик. — Ты мог бы дать им выходной завтра, если очень хотел — национальный праздник в честь твоего дня рождения или что-то ещё — и всё равно вернуть их всех на работу в пятницу.
— На какую работу? Мы уже получили все необходимые разрешения, и материалы на объекте готовы. Кроме того, они и с этим проектом задницы надрывали. Они заслуживают отдых, — сказал Бо, кажется, в миллионный раз. — У нас есть время до августа, чтобы закончить этот ремонт. Куда спешить?
— Время — деньги, сынок. Но, полагаю, что сделано, то сделано. Смысл в том, что ты пока не будешь работать с бригадой над ремонтом. Я ставлю временным бригадиром Джо Спаркса.
Это было что-то новое.
— Почему это? — спросил Бо.
— Я решил купить новый проект на строительство в Уолтеме и хочу, чтобы ты его возглавил. С начала до конца. Поэтому ты нужен мне здесь в пятницу, чтобы начать процесс покупки вместе. Как только начнётся рассмотрение, ты можешь взяться за Вторую улицу, пока мы будем ждать, получим ли работу. Когда получим, ты можешь переставить свою бригаду на новый проект, и если Джо будет работать нормально, то закончит ремонт со старой бригадой Стиви Кларка.
Будь у него голова на месте, Бо мог бы задуматься, почему его отец даже думал переставить бригаду посреди проекта, когда все знали, что это глупый манёвр, который замедляет работу на несколько недель. Но он не мог вымолвить слов.
Может, это потому, что в какой-то момент он упал в глубокую тёмную дыру, о существовании которой даже не знал.
— Мы никогда не говорили об этом, — дрожащим голосом произнёс он. — Мы никогда не говорили ни о чём таком.
— Я говорю тебе сейчас.
Бо не знал, почему так удивлялся. Всё было как всегда, его отец всем управлял, а Бо подчинялся. Не в этот раз. На этот раз Бо не собирался быть таким слабовольным.
— Ты должен был поговорить со мной до того, как принял решение за меня.
— Зачем? Какая разница?
— Разница в том, что если бы ты поговорил со мной, я бы сказал тебе, что не хочу возглавлять такой проект. Участвовать в тендерах, писать предложения — я этим не занимаюсь.
— Сейчас занимаешься, потому что так и надо учиться — с самого низа.
Бо не знал, сколько раз за всю свою жизнь слышал эту фразу. Он знал только то, что на этот раз, вместо раздражения, он испытывал ужас.
— Мне не нужно такому учиться. Это не моё. Я плотник, а не посредник. Мне нравится строить.
— И у тебя это хорошо получается, — сказал его отец, и Бо удивлённо моргнул. Действительно, его отец редко делал кому-то комплименты. Пока Бо пытался это осознать, его старик продолжал. — Но знать, как что строить, это только начало. Научиться заставлять людей платить тебе за строительство — это нечто другое. Ты не можешь возглавить компанию, пока не умеешь это делать.
— Возглавить компанию?
Если бы у него во рту ещё осталась слюна, Бо мог бы прокричать вопрос. Но её не было. Ни капли. Так что прозвучали слова шёпотом.
— Конечно. Зачем ещё я бы ставил тебя во главу последнего проекта?
Бо не был уверен, что знает ответ на этот вопрос, но честно говоря, смысл был не в этом.
— Я думал, владельцем станет Хэм. Это он хорош во всём этом — в бумажной работе, тендерах и координации графиков. Я в этом всём паршивый.
— Я знаю, поэтому тебе нужна практика.
— Зачем мне нужна практика, если Хэм уже в этом хорош?
— Потому что я хочу, чтобы этим местом однажды управлял ты, — сказал его старик, снова удивляя Бо. — Может, у Хэма есть для этого мозги, но как ты сказал, ты плотник. Вот, что нужно этому месту, — кто-то, кто знает, что есть что. Хэм всё равно может заниматься делопроизводством, если хочешь, бумажной работой и всей этой прочей ерундой, но когда меня не станет, компанией будешь руководить ты. Так что тебе было бы чертовски неплохо этому научиться.
Бо был в таком шоке, что не был уверен, что делать. Он понятия не имел, что его отец планировал что-то такое. Он определённо не планировал сегодня говорить о своём будущем. Особенно потому, что ещё не придумал, как в понедельник поднять тему собственных планов. Он попался в невидимую ловушку и видел только один выход.
— Мне очень жаль, что ты не сказал всё это раньше, папа, — тихо произнёс он.
— Почему?
— Потому что тогда я сказал бы тебе, что не хочу управлять компанией.
Отец Бо нахмурил свои густые брови.
— Какого чёрта ты говоришь?
Боже, он не хотел этого делать. Не сейчас. Не так.
У него не было выбора.
— Я решил, что хочу зарабатывать на жизнь кое-чем другим. Так что в понедельник я пишу заявление на увольнение.
В этот момент отец Бо сделал единственное, что Бо никогда бы не представил, — он рассмеялся.
— Заявление на увольнение, — он помахал в сторону сына своей сигарой. — А вот это хорошая шутка.
— Я не шучу, пап. Я ухожу из компании.
Наконец, серьёзность Бо пробилась.
— О да? И чем будешь заниматься?
— Открою свой бизнес. Для начала перепродажа домов. Может, чуть позже немного расширюсь. Обзаведусь несколькими арендными территориями.
Когда Босс вот так сужал глаза, как сейчас, он выглядел точно как барсук в своей норе. Это была не особо комфортная схожесть.
— Сынок, ты, должно быть, сошёл с ума. Где ты возьмёшь деньги на такое?