Мальчишка стал мне сниться по ночам. И не так, как раньше. Мне снилось, как я касаюсь его, я чувствовал под пальцами его нежную кожу и мягкие волосы. Мне снилось, как я целую его, и я чувствовал на губах его дыхание и тепло его губ. И мне снилось, как я вхожу в него, и я просыпался в испачканной постели, чувствуя себя зеленым юнцом. Среди людей не приняты подобные отношения между мужчинами, но клан «охотников» - это особая замкнутая каста, и среди нас это не было чем-то постыдным или неправильным. Моим первым мужчиной стал мой учитель. Потом была у меня еще пара контактов с другими охотниками, но ни один не затронул мою душу, так как этот оборотень - Кармин.

Так прошла еще пара месяцев. Брат собрался весной жениться на одной из девушек-служанок с фермы и прислал мне приглашение на свадьбу. Я поехал, но не к брату. Первым делом, придя домой, я спросил о мальчишке, и узнал, что он все еще здесь. Брат посмотрел на меня и сказал: «Иди». Больше ничего говорить не надо было.

Я добрался до его избушки и остановился. Сомнения стали мучить меня: а вдруг не поймет и не примет, или, еще хуже, согласится из жалости. Так я и стоял перед домом, не решаясь подойти, пока из леса не появился миэлон. Не помню, что я спросил, наверно, какую-нибудь глупость, но когда зверь обернулся, я увидел его глаза. В них сиял такой восторг, что я не сомневался больше. Я бросился к миэлону, а он, перекинувшись в человека, обнял меня. Счастливее меня в тот момент не было никого.

Вот теперь мы уже два дня наслаждаемся друг другом. И все у нас хорошо, только с каждой минутой нарастает чувство, что должно случиться что-то плохое. Должно.

Мои размышления прервал стук в дверь и крик моего брата:

- Дамиан! Тебе письмо. Срочное. Из ордена.

- Ну вот, я так и знал. Судьба терпеть не может, когда у человека все хорошо. Обязательно подкинет какую-нибудь подлянку.

Глава 2

Письмо оказалось от самого магистра. Он просил меня заняться расследованием серии загадочных смертей на территории эльфов. Просьба магистра – равноценна приказу. Тем более что я оказался недалеко от их территории. Перейти Облачный Перевал, полдня пешего пути – и начинается граница земель эльфов. Есть только парочка но… Я терпеть не могу эльфов, этих заносчивых снобов – первое. Перейти перевал, когда снег еще не полностью сошел, рискнет только самоубийца – это второе. И третье – я совсем не хочу бросать мальчишку одного. Неизвестно, когда я вернусь, да и вернусь ли вообще. В Марговую Пустыню нас ушло пятеро, а вернулись оттуда только двое.

Кармин прочел письмо из-за моего плеча и, достав из сундука какие-то вещи, принялся их собирать в переметные сумки.

- Ты что это делаешь?

- Собираюсь. Надо будет в город сходить за провизией и может понадобиться крепкая веревка. На перевале еще опасно.

- Если ты собрался идти со мной – забудь. Я тебя никуда не возьму. Будешь сидеть дома и ждать моего возвращения.

- Это как покорная жена, что ли? И не подумаю даже,- мальчишка встал в позу, уперев руки в бока и гордо вскинув голову. - К тому же ты не забывай, что весной в горы уходят звери, и волки идут за ними. Хочешь меня бросить одного? На съедение?

- Это шантаж.

- Да, шантаж. И я все равно пойду с тобой. Миэлон понесет сумки, это освободит тебе руки и облегчит продвижение, к тому же на перевале тебе может понадобиться помощь моего зверя.

Крыть было нечем.

- Тогда в городе придется зайти к Людвигу и купить для тебя искажающий ауру амулет. Эльфы не любят оборотней.

- Удивил. Скажи, кто нас любит?

С покупкой амулета и провизии трудностей не возникло, а вот вооружить моего мальчика оказалось очень не просто. Мечом пользоваться он практически не умел, держал его как палку и махал так же. С ножом дело обстояло чуть лучше, но не намного, хотя метательными мальчишка владел отлично. Маленький арбалет тоже оказался вполне по плечу. Так я его и экипировал: арбалет в полторы ладони размером – эльфийская работа, и кожаные наручи, с тремя, крепящимися к каждому из них, небольшими метательными ножами.

Кроме того мы прикупили по паре теплых одеял (пригодятся для ночевки на перевале), крепкую веревку на всякий случай и фляжку «магического огня». Дорого, конечно, но греться надо будет как-то. Хворост можно не найти, а здесь – плеснул несколько капель на камень – и огонь горит несколько часов. Удобно. Припасы на несколько дней закупили в трактире, а у Кармина нашелся небольшой котелок, пара тарелок и ложек, соль. В общем, экипировались в дорогу, как надо. Выходить было решено затемно, а перед этим хорошенько выспаться. Но хорошенько не получилось. Как можно выспаться, когда на тебе сопит такое чудо?

К перевалу мы подошли на рассвете. Кармин, раздевшись и сложив аккуратно вещи в сумки, перекинулся в миэлона. Я повесил ему на спину сумки и закрепил их.

- Не тяжело?

- Мие, – козлик помотал отрицательно головой.

- Ну, тогда вперед.

Мы ступили на перевал.

Через несколько часов я совсем выдохся. Миэлон тоже тяжело дышал, и я объявил привал. На пути как раз оказалась удобная небольшая расщелина, отлично защищающая нас от ветра. Холодное мясо, хлебные лепешки и вода отлично утолили голод и жажду. Кармин перекидываться не захотел. Я только снял с него сумки, и козлик улегся поперек входа в расщелину. Мясо есть он, конечно, отказался и так яростно затряс головой, что чуть не задел меня рогами. А вот лепешку и воду принял вполне благосклонно. Пил он из моих ладоней. Прикосновение его мягких губ рождало в моей груди щемящее чувство нежности, которое я поспешил отогнать прочь.

Отвернувшись от Кармина, я лег, пристроив голову на спину зверя. А чтобы отвлечься начал рассказывать, как однажды мы с учителем застряли в горах на несколько дней из-за раннего снегопада. Мы тогда просидели в тесной пещерке пять дней, практически без еды. Потом еле откопались оттуда – так много снега навалило. А первым, кого мы встретили, выбравшись из-под снега, оказался горный кот. Он явно собирался поохотиться на нас и очень удивился сам став предметом охоты. Мясо его оказалось не таким уж и вкусным, и животами мы потом долго маялись. Миэлон время от времени фыркал, что, скорее всего, означало смех, особенно когда я описывал, как на четвертый день стал поглядывать с гастрономическим интересом на своего учителя. История эта была правдива. Умолчал я только о том, что именно в этой пещере я познал в первый раз любовь мужчины. Хворост быстро закончился, а согреться надо было, вот и… Но это другая, и не очень веселая история, учитывая то, что моего согласия особенно не спрашивали.

Время, отведенное на отдых, быстро пролетело, и мы снова двинулись в путь.

Ближе к вечеру миэлон, свернув с тропы, повел меня в сторону больших валунов. Между ними я увидел вход в пещеру. Небольшая, но довольно удобно расположенная, она стала нашим пристанищем на ночь. Готовясь к предстоящей ночи, я поинтересовался у зверя:

- Кармин, ты ночевать как будешь? Одеяло тебе стелить? Кашу на твою долю варить?

Миэлон активно закивал головой и прихватил зубами сумку со своими вещами.

- Одежду дать? – понял я. – Сейчас.

Через пару часов мы сидели рядышком, завернувшись в одно одеяло и ели горячую кашу с мясом из одного котелка. Ложка тоже почему-то оказалась одна (хотя я точно помню, что уложил две), и мне пришлось кормить мальчишку со своей. Одну – ему в рот, другую – себе. Еще не забыть подуть, ведь каша горячая. Видел бы меня кто из моих соратников, на смех бы подняли: «Тень превратился в заботливую мамочку». Впрочем, мне даже понравилось, и я не стал допытываться, куда делась вторая ложка. Тем более что мальчишка смотрел на меня такими честными и невинными глазами, что… Ну, в общем, поверил я, что он совершенно не в курсе, куда она делась. Ага, поверил.

Солнце садилось, заметно похолодало, и я решил уточнить планы Кармина о совместной ночевке.


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: