— Здесь мое последнее несчастье началось, здесь же оно и закончится.

— Мебели нет, — сверкнул глазами брюня и взглядом уперся в мои губы.

Потерлась носом о его щеку:

— Меня это не смуща…

Видимо его это так же ничуть не смутило, потому что он продолжил лишать меня дыхания до потери пульса. Не забыл, не бросил, целует ненасытно, обнимает крепко, словно боится отпустить, вдруг опять исчезну в чужих мирах. И я уже не знаю, чего больше хочется: поплакать навзрыд из-за накатившего чувства облегчения или рассеяться в голос, потому что интуиция бьет в колокола. Сейчас нас обязательно потревожат. Вот сейчас.

И мое предчувствие стопроцентно оправдалось. Не прошло и минуты, рядом с нами кто-то тактично покашлял, но занятые всецело друг другом, мы не сразу отреагировали.

— Хм, хм, хозяин? — а в ответ молчание.

Ну, то есть как молчание, тяжелые вздохи и тихие стоны. Одежду с себя еще не срываем, но вскоре точно начнем.

— Простите, но вы должны кое-что узнать.

А мы ноль эмоций.

— Галочка…

О! Хоть кто-то меня узнал в этом жутком наряде. Посчитала нужным, выслушать верного слугу Нардо и аккуратно отстранилась от голодных губ лорда подземных чертогов.

Он что-то требовательно прорычал, я же со смешком сказала:

— А давай все-таки послушаем.

— Спасибо, — отозвался бес и прочистив горло, сообщил: — Хозяин, как Вы и просили, я нашел родителей Галочки через ее домового Топ Томыча…

— И ты передал им, что она погибла? — со смешком поинтересовался синеглазый, медленно проведя рукой вдоль моей спины.

— Нет-нет, меня вовремя оповестили об обратном!

— В таком случае, не вижу причин для паники. Бес, выйди… — Нардо взмахом руки выдворил слугу прочь из комнаты, и опять приник ко мне.

А из коридора послышалось отчаянное:

— Прежде чем Вы продолжите, Вам стоит познакомиться с родителями нареченной!

— Жены, — поправил черт, расцеловывая мои щеки.

Но верный слуга не отступил:

— Я вынужден настаивать, чтобы Вы заблаговременно встретились с ее родителями.

— Хорошо, — ответил синеглазый и, щелкнув пальцами повторно, заставил беса замолчать. Наверное, переместил подальше от нас. — И чем твои родители так напугали Степаненко?

— Не знаю, — ответила тихо. — На самом деле они у меня замечательные. Я же в них пошла.

Скептическая ухмылка была мне ответом.

— Не веришь, — прищурилась я, — а давай покажу.

— Давай.