— Я никогда не хотел становиться вожаком, — покачал головой Кипер, — и уже давно смирился с тем, что моей стаи больше нет. Но и к чужой я примыкать не собираюсь, особенно к этому отребью.

— Однако сегодня я видел тебя среди них.

— Я работаю в Санатории, не более того. Мой босс — не мой вожак, понимаешь разницу?

Рик неопределенно дернул головой. Нахмурившись, он перевел взгляд на толпу у сцены. Шестым чувством он уловил какое-то пока неявное изменение в настроении людей.

Интуиция его не обманула. Через несколько секунд вдалеке начали раздаваться возмущенные и испуганные возгласы. Посмотрев в том направлении, мужчины сначала ничего странного не увидели, но через несколько секунд из-за лавок с играми и угощениями появилась вереница людей в масках. Всего их было около дюжины. С пьяными криками они вклинились в толпу, толкаясь и выбивая стаканы из рук, и вскоре там уже началась свалка. Музыканты оборвали игру. В сумятице столбики, с развешанными на них фонарями и гирляндами начали падать, утягивая за собой другие и вызывая новые крики. Часть народа попыталась уйти с площадки, кто-то прорывался в обратном направлении, чтобы выхватить из толпы своего ребенка или наподдать новоприбывшим.

— Козлы! — с чувством произнес Кипер.

— Свиньи, — поправил его Рик, имея в виду те маски, которые нацепили на себя возмутители спокойствия. Он уже локализовал местоположение своей дочери — на борту грузовика, в котором привезли лотки и палатки, оттуда было удобно наблюдать за кутерьмой на поле. — Твои коллеги, полагаю, — предположил он, но Кипер уже мчался вести разъяснительную работу среди животных, кем бы они ни были. Голова Мика тоже виднелась далеко впереди. Рик последний раз глянул на Анжелину и поспешил за ними.

Алан и Пит прорывались к дебоширам с другой стороны. Алан успел оторвать одного из них от перепуганной девчонки и уклониться от удара, который причитался не ему, когда из леса донесся низкий протяжный вой, похожий на волчий. На секунду все замерли. Люди удивленно притихли. Оборотни настороженно прислушались. А вот новообращенным пришлось несладко. Призывный настойчивый вой отключил их чувства самосохранения и контроля, заставив их, забыв абсолютно обо всем, броситься в чащу леса навстречу этому странному таинственному звуку. Пит знал, что так будет. Он быстро нашел взглядом Стефанию и увидел, как она скрылась в темноте среди деревьев. Он непроизвольно дернулся в ту сторону, но Алан удержал его, крепко ухватив за предплечье.

Адель в этот момент снова стояла одна. Когда все началось, Алекс как раз ушел к бочке с их пустыми стаканами и в суматохе пропал. На поле вообще стало сложно кого-то различить, а вот стоявшую возле леса Стефанию она видела отчетливо, как и то, что та вдруг сломя голову умчалась в лес. Выхватив из кучи сваленных вещей свой приметный рюкзак, Адель побежала за ней, хотя почти сразу потеряла ее из виду.

Оказавшись под сенью деревьев в полной темноте, девушка вынуждено остановилась. Пришлось промедлить, чтобы найти в одном из карманов фонарик. Но потом она быстро пошла вперед, примерно в том направлении, куда побежала Стефа, и откуда был слышен вой, в надежде, что он повторится или она услышит хоть что-нибудь еще.

В честь праздника сегодня все ушли с работы пораньше. Никто не прощался с Пейдж, все вежливо говорили: "увидимся на празднике". Пейдж только кивала, не собираясь признаваться, что ни на какой праздник не пойдет. Она точно знала, что никто не заметит ее отсутствия. Но и правду она никому говорить не хотела. Тогда им пришлось бы вежливо спросить, почему она не хочет туда идти. А это на самом деле никому не интересно. Поэтому, чтобы никого не ставить в неловкое положение, она просто кивала.

Оставшись одна, Пейдж включила чайник, достала из холодильника заранее припасенные пирожные и начала искать в интернете какую-нибудь приятную романтическую комедию или на худой конец фантастический триллер позабористей.

Около полуночи женщина собралась уходить. Она рассудила так, что ее одинокое возвращение домой в это время уже не должно показаться слишком уж жалким.

Заперев офис Санатория, Пейдж пошла по дороге к воротам. Ночь показалась ей очень приятной, так что она не спешила. Свет в помещении охраны не горел. Видимо ночной сторож так и не смог доползти до своего рабочего места. Но к этому уже все давно привыкли. Вспоминая вечно пьяного ночного сторожа, которого она чаще видела днем, валяющимся где-нибудь на земле, если его не успевали спрятать в "бункер", Пейдж подошла к воротам и в этот момент услышала вдалеке пронзительно-печальный волчий вой. Она обернулась на звук, но он больше не повторился. Скорее даже стало еще тише.

Пейдж отчего-то стало сильно не по себе. Она снова повернулась к воротам, собираясь в приступе необоснованного страха бежать, не останавливаясь, до самого дома, а потом закрыться на все замки и залезть с головой под одеяло. Но в темноте перед ней что-то шевельнулось. Пейдж попятилась назад, потому что это что-то медленно пошло на нее.

— Ой, собачка, — воскликнула женщина, в наивной попытке выдать желаемое за действительное. Темная надвигающаяся фигура постепенно вышла под тусклый лунный свет, оказавшись просто огромной. В довершение правый каблук неожиданно подвел ее, и Пейдж обидно шлепнулась на асфальт.

Бежать прямо вперед по пересеченной местности оказалось не так-то легко. То и дело приходилось что-то обходить, то овражек, то слишком плотно вставшие кусты, и вскоре Адель окончательно потеряла направление, а вой так больше и не повторился. Отвечать на него тоже никто не спешил. Девушка остановилась, пытаясь унять сбившееся дыхание и прислушаться. Шум от поля сюда уже не доходил, но и полной тишины тоже не было. Лесная чаща полнилась самыми разнообразными шорохами, скрипами, шелестом и прочими тихими неназойливыми звуками природы. Вот сейчас бы хорошо было сделать запись, и слушать ее перед сном в безопасной теплой постельке. Жаль только на деле она, похоже, слегка заблудилась, немножко замерзла, и где-то рядом в темноте бродит воющее чудовище с неясными целями. И оставляет за собой пожранные окровавленные трупы людей. Так что, после такой записи только кошмары и будут сниться — ну ее! Адель пошуршала немного, доставая из рюкзака газовый баллончик. Подержала в руке, но особой уверенности он в нее не вселил. Еще оставался шокер.

Где-то неподалеку от себя она услышала шуршание, явно выпадающее из общей звуковой картины. В ее сторону шло что-то явно крупнее обнаглевшей от внимания туристов белочки, но луч фонаря выхватывал из темноты только толстые и неподвижные стволы деревьев. Адель попыталась вслепую нашарить шокер, но рюкзак просто выпал из ее рук. Вот так, берешь слишком много всего и в итоге ничем не успеваешь воспользоваться!

Решив, что безоружной визуальный контакт с приближающейся опасностью ей все равно не поможет, она опустилась на колени и, подсвечивая себе фонариком, перерыла многоуровневые залежи ненужных вещей, каким-то образом уместившихся в небольшой вообще-то рюкзачок. Шокер оказался в самом низу.

Шаги замерли в нескольких метрах от Адель. Она подняла фонарик.

— Стефа! Черт!

— Что ты здесь делаешь? — задала подруга закономерный вопрос, но в ее голосе не было ни нотки удивления.

— Пошла посмотреть, что ТЫ здесь делаешь! — Адель застегнула рюкзак и поднялась с коленок. — Зачем бродить по лесу, в котором кто-то воет?

— Я кое-что нашла, пойдем, — подруга поманила ее рукой и, развернувшись на месте, зашагала обратно в чащу.

Адель эта ситуация показалась слишком странной, однако она, не глядя отряхнув коленки, поспешила за ней, боясь снова потерять из виду. И чуть не потеряла — Стефа быстро уходила в отрыв, словно просачиваясь сквозь лесную поросль. Почти полная темнота ей абсолютно не мешала. Адель догоняла ее чуть ли не бегом.

— Здесь!

Секунду назад Адель едва видела Стефу далеко впереди, а тут вдруг она оказалась сбоку от нее. Подруга стояла и указывала на невысокий, но круто вздымающийся холмик, полностью заросший травой.

— О чем ты?

— Он здесь! — воскликнула Стефания.

Адель пошарила в траве, осторожно взбираясь на холмик, но ничего не нашла. Она подумала, что и искать-то нечего. Стефа явно была не в себе, возможно, снова лунатила, как недавно у холодильника, и сейчас в своей голове она видела что-то свое. Адель обернулась, недоумевая, что же в таком случае ей делать, но подруга снова исчезла.