— С тобой что-то не так. Твоё лицо… Почему ты в шлеме? — затараторил Йемо с недоверием.

Викинг и вправду нацепил на голову солдатский шлем, в которых расхаживала стража Киллало. С самого первого взгляда юноше почудилось, будто Йормундур смертельно измотан, и от этого лицо его осунулось.

— Я беглый остман и между прочим скрываюсь. — воин поставил на край моста вторую ногу и выдвинул из-за спины внушительных размеров мешок. — Как раз поэтому нам следует поторопиться, — заново отросшая рука похлопала по круглому предмету.

— Что это? — Ансельмо нагнулся к мешку, но викинг быстро его отодвинул.

— К тебе есть просьба. Верней, ты мой трэлл, так что слушай приказ. Сейчас я возвращаю тебе руну. Ты вызываешь Метлу Волн и на ней отвозишь вот эту вещь Диан Кехту. Передашь ему прямо в руки. А теперь главное. — Йорм взял холодную ладонь мальца, вложив в неё камень Лагуз. — Ни в коем разе что бы ни случилось ты не открываешь мешок и не трогаешь содержимое.

— Почему это? — выпрямился Ансельмо, выдернув руку из грубых объятий.

— Потому что я так сказал. — поднявшийся следом мужчина с кряхтеньем взял мешок с земли, сунув подмышку. — Упрямое дитя, я забочусь о твоём благе. Теперь слушай. Мы отправимся к эстуарию Шаннона так же, как приплыли в Киллало. Оттуда двинешь на Хильдаланд уже один, у меня тут… свои дела. Поторопи варселов, путь не должен занять много времени.

— Ты так легко отдашь мне Метлу? Я ведь могу отправиться вдогонку за Олальей!

Йормундур резко помрачнел.

— Делай, что хочешь, но сперва отвези го… ремыке Диан Кехту посылку, а там хоть в Уэссекс на приём к королю!

— Так и сделаю!

— А я не расскажу тебе, как вернул руку. — воитель с деланным равнодушием проследил за уходящей далеко за белый виднокрай рекой. — Не любопытно?

— Нет, — Ансельмо поднял чужую расслабленную руку, на месте которой ещё недавно была загнивающая культя, пальцы погладили кожу, внимательно изучая. — Я знаю, это всё нечистая сила, к которой отправил тебя Диан Кехт. Он ведь… пользуется тобой.

— Они все, — промолвил Йорм в никуда. — Пока в этом есть выгода, мне плевать.

— Мне не плевать, чёрт побери! — Йемо вцепился ногтями в чужую ладонь. — Я… молился за твою душу. Ты ведь вовсе не плохой, Йорм. Ты уподобляешься им, позволяешь помыкать… Почему ты не можешь быть самим собой?!

Рука викинга вырвалась из чужой ладони с грозным замахом.

— Здесь все, кроме меня, знают, кто я есть на самом деле?!

С рыком ненависти Йормундур так притопнул ногой, что она выбила одну из досок, застряв в узкой расщелине. Пока Йемо в недоумение осмысливал происходящее, его хозяин так же резко выдернул сапог. Дощатый настил моста от какой-то немыслимой силищи разом сорвался с гвоздей. Через миг, как почувствовать дрожь под ногами, монаха крепко взяли поперёк груди, и он нашёл себя уже на берегу, будто очнулся от страшного сна. С моста в реку посыпались поломанные доски, оставив голыми бревенчатые перекладины. Йормундур залился звонким смехом.

— Что это было? — Ансельмо стал судорожно креститься.

— Могу показать ещё раз. — викинг удобней перехватил голову Балора, за одно крепко вцепившись в рясу чернеца. — Держись крепче, нам пора.

Ансельмо думал возразить, но у реки остался лишь след на снегу ещё до того, как с губ слетело первое слово.