Он потянул руку, чтобы схватить меня, но Роук встал передо мной и обнажил меч. Воины Люкрона тоже обнажили оружие, но остались на своих местах.

— Я жду объяснений, Кир! — Люкрон развернулся к князю, который вскочил с трона.

— Я тоже, Люкрон, — холодно ответил мой муж.

Я выглядывала из-за Роука, а двое правителей вцепились друг в друга взглядами.

— Я прошу отдать мне Арану, мою дочь, — процедил Люкрон.

— Я не знаю, где твоя дочь, — напряженно ответил Кир.

Люкрон зарычал как тигр перед нападением, лицо красное, глаза горят гневом.

— Если ты сейчас же не вернёшь мне дочь, то я объявлю войну с княжеством Илиар! — брызгал слюной король Хору и тыкал в меня пальцем.

Все это было очень интересно, но войны княжества Илиар с кем бы то ни было мне хотелось избежать. Набрала в легкие воздух, чтобы озвучить правду: я не могу быть дочерью короля Хору, он ошибся.

«Молчи! Иди ко мне!», передал Кир. Проскользнула между дружинниками и через мгновение оказалась в объятьях мужа.

— Так ты признаешь, что эта женщина твоя дочь? — спокойно спросил Кир, поставил меня перед собой, развернув к себе спиной и лицом к этому сумасшедшему.

— Да! Да, это Арана, моя дочь и наследница дома Хору. Что ты на себя нацепила? И что у тебя с волосами? И опусти глаза, это неприлично, — более спокойно сказал Люкрон, если спокойствие ему вообще свойственно.

Что за бред сейчас творится?

— Ты не мой отец, — не выдержала я. — Родители бросили меня в младенчестве. Ты ошибаешься, король Хору.

Все это проговорила в абсолютной тишине.

— Не может быть! Твои глаза! — зашипел Люкрон, он вцепился в меня злым взглядом, и все в нем говорило, что он боится меня. — Я велел убить тебя! Ты должна умереть!

Люкрон быстро выхватил кинжал из ножен на поясе и бросился на меня, разделяла нас пара шагов. Но король Хору — плохой воин, не дожидаясь, когда он преодолеет все расстояние, подпрыгнула, развернулась в воздухе, ногой выбила оружие из его руки и приземлилась на обе ноги.

Оцепенение, в котором все пребывали до этого момента, спало. Кир, обнажив меч, встал передо мной. Люкрон с криком снова бросился в мою сторону, но нападать не стал, а кричал что-то нечленораздельное. Его воины стояли с обнаженным оружием, но не знали, что делать. Их смущало, что я, видимо, похожа на Арану. Это пока все, что я поняла из поведения Люкрона.

— Ты демон во плоти, — шипел король, пытаясь встать с пола. — Я должен был сам придушить тебя, как только ты появилась на свет! — Он зашелся нечеловеческим смехом. — Ты — моя погибель!

— Отец! — Раздалось у входа в тронный зал.

В него вбежала девушка, остановилась между нами и Люкроном.

— Простите, отец очень болен. Простите нас, — она встала на колени и опустила глаза.

Кир обнял меня, а я забыла, как дышать, потому что передо мной стояла моя копия.

Что было дальше, помню плохо, словно я была в воде и наблюдала за происходящим из глубины. Кир вцепился в меня мертвой хваткой, пока люди вокруг что-то говорили, кричали, приходили, уходили.

Единственное, что я пока понимала: Арана — моя сестра-близнец, Люкрон — отец, который или душевно болен или действительно хочет меня убить. Или все сразу.

Еще я поняла, что мы с Араной очень-очень разные.

Арана — кроткая, покладистая, глаза на мокром месте, много причитает и все время просит прощения за все, нежная, опускает глаза в пол при разговоре с мужчиной и заботится об отце. А я бы его придушила! — это наше главное отличие. И куда это кроткое создание пропало на несколько дней, мне было не ведомо.

— Лири, дай им время успокоиться и свыкнуться с мыслью, что ты нашлась, — проговорил мне Кир, когда спустил меня с окна в тронном зале и усадил рядом с собой, на место княгини.

Жрецам Создателя и уважаемым семьям княжества предложили отправиться отдохнуть, потому что прием был внезапно прерван, а Арана слезно просила дать ее отцу время прийти в себя, ведь «он очень-очень болен». Подали ужин для дружинников.

Ходила из угла в угол по обеденному залу, собираясь с мыслями, а когда села на окно, Кир, который все это время не сводил с меня глаз, посчитал, что я готова для общения. И он был прав.

А успокоилась я потому, что в моей голове созрел план.

Мой отец — передернуло, когда назвала его так, — находился в одной из башен замка, там же Арана, их охрана до смешного неопытна.

Но Кир попросил меня пообещать, что я не совершу ничего, что могло бы спровоцировать конфликт (считай: войну) между нашими государствами. Очень смешно. Если в охране Люкрона его лучшие воины, то мне страшно за армию Хору.

Конечно, я пообещала Киру выждать время, он мне поверил, на том и согласились.

Ужин с дружинниками выходил тихим, ни веселых историй из походов, ни бородатых шуток. Да и я не очень вслушивалась, продумывала, как бы улизнуть незаметно от Кира, пробраться в башню, где моя сестра и отец, и… А что делать дальше я пока не решила.

Оказывается, Кир внимательно наблюдал за мной. Накрыл мою руку своей, освободил нижнюю губу, которую я все это время неосознанно прикусывала от волнения, протянул мне кубок с вином. В его глазах было столько любви и радости, я, до конца не отдавая себе отчет в том, что делаю, перебралась на колени к мужу и уткнулась ему в грудь. Он ничего на это не сказал, лицо строгое, а руки нежные. Сегодня мне можно покапризничать.

Да и как он от меня сейчас отделается? Наш союз одобрил Создатель!

— Дай им время, — повторил Кир, усадил рядом с собой (нам в этот раз поставили не два отдельных кресла, а одно широкое), — тебе нужно поесть, — вложил мне в руки грушу.

Да, Кир запомнил, что я их очень люблю. И почему это мой муж такой спокойный? В его государстве не понятно, что творится, нашлись вероятные родственники жены (которая до сегодняшнего вечера была рабыней, купленной на рынке), а он меня грушами кормит.

— Ты знал? — спросила его в лоб.

— Догадывался, — и замолчал.

— Продолжай, — процедила сквозь зубы.

— Я попросил Илио собрать как можно больше информации о доме Хору и королевстве, — он снова сделал большую паузу.

— Кир, не томи, — взревела я.

— Бедное королевство, одна наследница, но поговаривали, что первенец умер. Пришлось подкупить несколько человек, чтобы выяснить, как выглядела наследница Хору. Одни говорили, что у нее синие глаза, другие, что зеленые, третьи — черные. Но все сходились в одном — у нее золотые волосы.

— То есть ты считаешь, что это моя семья?

— Люкрон четко сказал, что чувствует тебя как свою дочь, — парировал муж.

— А если ты женился не на той сестре?

— Думаю, что Создатель меня простит, — он поцеловал меня, — я уже выбрал эту.

Вопреки моим ожиданиям, после ужина Кир повел меня не в наши покои (да, да, наши покои), а свернул куда-то в подвал. Нас сопровождали Реи и Илио, но они остановились за металлическими дверями большой комнаты.

Кир завел меня в нее, там небольшой коридор и еще одна дверь, тоже металлическая, более массивная и очень красивая. В свете настенных фонарей она искрилась камнями, которыми была выложена огромная мозаика, изображающая большое дерево, увешанное красными плодами.

Мой муж подошел к двери, достал кинжал, торчащий из стены (как кинжал вообще можно воткнуть в каменную стену?), порезал ладонь, приложил ее к ручке двери и толкнул. Это была сокровищница!

— Сделай то же самое, — сказал Кир, протягивая мне кинжал и заходя внутрь.

Конечно, я его не послушала, ломанулась следом (не хотелось ранить себя) и стукнулась о невидимую стену, тихо застонала от боли, потирая лоб. Кир повернулся на эти звуки, в глазах читалось огорчение — его жена, которая только сегодня в храме Создателя пообещала всегда слушаться, ведет себя неподобающе.

Демоны!

Полоснула по ладони кинжалом, воткнула его обратно в стену и взялась за ручку другой двери окровавленной рукой, толкнула. Дверь легко открылась, словно ничего не весила, и я вошла без всяких проблем. Рана на руке мгновенно затянулась, магия, не иначе.

Кира нашла сидящим на одной из скамеек, он поигрывал какими-то браслетами. В его взгляде было столько разочарования, что я встала перед ним на колени и опустила глаза. Услышала горький смешок и почувствовала, как его руки расплетают мои волосы.