Еще до захода солнца мы заблаговременно остановились в относительно безопасном месте. Относительно безопасным оно было по той простой причине, что здесь практически не слышались звуки обитателей Темного леса.

Костер ярко пылал, даря тепло и приятно разбавляя сгущавшиеся вечерние сумерки. А после того, как я подбросила собранный мной хворост, он разгорелся еще ярче, отбрасывая причудливые блики на окружавшие его предметы. Я завороженно смотрела на этот сгусток света, прислонившись спиной к дереву, и думала о том, что никогда не была настолько счастлива и печальна одновременно. Счастлива от того, что жива и цела, что живы и целы члены моей группы, к которым за время нахождения в экспедиции я успела привыкнуть и по достоинству оценить их храбрость, ум и человеческие качества. Печальна от того, что этот и без того трудный и ужасный день омрачился смертью Аграда Друмма… Жаль его, ведь у него была семья, дети, родители, друзья. Жаль, что мы не смогли его спасти… Он погиб из-за этих поисков артефакта, как, скорее всего, погибла и часть нашей группы на болоте, оставшаяся сражаться с кикиморами, как погибли и люди на трактате еще в самом начале экспедиции. Столько смертей и все из-за одного артефакта! Магического шара из голубого полупрозрачного материала! А ведь после всех смертей, произошедших из-за него, он должен окраситься в красный, в цвет крови умерших ради него! Раз он может подчинять меня своей воли, так почему же он просто не указал свои точные координаты и не заставил перенестись к нему?! Если он может посредством Избранной создавать взрывы огромной силы, почему же он не может просто перенести Избранную к себе? Неужели он не способен это сделать без личного контакта? Без всех этих прикосновений и «создания устойчивой связи», как указано в «Книге Избранных»?! Неужели для артефакта подобной мощи это так сложно?! Тогда все были бы живы! Все! А мне не снились практически каждую ночь кошмары всех пережитых в экспедиции ужасов!

— Выглядите измученно и устало. Тея Елена, вы нехорошо себя чувствуете? — спросил неожиданно возникший из-за дерева Охотник, немного напугав меня и одновременно заставив вздрогнуть.

— Я чувствую себя отлично, не стоит переживать на этот счет, тэн Палм, — на автомате ответила я, желая, как можно быстрее прекратить этот неожиданный и абсолютно ненужный мне диалог.

— Вы можете называть меня просто Хедвиг, мы ведь об этом договорились еще по пути в замок графа Осто. И может, перейдем уже на ты? — не отставал от меня назойливый мужчина.

— Да, я это помню. Хорошо, перейдем на ты, Хедвиг, — согласилась я, лишь бы поскорее отвязаться от его внимания и, добавив, — спокойной ночи! — отправилась расстилать свой спальный мешок.

— Я могу тебе помочь, Елена? — идя рядом спросил охотник на нечисть.

«Что за муха его укусила! То недолюбливает, то помогает! А теперь еще привязался ко мне и надоедает своим вниманием!» — подумала я и отказалась от его помощи, желая просто побыть одной и еще раз обдумать сегодняшнюю ситуацию с Тэлумом.

— И все же я должен тебе помочь, — дружелюбно сказал мужчина, расчищая от палок место под мой спальный мешок, который я уже достала.

— Ты можешь помочь мне, только если оставишь меня в покое. Исчезни! — прикрикнула я на докучливого «помощника», поскольку единственное, что мне нужно было в данный момент — это побыть наедине с собой.

— Иначе ты меня взорвешь? — улыбаясь, сказал Охотник, а в его глазах заплясали лукавые огоньки.

— С такой назойливостью каждый захочет тебя взорвать, Хедвиг. И будет прав. Оставь Избранную в покое, дай ей отдохнуть, — произнесла подошедшая Белли. И с присущим ей миролюбием бескровно разрешила назревавший конфликт, просто взяв под руку назойливого мужчину и уведя его подальше от меня.

Но стоило прелестной теи Уинверт отлучиться и оставить Охотника без присмотра, он тут же подошел ко мне, уже находящейся в спальном мешке, и без каких-либо слов расстелил свое походное ложе возле меня.

На мой недовольный взгляд он ответил, что вообще — то он хотел занять место, на котором разложилась я, и не в его правилах отступать от задуманного.

— В твоих правилах только надоедать и быть навязчивым, не более, — печально констатировала я и отвернулась от воина в сторону разложенного спального мешка целительницы.

— Тебе не угодишь. Не трогаю тебя, плохо, пытаюсь помочь, опять плохо. Или у вас на Земле приняты такие нормы общения? — не отставал от меня Охотник.

— Причем здесь Земля? Причем здесь нормы общения? Все проще! Ты не трогаешь меня и мне от этого хорошо, а не плохо! ХО-РО-ШО! Теперь понятно? — ответила громкой тирадой на неприятное заявление своего соседа и поднялась с походной постели. — Я вообще не понимаю, зачем ты отправился в экспедицию, заранее зная о моем участии и о том, что Избраная тебя раздражает? Чтобы доводить и портить ей настроение? — все еще находясь под действием эмоций, воскликнула я.

— Все в порядке, тея Елена? Он тебе обидел? Хедвиг, оставь Лену в покое! Тэн Палм, прекратите! — со всех сторон полетели на Охотника возгласы других членов экспедиции по поиску Тэлума после моих громких высказываний в адрес Палма, а некоторые — да что там некоторые, все — подошли к очагу конфликта, зная о наших непростых отношениях с охотником на нечисть.

— Не более чем недомолвки, которые сейчас же будут устранены, — успокоила я ребят и, потакая своей так некстати пробудившейся вспыльчивости, а не доводам разума, повторила свой вопрос о причине вступления Хедвига Идена Палма в отряд по поиску Тэлума.

— Руководство послало, а приказы вышестоящих не принято оспаривать в органах безопасности, — ледяным тоном ответил мужчина, впиваясь в меня взглядом. — А почему влиятельная Избранная, заранее зная о составе экспедиции, не попросила исключить меня?

— Пробовала. Мне отказали, обосновав это тем, что личные антипатии нужно оставлять при себе, — сдержанно ответила я, смотря прямо в сталь глаз Охотника.

— И правильно сделали. Вам, тея Елена, нужно быть менее эмоциональной, а вам, тэн Палм, не стоит навязывать Избранной свое общество. Вам обоим нужно немедленно прекратить распри раз и навсегда. Своими недомолвками и раздорами вы ставите под угрозу безопасность отряда и замедляете деятельность по поиску Тэлума. Сейчас вы помиритесь и пообещаете больше никогда не устраивать ссоры, а мы выступим свидетелями ваше соглашения и гарантами выполнения его условий. И это не просьба, это приказ, — тоном, не терпящих никаких возражений, сказал Кейв Инверс.

И мы, выполняя приказ командира, по очереди пообещали больше не устраивать ссор и придерживаться только сугубо деловых и товарищеских отношений во время осуществления поисков Тэлума. И даже пожали руки друг другу, но сделали это с такими лицами, что одними только взглядами могли испепелить все и вся.

— Отлично. Теперь вы, тэн Палм, заступаете на ночное дежурство со мной вместо тэна Рейнхарта и тэна Фэйнвика. Выполнять! — новый приказ от строгого, но справедливого мага с немного суровым лицом и начальственным взором карих глаз, был тут же исполнен.

— То есть ты знала Хедвига еще до начала экспедиции? И как же вы познакомились? — поинтересовался Инбер, который в отличие от Беллавии и Стейндмонда — наиболее близких мне людей в отряде — не знал о моей истории знакомства с Охотником.

— Когда я очнулась в Темном лесу, на меня напал оборотень, от которого меня спас охотник на нечисть. Хедвиг Иден Палм и был тем охотником. Так мы и познакомились. Затем он же отвел меня в деревню Инштэн, а потом сопровождал в замок графа Осто, откуда через портал я попала в Сиат. Я думала, что после прибытия в столицу навсегда попрощалась с Палмом и поэтому никогда не акцентировала внимания на том, что именно он спас меня и помог добраться до Эльнора. Разумеется, регентам я рассказала всю информацию о его помощи, оказанной Избранной, и, насколько мне известно, за это он был даже награжден крупной денежной суммой, — постаралась точно и полно ответить на вопрос мага.

— И он всегда негативно относился к тебе? — продолжил рыжеволосый маг свои расспросы на тему «Избраная и Хедвиг Палм».