Передача оружия происходила медленно, поскольку многое из нашего арсенала него уже успело разойтись по рукам, и теперь всем лагерем подчиненные светлого тея искали его.

— Вот! Это последний наш трофей, — положив на землю кинжал тонкой работы, принадлежавший Инберу, сказал бандит с огромным шрамом на щеке и, быстро вытащив из-за пазухи нож, метнул его в Стена.

Маг ловко увернулся, а затем одним заклинанием убил наемника, покусившегося на его жизнь. Однако подобного храброго поступка с точки зрения бандитов, хватило для начала потасовки с моим отрядом.

Со всех сторон нас стали атаковать. И если бы не общий магический щит, созданный нами сразу же после броска кинжала, многие из нас получили серьезные увечья, поскольку индивидуальный щит одного мага не способен сразу принять на себя столько ударов.

Град боевых заклинаний и холодного оружия (стрел, метательных ножей) пыталось пробить наш щит, но пока только причиняло ему сильный урон. Однако долго продержаться магический защитный купол не сможет, поскольку он не рассчитан на длительно воздействие объектов материального мира. Однако и того времени, что у нас есть в запасе достаточно для подавления мятежа, ибо ярость, с которой мы атакуем неприятеля, приносит ему большие потери. Возможно, нам все-таки удастся отделаться от этих ужасных обитателей Темного леса и продолжить поиски Тэлума.

И тут я, полностью теряя управление своим над телом и магией, становлюсь лишь зрителем происходящего. С ужасом и отчаянием пытаюсь вернуть себе прежний контроль и понимаю, что мое сознание во власти чего-то могущественного и мощного. Тэлум. Он полностью захватил мой разум, и с его помощью управляет моим телом и магией. И теперь я, во всем беспрекословно следуя воле артефакта, укрепляю общий защитный купол, формирую вокруг себя индивидуальный щит и выхожу за пределы щита отряда. Закрываю очи — в ожидании слепящей вспышки света — и произвожу мощный взрыв.

Когда я открыла глаза, все в округе выглядело как после падения метериорита: поваленные обугленные деревья в радиусе нескольких десятков метров, выжженная земля, откуда поднимались струйки дыма, и множество кучек пепла.

И это сделала я?! — оторопело думаю и понимаю, что вернула контроль над собой. Однако отчаяние и страх от осознания себя в качестве беспомощной марионетки, наблюдающей, как твое тело, а главное столь опасный магический дар, как взрыв, использует кто-то посторонний, сильно отпечаталось в моем сердце. И вызвало опасения, что я знаю о Тэлуме не все или — и что гораздо хуже — кто-то преднамеренно скрыл от меня информацию о способности артефакта полностью контролировать Избранную.

— Тея Елена, с вами все в порядке? — аккуратно взяв меня за руку, вопрошает появившийся Охотник.

— Да, — неуверенно произношу я и оглядываюсь назад. Все целы, все живы. И направляются ко мне.

Объятья, рукопожатия, попытка проверить мое состояние с помощью магической диагностики и мой категоричный отказ от подобной процедуры, возгласы радости — каждый бурно радовался прекрасному завершению сражению с наемниками.

— Ты героиня, Лена! Я восхищаюсь тобой! — восторженно говорит Беллавия и обнимает меня.

— Нет, наш герой — это Стейдмонд! Он нас спас, а не я! Его нужно благодарить! — и разомкнув объятья с целительницей, и я выражаю искреннюю благодарность за спасение и открытое восхищение умом, ловкостью и смелостью герцога. И не я одна, все последовали моему примеру и выразили ему свою горячую благодарность за свое спасение.

— Спасибо, — немного смущенно благодарит воин и смотрит только на меня. — Надеюсь, теперь я заслужил поцелуй Избранной, — и, не ожидая моего ответа, он целует меня. Нежно и бережно. И мне такое отношение к столь тонкому делу пришлось по душе.

Когда наше лобызание закончилось, я аккуратно положила пальцы на скулу синеокого мужчины и исцелила его от синяка под глазом.

— Так-то лучше, — любуясь аккуратно проделанной работой, говорю я и еле успеваю увернуться от нового поцелуя светлого мага, быстро подставив щеку под такой удар. — Нам не стоит этого делать снова, — тихо прошу его, понимая, что еще один поцелуй может перерасти в нечто большее, чем просто симпатия и… я могу влюбиться в герцога, а дальше все пойдет по наклонной: я начну с ним встречаться, далее приму его предложение, а после навсегда откажусь от возврата на Землю и больше никогда не увижу родных.

Нет, не бывать этому! Мне нужно лучше держать себя в руках! И я отхожу от прекрасно сложенного герцога на безопасное расстояние.

— Сейчас устроим небольшой привал, а дальше обыщем лагерь и добьем выживших, — приказывает командир Кейв Инверс, беря в расчет особую мстительность наемников и полагая такими действиями полностью пресечь новую возможность нового нападения бандитов. А затем возвращает себе позаимствованное на некоторое время наемниками его же оружие.

Когда каждый вернул себе свои вещи и оружие, а некоторые из них — совсем малая часть — не были отданы нам бандитами — мы устроили пир на весь мир. Разумеется, это был простой обед, состоявший из каши с мясом, горячего тонизирующего напитка с булочками, но после вынужденной голодовки он показался нам самым лучшим и изысканным на всем континенте. А простая вода стала поистине ценным эликсиром, которому каждый член группы воздал должное.

Во время нашего обеда, мы узнали о том, когда и при каких обстоятельствах Стен успел вступить в ряды наемников. Оказывается, он слышал когда-то подобную историю от дедушки, всеми уважаемого воина и мудрого мага с большим жизненным опытом, и решил повторить ее. Его расчёт основывался на неожиданности для всех вызова главаря на дуэль чести. И, разумеется, о нашем незнании о его вступлении в банду, ибо он сидел в клетке только с раненным охотником на нечисть. Аграду он даже смог дать обезболивающее из потайного отсека своего медальона — подарка матери в честь его вступления в ряды магов войск Светлого королевства — и тем самым на время облегчить его страдания. А далее он ночью под предлогом желания спасти свою жизнь потребовал встречи с главарем, назвал ему неверные координаты Тэлума (горы Эйгв, находящиеся чуть западнее горной цепи Монсэ) и взамен стал членом банды.

Поиски выживших не дали никаких результатов, ибо от лагеря ничего не осталось: моя мощная взрывная волна пологостью уничтожила этот обитель зла и порока. Но мы не исключали возможности, что кто-то все-таки выжил и спрятался в лесу, но поиск на прилегающей к разрушенному лагерю местности занял бы слишком много времени. К тому же, прислушавшись к разумному доводу Охотника, что после таких последствий моего взрыва оставшиеся не захотят рисковать своей жизнью и преследовать нас, все единогласно признали бессмысленность поисков выживших наемников и окончательно отказались от их проведения.

Сверившись с картой и используя навигационные приборы, было определено, что мы серьезно отклонились от первоначального маршрута. Теперь, чтобы вернуться на исходную позицию, где произошла наша стычка с наемниками, необходимо сделать серьезный крюк через густые заросли Темного леса, отмеченные красным цветом, обозначающие особую опасность возникновения частых разломов в этих местах. Однако иного выхода не было, и выжившие после сегодняшних событий члены отряда, не теряя зря времени, продолжили экспедицию по поиску Тэлума.

Пробираться сквозь плотные заросли Темного леса было нелегко. Идя по плотному слою мха и опавшей листвы, ноги постоянно проваливались в пустоты, образованные плотно сплетенными наземными частям корней. С веток свисали клочья травы, которая царапала кожу и жутко пахла, а чрезмерно большая плотность деревьев заставляла в буквальном смысле протискиваться между их искривленными темными стволами. В лесу постоянно слышались какие-то неприятные звуки, очень напоминающие вой, крики детей и жалобное мяуканье, что в совокупности с тусклым серым светом и практически полным отсутствием солнечных лучей, не бывших способными пробиться сквозь густые кроны деревьев, добавляло тревожности и заставляло каждую минуту ожидать нападения какой-нибудь твари. По крайней мере, я от всей окружающей обстановки получила только такие эмоции, остальные были спокойны или же просто тщательно срывали свое беспокойство.