Глава 6 Готовность при красном, действия при зеленом

Лейтенант Богарт неловко пошевелился, проклиная про себя острые камни под коленями. Саймон поднял руку, останавливая его, и прижал губы к его уху.

— Спокойнее. Магус мог поставить здесь жучки еще несколько дней назад. У него наготове достаточно трюков.

В свою очередь Богги прошептал на ухо Саймону, от его дыхания шевельнулись тонкие волоски:

— Надеюсь, он, как в прошлый раз, придет вовремя. Здесь полковник Галэсбэ отморозил бы яйца.

На самом деле температура чуть выше замерзания, но сильная влажность, и поэтому холод прибивается сквозь теплые мундиры офицеров. В темноте каждый шорох казался усиленным. Капанье воды казалось шагами Магуса в темноте. Треск скал глубоко под поверхностью планеты — человек, ползущий к ним с ножом, готовым впиться в их плоть.

Они разместили жучки, но такой коварный злодей, как Магус, вероятно, ожидал этого и найдет способ нейтрализовать их. За известными выходами наблюдают, и через маленькие передатчики они получают постоянные сообщения. Никого не видели. Нигде никого нет.

Но Пещеры Ночи занимают такой громадное пространство и так плохо изучены, что в них легко может спрятаться целый батальон космических крейсеров. Существующие контурные карты показывают, что подземные пещеры занимают сотни квадратных миль, со множеством рек и ручьев, шелестящих и ревущих в глубоких каньонах. Там есть пещеры с высокими сводчатыми потолками. И проходы такие узкие, что человек вряд ли проберется через них.

Во многих пещерах на других планетах есть свои виды жизни. Слепые черви и кожистые летучие мыши. Змеи, белые, как соляные равнины, и безымянные существа, живущие в бесплодном мире тусклых кристаллов. Но в Пещерах Ночи никакой жизни нет. Ничего не бежит, не ползет, не продвигается по этим бесконечным переходам и пустым пещерам.

Саймон и Богарт отправились, как только Стейси закончил их инструктировать. С собой они несли чемодан с десятью миллионами кредитов. Как и раньше, неотмеченных. Оба зачернили руки и лица в качестве примитивной формы маскировки, у обоих бластеры настроены на максимальную мощность.

Им оставалось ждать несколько минут до назначенного Магу-сом в видеозаписи, которую получил отец девушки, времени. Они сжевали пищевые концентраты и настроили очки ночного видения на максимум. С их помощью полная темнота превратилась в неясную серость. Они видели пещеру, которая тянулась в обе стороны от них на сто ярдов, усеянная сказами и упавшими камнями. Высоко над головой, не неопределенной высоте, виднелась неровная крыша с иглообразными сталактитами, с которых вечно капает вода.

В крайнем северном конце пещеры, примерно на высоте в пятьсот футов, находился карниз, за которым начинался лабиринт переходов, никогда никем не исследованных. Насколько известно, ни один из них не ведет на открытый воздух Райола, но точно это не было установлено. С края карниза крутой спуск вел на дно пещеры, где ждали два офицера.

Невозможно было угадать, сколько времени стоит здесь девушка. Никто из них не заметил, как она появилась, и она стояла совершенно неподвижно, когда Саймон ее увидел. Он подтолкнул Богги, и они молча смотрели наверх. Насколько они могли судить, это Джен Харкен. Высокая светловолосая девушка в очень короткой зеленой юбке и в красной блузке. Из-за угла наблюдения они не могли видеть ее ноги.

С карниза, как будто из маленькой коробочки, прикрепленной к груди Джен, послышался голос.

— Вижу, вас двое. Так мы не договаривались. Если вы офицеры Федерации, встаньте, чтобы я мог вас видеть.

— Лежи спокойно. На самом деле он нас не видит, но мог установить датчики тепла. Ты ответишь ему и скажешь, что мы телохранители его отца. Скажи, что мы принесли кредиты и хотим договориться с ним. Давай.

Не вставая, Богарт закричал девушке, хотя его слова предназначались Магусу. Голос его разносился по пещере, отражаясь от стен и превратившись в неузнаваемый.

— Кто бы ты ни был! У нас с собой кредиты. Хозяин потребовал, чтобы мы шли вдвоем, на случай если один поддастся искушению десятью миллионами. Пошли мисс Харкен вниз, и мы отдадим деньги. Никаких хитростей.

В пятистах футах над ними ничего не происходило. Голос ничего не ответил, и девушка не шевелилась; она с пустым лицом стояла на самом краю пропасти.

Но вот прозвучал голос. На этот раз голос девушки, напряженный и неестественный. Голос человека на самом краю выживания, человека, который смотрит в темную яму и не видит выхода.

— Я хочу спуститься. Но сначала вы должны встать, чтобы я могла вас увидеть.

— Спроси ее, одна ли она, — прошептал Саймон.

— Да, — ответила она. — Я совсем одна. Микрофон и видео — единственная связь с…

— С Магусом?

— Даааа!!!

Вопль, который вырвал из ее горла страх.

Поверх этого голоса послышались шелковые тона речи двадцать пятого барона Мескарла, наследника никчемного титула.

— Вот как. Я так и думал, что ты один из тех, кого я жду.

Откуда-то слева от них ударил луч ослепительного света; он, как ножом, разрезал тьму пещеры, превратил столбы и углубления в четкий барельеф. Ночные очки офицеров оказались бесполезными. Больше того, они стали вредными. Функция усиления любого источника освещения превратила их в ослепительно яркие маяки, обжигающие глаза. Саймон и Богги закричали от боли, сорвали очки и принялись растирать обожженные глаза. Слезы текли у них по щекам; оба всматривались в туман, пытаясь понять, что происходит.

Сквозь этот туман они видели только стройную бледную фи-гуру Джен Харкен, стоящую прямо на краю пропасти, опустив руки по бокам. Саймон в отчаянии покачал головой, пытаясь прояснить поврежденное зрение. Медленно, слишком медленно его глаза возвращались к норме.

Свет продолжал гореть холодным бледным пламенем, освещая все в пещере, в том числе место, где они лежат. Держа кольт в руке, Рэк повернулся, готовый к неожиданному нападению или к выстрелу из укрытия. Свет открыл их потенциальному убийце, но он же должен показать им любую угрозу. Богги тоже вскочил, с его уст срывался поток проклятий, слезы текли по его щекам.

— Где этот бледнолицый ублюдок? Я прибью его руки к стене и…

— Эй, вы! — Они услышали сверху крик Джен Харкен. Оба подняли головы и посмотрели на девушку. — Как вас зовут? Я должна вас спросить.

Они быстро переглянулись.

— Он хочет знать, мы ли это. Должно быть, догадался, что мы из Галэсбэ.

— В таком случае, Богги, можем сказать. Он нас не убил, и девушка никак не может нам повредить. Даже если в ней бомба.

— Скажите, как вас зовут! — В голосе Джен звучало отчаяние. — Для меня это означает жизнь или смерть! Пожалуйста, скажите мне!

— Она, вероятно, говорит правду, Саймон. Если не скажем, она получила установку покончить с собой.

— Хорошо, Джен. Меня зовут Рэк.

Теперь оба могли видеть почти нормально, боль от ожога глаз прошла. Высоко над их головами стройная фигура покачивалась на краю пропасти, наклонившись вперед и глядя на них.

— Осторожнее, Саймон. Если она прыгнет и у нее бомба, она может прихватить нас с собой.

— Рэк?

В голосе звучало недоверие.

— Да.

Богарт внимательно смотрел вверх, его кольт поворачивался в тени, как ищущее продолжение тела.

— Она не прыгнет. Это бессмысленно.

Он ошибался.

Со стоном девушка развела руки перед собой и совершила прекрасный прыжок с края плато, откинувшись и прижав руки к бокам. Светлые волосы летели за ней, как золотая свадебная вуаль.

— Боже! Ночной полет, — произнес Богги, которого потрясение довело до непочтительного выражения.

Оба отскочили назад, хотя траектория ее падения закончится далеко от них. Слишком хорошо они помнили о смерти Шмидта, чтобы рисковать.

Тело словно повисло в неподвижном воздухе, как будто именно сейчас возник временной бассейн. Потом они услышали треск черепа, расколовшегося при ударе о камень. И влажный хлопок, когда остальное тело за миллисекунды сбросило скорость до нуля. К тому времени как ее ноги достигли земли, голова уже была лужей желтого и красного, с осколками костей, разбросанных по камням.

Звуки ее смерти еще какое-то время слышались в пещере, пока не стихли на удалении. Богги и Саймон сжались за большим камнем, ожидая, когда подействует западня: на них нападут вооруженные люди или их обстреляют со стороны. Ничего не было.