– Так вот значит, что на самом деле ты думаешь обо мне? Наслушалась сплетней обо мне или твой отец, осторожно вынюхивающий информацию обо мне некоторое время назад, принёс тебе её на блюдечке?

– Мне не нравится тон, которым ты говоришь о моём отце, – упёрлась ладонью в его грудь, с гулко бьющимся сердцем, чтобы предотвратить сближение.

– Я думал, что ты находишься с ним не в самых тёплых отношениях, – мягко усмехнулся Алексей.

– Да, но это касается только меня и его, больше никого.

– Веришь слухам, Тааася? – руки мужчины крепко обхватили талию, согревая жаром ладоней через тонкую ткань блузки.

– Не только слухам, Лёша, – возразила она, намекая на слышанные ей разговоры, исходящие от него.

– Да, но какое это имеет для тебя значение? – иронично воздел бровь и испытующе смотрел прямо в глаза, не давая возможности отвести взгляд.

– Никакого, пока это не касается меня и дорогих мне людей.

Алексей резко подался вперёд, прижавшись губами к нежной коже шеи, спускаясь к выступающей ключице в распахнутом вороте блузки, провёл языком по ней и запечатлел быстрый поцелуй на пухлых губах, находящихся в соблазнительной близости.

– На самом деле, Тася, я спрашивал об этом с совершенно другой целью. Я слышал, что Олег Константинович закрывает парочку филиалов, способных приносить стабильный доход. От подобного лакомого куска не отказываются просто так. Я решил, что фирма его превращается в тонущий корабль, с которого лучше сойти сейчас, пока ещё гордо развевается флаг и репутация не испортилась настолько, чтобы отбросить тень на всех причастных к управлению организацией.

– Решил спасти? – усмехнулась Таисия.

– Или просто перетянуть тебя к себе поближе. Я практически не сижу на одном месте, большую часть времени находясь в разъездах. Но если бы знал, что по офису разгуливает моя горячая девочка, бывал бы здесь гораздо чаще. Меня возбуждает только одна мысль о тебе, затянутой в эту неимоверно тугую юбку с тонким шёлком кружева между стройных ножек, – он прижался к шее, втягивая носом аромат её кожи, – даааа, Тася, я определённо появлялся бы в офисе только для того, чтобы приласкать тебя прямо здесь, на моём столе, запустив глубоко в тебя пару пальцев.

– Боюсь, тогда я была бы не особо ценным работником, – усмехнулась Таисия, втайне радуясь тому, что юбка на самом деле настолько узкая, что едва позволяет поднять ногу на высоту ступеньки, не более того, иначе бы Алексей уже собственнически расположил её ноги по обе стороны своих бёдер, бесстыже лаская отзывчивую плоть прямо через ткань трусиков. И несомненно, едва прикоснувшись бы к ней, сразу бы понял степень её возбуждения, отзывающегося пульсацией клитора. Нет, это было самое настоящее безумие – зависеть вот так от кого-то, изнывать от желания и по малейшему зову превращаться в ласковую, податливую куклу. И несмотря на явственный голод плоти, зовущий откликнуться на его слова, она лишь приложила палец к его губам, призывая замолчать, и встала, пройдя к двери кабинета.

– Сегодня был непростой день, может, отвезёшь меня домой?

Алексей выглядел несколько разочарованным, весь его вид говорил о том, что он был готов взять её здесь, в своём роскошном кабинете, возможно прижав оголённой грудью к холодной столешнице или, задрав юбку до талии, заставляя её взвиваться вверх и опускаться вниз на его возбуждённый член. Это были бы потрясающие минуты горячего секса, доводящего их обоих до изнеможения, удовлетворяющего так, что после очередного столкновения они долго плавали бы в блаженной неге, но сегодня ей хотелось большего, чем просто вспышки оргазма, слепящие глаза, ей хотелось ясно видеть и чувствовать, наслаждаться увиденным, а не брести вслепую, следуя лишь инстинктам.

– Как скажешь, сладкая моя, – он широко улыбнулся и пошёл вслед за ней, не преминув сжать упругую круглую попку, обтянутую тканью, – кстати, это тебе. Хотел подарить немного позднее, но почему бы не сделать это сейчас?

Он достал из кармана пиджака коробочку, обтянутую белым бархатом, открывая её ловким движением: на мягкой ткани подушечки лежали миниатюрные золотые часики, поблёскивающие от света ламп в коридоре. Алексей застегнул защёлку браслета на тонкой кисти, поцеловав кончики пальцев. Стильная, дорогая безделушка прекрасно смотрелась на руке, призывно подмигивая игрой света на дорогом металле.

– Спасибо, они чудесные.

– Нет ничего чудеснее тебя, – заверил её мужчина, взяв под руку, – наверное, ты права, уже довольно поздно, и я совсем замотал тебя. Я отвезу тебя домой, тебе нужно отдохнуть.

Ей не верилось, что он не предпримет ещё одну попытку соблазнения, но Алексей сдержал своё слово, выдавая своё желание только голодным взглядом. Ей захотелось проверить его на прочность и хотя бы раз повести игру так, как того хотелось бы ей. И сегодня она выбрала "нет", просто для того, чтобы почувствовать, что она не идёт у него на поводу всё время их знакомства. Она не знала, что тому было виной: то ли вопросы Алексея о фирме друга её отца, то ли просто сиюминутный каприз и маленькая толика стервозности. Конечно, он долго целовал её на прощание, не желая отпускать из крепких объятий, заставляя изнывать её от возбуждения, но внезапно в ней проснулось упрямство, спящее до сих пор. "А посмотрим-ка", – дерзко шепнуло оно ей в ухо и придало сил настоять на своём, оставив желанного мужчину неудовлетворённым впервые. Более того, ей вдруг взбрело в голову сделать парочку провокационных фото перед сном, которые она не преминула послать ему. Ничего сверхъестественного, просто снимки в отражении зеркала: на одном фото рука оттягивает вниз резинку миниатюрных трусиков, а на втором обхватывает грудь, сжимая её, и ниже подпись "Разрешаю тебе пошалить, сладких снов". Отключила звук на телефоне, увидев на экране входящий вызов от него сразу после того, как он прочёл её СМС. Не сегодня, Лёша, пропела она мысленно, снимая с руки часики. Пришлось убрать их подальше. В оглушающей тишине спальни их мерное тиканье слышалось особенно отчётливо, мешая ей заснуть. Тик-так, тик-так, словно что-то скребётся изнутри, отмечая ещё один рубеж выделенного ей срока.

Глава 13. Март

Таисия крутилась перед зеркалом, разглядывая перед зеркалом своё отражение. Красное кружево выгодно подчёркивало соблазнительные изгибы, открывая взгляду тело в гораздо большей степени, чем скрывая хоть что-либо. Помнится, он обронил ей, что ни разу не видел её в красном? Что ж, теперь увидит. Наверняка, ему понравится. Обещал вернуться в столицу уже завтра… Она с лёгкой загадочной улыбкой осматривала себя со всех сторон, предвкушая радость предстоящей встречи, ещё не зная, что через несколько минут раздастся телефонный звонок, который поставит беспощадную точку в затянувшейся чувственной игре, до сих пор так и не перешедшей на новый уровень. Каких-то несколько минут разговора, а внутри неё уже стынет пожар, горевший до этого ярким сильным пламенем, покрывается ледяной корочкой и лопается с оглушительным звоном. Она никогда не была склонна к излишней драматизации или истеричности, всегда спокойно, чуть отстранённо воспринимая происходящее, но вдруг ей захочется выплеснуть душившую её бессильную обиду и злость на саму себя. Она схватит с прикроватной тумбочки пепельницу, подаренную Алексею, и вышвырнет её через балконное окно, понимая, что не хрустальная красивая вещица сейчас летит вниз, а она сама, разбиваясь о грязный асфальт с подтаявшими лужицами на тысячи мелких осколков. Возмущённо начнёт лаять мелкая собачонка, бегающая по двору, и взревёт чувствительная сигнализация чьего-то автомобиля, припаркованного рядом. Но вот только ей до этого не будет никакого дела. Она так и останется стоять на балконе в одном белье и лёгком шелковом халате, глядя вниз, но не видя перед собой из-за слёз, застилающих глаза, ничего кроме грязи.

***

Немногим ранее

На дисплее телефона Таисии высветился номер приятеля, Мишки. Она поднесла трубку к уху, слушая голос друга, но мыслями витая далеко отсюда.

– Я знаю, что ты будешь делать сегодня вечером, – заявил друг даже не поздоровавшись.

– Ммм, навряд ли, Миша, – ответила Таисия. Она с улыбкой провела по тонкому красному кружеву, поглаживая его.