Глава двадцать первая

Осмотрев обстановку, и не испытывая угрызений совести по поводу того бардака, что устроили его ребята, старший из наемников поднял еще один стул и сел за стол напротив Кинта.

– Мы проверили, вы прибыли вместе с похищенным, мало того, что на одном поезде, вы ехали в одном вагоне, в соседних купе!

– И что это значит?

– Вы знакомы с похищеным?

– А почему вы решили, что он похищен?

– То есть?

– То и есть, вдруг он преступник и его арестовали.

– Эм… Не будем строит догадок, а будем опираться на факты! – старший опер на столешницу локтем руку, сжатую в кулак, и начал, разгибая пальцы по одному, – Дак Жако не ваше настоящее имя!

Старший наемник отогнул большой палец и прищурившись посмотрел на Кинт ожидая реакции.

– Допустим, – спокойно согласился Кинт.

– Жандармы, что опрашивали вас, в своем отчете указали, что при вас не найдено оружие, за исключением трости с секретом, – он отогнул указательный палец и ткнул им в сторону трости, которую Кинт прислонил к столу, – а я и мои люди убедились в обратном.

– Тут тоже согласен, просто не хотел нервировать жандармов своим арсеналом.

– При обыске в ваших вещах нашли еще два жетона гражданина и гражданскую грамоту на имя Кинта Акана, – наемник отогнул средний палец.

– И о чем это говорит?

– Как минимум вы не тот, за кого себя выдаете, но, скорее всего, вы преступник, как-то связанный с похищением! – Наемник встал, заложил руки за спину и стал прохаживаться от стола к двери, – я не привык тратить так много времени с подобными вам людьми, потрудитесь объясниться!

– Все очень запутано, – Кинт улыбнулся и развел руками, – но я постараюсь.

– Уж постарайтесь, – наемник шагнул к двери, открыл ее и крикнул в коридор, – зайдите!

– Ну… мы ведь по-другому договорились, – покачал головой Кинт.

Понимая что ситуация стремиться к неприятностям, Кинт решил играть в открытую, так как времени на сон оставалось все меньше, и это расстраивало его больше всего. В комнату вошли трое и встали полукругом перед столом, у одного из них рука лежала на рукояти револьвера в открытой кобуре на поясе. Старший вышел вперед, но встал так, чтобы не загораживать своим людям Кинта.

– Я знаю, что у Майнга, относительно других городов терратоса есть свои привилегии, и ваше присутствие здесь, одна из них, однако, несмотря на привилегии, вы должны просто удалиться. Придумайте сами, как отчитаться перед городским советом Майнга, – Кинт медленно, чтобы не провоцировать наемников, достал жетон инспектора секретариата безопасности.

– Значит, – старший наемник ухмыльнулся и его взгляд начал стекленеть, он подал ладонью какой-то знак своим парням и они напряглись, – господин судья и господин Вогг ничего не напутали! Тем хуже для вас! Ни я, ни городской совет, не позволит имперским ищейкам что-то вынюхивать в нашем городе!

– Какая длинная была ночь… как же я устал…

– Может, ему колено прострелить? Вся имперская спесь сразу пройдет… – пробасил один из парней, что был с револьвером.

Кинт ничего не ответил, а лишь поднял правую руку, и оттолкнулся от пола, падая назад вместе со стулом. Трижды грохнуло – дважды из-под рукава Кинта и один раз со стороны наемников… Перекатившись за столом, Кинт выхватил оба пистолета и начал стрелять сначала по ногам у двери, а потом, когда те, кто еще стоял, свалились на пол, он разрядил до конца все магазины по телам… Вскочив на ноги, Кинт быстро сменил магазины и заправил маленький двуствольный пистолет на свое место. Затем, он перебежал к двери, прислушался, закрыл ее на засов и почувствовал, как слева рубаха прилипла к телу.

– Дьявол!

– Кх… Ты, ты не… тебя найдут… Кх-х… – старший наемник закашлялся и плюнул кровью на паркет.

– Сколько же тебе платят, приятель, что ты готов подохнуть за толстосумов из гильдий? – Кинт присел рядом с ним и сунул один пистолет обратно в кобуру.

– Иди к дьяво… – он не договорил, зашелся в агонии и через секунды стих.

– Успокоились? – Кинт обвел взглядом тела, но все же решил закрепить результат.

Схватив с кровати подушку, он приложил ее к голове одного из наемников, прижал к ней ствол пистолета и нажал на спуск. Сделав так еще два раза, он побросал в саквояж только необходимое, на секунды застыл, осмотрев разбросанные но, уже не такие важные вещи и направился к двери, опять остановился и вернулся к телам.

– Простите парни, но в вашем городе я поиздержался…

Быстро сбежав по лестнице, Кинт остановился на пролете первого этажа и, прежде чем спуститься, присел и заглянул в холл. Дежурного на месте не было, а со стороны ресторана доносились тревожные крики. Кинт быстро пошел к выходу, но его чуть не сшиб с ног выбегающий из двери, что вела в ресторан, дежурный, в его руках был короткий шестиствольный картечник. Кинт увернулся, перехватил руку дежурного и со всего маха всадил ему коленом в живот. Картечник остался в руке у Кинта…

– Ого, это что-то новенькое, ты не против, я оставлю это себе?

– Сюда! Он здесь! Телеграфируйте в жандармерию! – доносилось со стороны дверей, когда Кинт уже выскочил на улицу.

Перейдя на быстрый шаг, он пошел по тротуару, подняв трость в сторону дороги, короткий приклад картечника предательски торчал из саквояжа… Почти сразу рядом притормозил конный экипаж.

– Куда господин изволит ехать? – просипел простуженный возница, но скорее забитые угольной пылью легкие тому причина.

– Прямо! – Кинт забрался в салон, превозмогая боль в боку, и задернул штору.

На к левому боку прилипала уже не только рубаха, штанина на бедре из серой превратилась в багровую.

– Дьявол! – тихо выругался Кинт, расстегнул жилетку, сунул под нее ладонь и зажмурился от боли. Пуля прошла по касательной, но прилично вспорола мясо и, похоже, сломала ребро. Откинув четыре трофейных кошелька разной толщины, он отыскал среди вещей в саквояже походный платок, затем перевязался как смог, убедился, что плащ скрывает испачканную кровью штанину, и откинулся на сиденье, прикрыв глаза.

– Здесь останови, – через десяток минут сказал он.

Экипаж остановился. Бросив несколько монет в протянутую ладонь вознице, Кинт перешел оживленную улицу и остановился на тротуаре, махнул рукой, и из потока транспорта к нему вырулил моторный экипаж.

– Оружейная мастерская Бара!

– Сломался? – водитель скосился на приклад картечника торчащий из саквояжа.

– Да, дьявол его возьми! А сколько кестов я за него отдал!

– С этими новыми моделями всегда так, – посочувствовал водитель и добавил, – ничто не заставит меня променять мой старый пехотный револьвер на эти новые, но ненадежные железяки.

Экипаж рванул с места, а через полчаса Кинт уже сошел на площади в старом городе, которую окружали разные ремесленные и механические мастерские.

Мастерская только открылась, Кинт осторожно вошел, убедился, что посетителей нет и сказал:

– Как дела, Парэ?

– Кинт! Наконец-то, я уже начал волноваться…

– Где Тилет?

– Спит, храпит так, что стекла звенят.

– Это хорошо, есть у тебя что-то для перевязки?

– Конечно, а что случилось?

Кинт отодвинул полу плаща.

– Прости, но не хочу тебя втягивать в неприятности, я сейчас перевяжусь и мы уедем.

– Как же так! Кинт, да я тебе обязан всем вот этим! Как же? Нет, оставайся сколько надо, я помогу, только скажи, что нужно сделать.

– Не тараторь, – Кинт положил руку на плечо Парэ и улыбнулся, – ты ничем мне не обязан, но сейчас мне, действительно, не нужно находиться рядом с тобой, мы обязательно еще увидимся, в другой раз… Я рад, что у тебя все хорошо сложилось.

– Я пока закрою лавку, ты поднимайся наверх, сейчас принесу аптечную шкатулку.

Парэ засуетился, побежал к двери и, закрыв ее, повесил соответствующую вывеску на окне.

Конинг

В мастерской оружейной лавки Ллодэ царил полумрак, только у окон, где стоял длинный верстак достаточно света. До открытия лавки еще час, маленький Дайм еще спит и есть время поработать.

– Отец, выбрось это из головы, не связывайся, – Сэт аккуратно наносила глазурь на элегантную брошку, прежде чем отправить ее в печь к другим украшениям, – даже Маар говорит, что город уже не тот, что раньше, это же офицеры императорской армии, им многое позволено.