– Ладно, давай искать старуху, – сказал Хизеши. – Я на кухню, ванную и сортир, а ты позырь по комнатам.

– Замётано, – согласился Риота.

Оставшись один, он прошёл в дверь напротив и остановился на пороге. Запах здесь был просто нестерпимым, и уже не оставалось сомнений, что крысы ни при чём.

Справа от окна стояла большая старомодная кровать с балдахином. Марлевые занавески, напоминающие москитные сетки, были опущены. На них темнели косые полосы – словно кто-то неосторожно плеснул краску. Такие же виднелись и на полу.

Риота огляделся настороженно: он чувствовал следы Кава-Мидзу, хоть и очень слабые. Присутствовало что-то ещё. Знакомое и неприятное, заставляющее сердце биться сильнее.

Преодолевая отвращение, блондин приблизился к кровати и, протянув руку, отдёрнул невесомый полог.

Ему тут же пришлось зажать рот рукой, чтобы не вырвало. Ринувшись из комнаты, Риота остановился только в прихожей. Отдышавшись, двинулся по направлению к кухне.

– Хизеши! – позвал он.

– Чего? – амбал вывалился из ванной. В руке он держал белый тюбик с открученной крышкой. – Не знаешь, для чего эта мятная фигня? Тут всё по-немецки написано.

– Я её нашёл. Кажется.

– Не уверен, что ли? – бугай подозрительно оглядел приятеля. – Эй, ты чего такой бледный?!

– Иди сам посмотри, – скривившись, предложил Риота.

– Та-а-к… Понятненько.

Хизеши молча протопал мимо.

Подавив очередной, уже слабый позыв к рвоте, Риота достал мобильник и набрал номер Канэко.

– Алло, сэнсэй? Такано, ага. Ну, мы на месте ещё. Строго говоря, да, застали. Нет, не поговорили. Кто-то выпустил из неё всю кровь, а потом расчленил и куски сложил на постель. Весьма живописно получилось, насколько я могу судить, – Риота судорожно сглотнул. – Угу. Ждём бригаду. До связи.

Отключившись, Риота тяжело вздохнул и вытер со лба испарину. Ну и денёк!