Это было встречено еще одной минутой молчания.

Затем покашливая он произнес:

— Да.

— Она дернула его за плечо, малыш. И это нехорошо, но она не причинила ему боли.

— Твоя мать когда-нибудь прикасалась к тебе, когда злилась или выходила из себя? — спросил он.

— Нет, — прошептала я.

— Ко мне тоже, так что не знаю с чем сравнивать, но, по-моему, это не очень приятно.

К сожалению, он опять был прав.

— Да. — Прошептала я.

— Точно. — Теперь уже шепотом ответил Брок.

Некоторое время мы оба молчали, видно раздумывая над этим вопросом, потом Брок сказал:

— Неважно, напьешься ты или нет, и неважно насколько поздно позвонишь, я хочу, чтобы ты сегодня была в моей постели.

— Брок, Я..

Он прервал меня:

— Я хочу, чтобы ты была в моей постели, потому что я хочу, чтобы ты была в моей постели, но еще я хочу, чтобы ты была на моей кухне и приготовила завтра завтрак моим сыновьям. Им нужен хороший завтрак, и они должны находиться рядом с женщиной, которая заставляет их смеяться и чувствовать себя в безопасности. Они завтра последний день со мной, короткий день, потом они вернуться к ней домой. Я хочу, чтобы им было хорошо и комфортно, насколько это можно сделать. Ты можешь мне с этим помочь?

— Да, — мгновенно ответила я.

Наступило еще одно мгновение тишины, потом:

— Да, я знаю, что ты поможешь, — ответил он тихо, затем я услышала его вздох. — Мне пора.

— Хорошо, я скажу ребятам, что Леви и Ленор скоро приедут.

— Отлично, детка. Увидимся.

— Увидимся, дорогой.

И в телефоне возникла тишина в эфире.

Двадцать минут спустя Джоуи распахнул, придерживая, вращающиеся двери, встретился со мной взглядом, сказав:

— Дядя Леви приехал.

— Хорошо, дорогой, сейчас выйду, — ответила я, он исчез, а я перестала создавать горные завитки глазури на кексах, вытерла руки влажным полотенцем и направилась к выходу.

Напротив моего фронтального окна магазина стоял великолепный брат моего мужчины и его столь же великолепная девушка, словно гламурные кинозвезды (я надеялась, что Ленор была его девушкой).

— Привет, ребята, — окликнула я их.

— Ничего себе, Тесс, я никогда здесь не была, — заявила Ленор, улыбаясь мне. — Выглядит просто потрясающе, я очень люблю гибискус и колибри. Они такие милые.

Я точно поняла, чем она мне нравится.

— Спасибо, детка, — ответила я, быстро обняв ее и коснувшись щеки, затем сделала то же самое с ошарашенным Леви. Я отступила назад и повернулась к парящим позади меня Рексу и Джоуи.

— Ребята, надевайте пальто, время пойти в кино и ужинать, — и они умчались, явно очень довольные, что покончили сегодня с дежурством на кухне.

После того как они убежали, улыбка Леви тут же померкла, глаза стали серьезными.

— По шкале от одного до десяти, насколько плохо было с этой сукой сегодня? — спросил он вполголоса, и я поняла, что ему уже все рассказала Лаура или Брок, а может оба, возможно, уже вся семья Лукасов была в курсе, учитывая сколько времени прошло.

— Гм... я столкнулась с ней всего один раз, это было неприятно, но, учитывая то, что я о ней слышала, думаю, что тогда было около пяти, сегодня — пятнадцать.

Он сжал губы.

— Мальчики с нетерпением ждут возможности провести с тобой время и, гм... конечно, со своей тетей Ленор.

Губы Ленор дрогнули от удивления и счастья, как только она получила титул тетушки, и я поняла это, потому что она скромно склонила голову набок, поэтому и пропустила взгляд Леви, который молча покачал головой.

— Они любят свою тетю Ленор, — добавила я, и Леви поднял глаза к небу. — Очень сильно, — продолжила я, Ленор посмотрела на меня, А Леви отвел глаза. — Я опережаю тебя в их любви только тем, что у меня есть пекарня. Но думаю, сегодня ты выбьешь у меня почву из-под ног, потому что в моей пекарне им пришлось убирать со столов и мыть посуду в течение четырех часов. Ты любишь футбол, а твой младший брат играет за Нотр-Дам. После сегодняшнего вечера ты явно станешь их фавориткой.

— Не уверена, что когда-нибудь смогу конкурировать с твоими кексами и тортами, и я слышала про твои потрясающие завтраки.

— Ну, не знаю, — ответила я. — Они любят футбол, и они сыновья своего отца, поэтому я даже не пытаюсь скрыть ступор, в который впадаю всякий раз, когда вынуждена смотреть игру вместе с ними по телевизору.

Ее улыбка стала шире, и я посмотрела на Леви.

— О-о-о, — протянула я, — пойти в кино и на ужин со своей девушкой и племянниками… по-домашнему.

Он снова покачал головой, но в уголках глаз появились морщинки, а рука скользнула к талии Ленор в тот самый момент, когда вернулись мальчики.

— Да, — подтвердил он, когда Ленор прижалась к нему и ее улыбка стала мечтательной.

А когда она растаяла в его объятиях, Леви не только перенес ее вес на себя, но его рука заметно напряглась.

Да. О да.

Я поняла, к чему все идет. Кто-то, наконец, проснулся и сфокусировался на милой, красивой, стильной молодой женщине, которая появилась в его жизни, обожающей его и прикрывающей его спину.

— Да, — прошептала я, улыбаясь ему, потому что была счастлива за него (и за Ленор), затем освободила его от краткой (но заслуженной) пытки и наклонилась к сыновьям Брока, по очереди целуя каждого в макушку, они терпели мои поцелуи, шаркая ногами, потом сказала:

— Повеселитесь там.

— Точно, Тесс, — сказал Рекс.

— Обязательно, — добавил Джоуи.

— Хорошо, — прошептала я, не в силах остановиться, и не пытаясь, я легонько коснулась щеки Джоуи и повторила шепотом:

— Вот и хорошо.

Я видела, как в его глазах промелькнула тень, которая разбивала мне сердце, а потом отразилась теплота, похожая на ту, какую я часто видела в глазах его отца, и мое сердце мгновенно исцелилось.

Затем я отпустила его, повернулась к Леви и Ленор, объявив:

— Хорошо, я официально освобождаю их от обязанностей на кухне.

— Отлично, тогда нам пора. Фильм начнется через тридцать минут. В кинотеатре торгового центра, но нам нужно купить попкорн и все такое, — заявил Леви, подталкивая Ленор на выход, все еще обнимая ее за талию, я с мальчиками последовала за ними.

— Может, мы поужинаем вместе, ребята, Брок и я, как-нибудь в ближайшее время, — предложила я им в спину, Ленор ослепительно улыбнулась мне через плечо, а Леви одарил меня многострадальным взглядом.

— Было бы потрясающе, — выдохнула Ленор.

— Мы все устроим, — заявила я.

Леви снова повернулся ко мне, и я услышала его страдальческий вздох.

Хихикнув про себя, последовала за ними на улицу. Мальчики бросились к внедорожнику своего дяди, Ленор быстро меня обняла и последовала за ними, затем Леви подошел и сделал то же самое, но задержался, чтобы прошептать мне на ухо:

— Ты пахнешь кексами, но знаешь ли ты, что настоящая заноза в заднице?

— У меня никогда не было брата, — пробормотала я в ответ. — Я испытывала давление со стороны старшей сестры вот уже сорок три года, так что берегись.

— Чертовски здорово, — пробормотал он, отстраняясь, я поймала его взгляд и усмехнулась.

Он покачал головой, но губы его дрогнули.

Затем он повернулся и нажал кнопку на замке внедорожника. Ленор открыла дверь. Рекс тоже.

Джоуи тоже открыл дверь. Леви направился к водительскому месту. Ленор, Леви и Рекс залезли в машину, но Джой по-прежнему стоял у открытой двери.

Потом он повернулся, бросился ко мне, быстро и крепко обнял меня за талию, затем понесся назад, запрыгнул в машину, закрыл дверь и стал долго копошиться с ремнем безопасности.

Я посмотрела на передние сиденья внедорожника, Ленор улыбалась от уха до уха бормоча одними губами:

— Я же говорила тебе.

Потом посмотрела на Леви, и от его выражения лица у меня на глазах навернулись слезы.

Достаточно сказать, что дядя Леви любил своих племянников, и дядя Леви был рад, что у его брата появилась порядочная женщина, которая оказалась такой женщиной, ради которой его двенадцатилетний племянник готов пожертвовать своей репутацией старшего брата только, чтобы ее обнять.

Я махнула им рукой и забежала назад в свою пекарню.

К счастью, мне удалось добраться до своего кабинета, не проронив слез. Затем я разрешила пролиться всем своим слезам.

Потом вытерла лицо и вернулась к работе.