– Так, план меняется. Гром, присоединись к правой половине войск и передай остальным через магов, чтобы основные силы после наскока оттягивались к моему дому. А лучники с магами пусть зайдут в тыл и из леса обстреляют эту орду. Нам нужно, чтобы они растянулись. Гром, ты действуешь по плану, только осторожно.

– Ну что, братец, начнём?

– А может, они сами поймут, с кем имеют дело, и разбегутся? – С усмешкой сказал Гвардий.

– Может и так, но я уже клинки достал. Так что не вариант ждать, – ответил ему злобно улыбающийся Баррид.

– Вооот! Узнаю братца, а то заделался в священнослужители и мудрецы.

Куверы так были увлечены разгромом, что даже и не замечали людей, стоящих от них в пятидесяти метрах. Гвардий поднял камень и залепил одному из куверов прямо в затылок, тот развернулся и, получив ещё один камень в лоб, упал. Второй камень кинул Баррид.

– О! А может, мы их всех камнями перебьём?! – Вскрикнул Гвардий.

– Понеслась, – лишь ответил ему брат и бросился на ближайших куверов.

Убив уже не менее пятидесяти куверов, братья даже и не думали уставать. Два воина, на самом деле, дополняли друг друга, как левая рука правую. Крутясь как волчки, они отражали и одновременно атаковали.

Вот Гвардий берёт на щит удар топора, а из-под щита, разрезая пах и живот, вонзаются скимитары Баррида.

– Расходимся, – крикнул Баррид.

Развернувшись, Баррид нанёс удар сверху, разрубая череп кувера надвое и тут же принял на второй скимитар меч другого кувера. Секунда противостояния – и скимитар, вспыхивая голубоватым пламенем, расплавил жаром меч врага, вонзаясь ему в горло. Баррид упал, а на том уровне, где должен быть его живот пролетело несколько стрел и топор. Но воин не растерялся, он лишь перехватил стрелу и, поднявшись, не глядя бросил её за спину. А после нехорошим взглядом посмотрел на оставшихся куверов.

Гвардий успешно принимал удары пятерых куверов на щит, меч он бросил в шамана, который уже несколько секунд творил заклинание. Без меча его теснили, а сзади с каждым шагом назад подло приближался небольшой ров. Воин резко выбросил правую руку и поймал стрелу, которую ему так вовремя бросил брат. Он в секунду вырубил самого здорового кувера. Ударил в пах того, который уже начал заходить к нему справа, и, резко подняв и повернув щит, врубил его угол прямо в глазницу кувера, раздробляя попутно тому пол-лица. После перехватил стрелу поудобнее и нашпиговал ею остальных, целясь в шею и глаза.

Баррид подбежал к Гвардию, протягивая ему его меч, и попутно добил смертельно раненного кувера. Гвардий забрал у брата любимый меч и воткнул его прямо в грудь того кувера, которого вырубил первым. Тварь всхлипнула, хватаясь за меч руками.

– Что, зараза, думал я про тебя забыл?! – Прорычал в глаза куверу генерал.

– Что-то ты сдаёшь, братец.

– Старость не радость, – огрызнулся Гвардий.

– Я старше тебя на сто лет, и как видишь, я молодец! – Ударил друг о друга скимитары Баррид.

– Бла, бла,бла, – передразнил его тот. – Пошли лучше к подвалу, а то там сейчас дети изревутся.

– Ух ты какой! О зарёванных детях волнуется он. А то, что нам ещё с тысячу куверов рубить, он и не подумал, – саркастично прокричал ему брат в спину.

Гвардий несколько минут стучал в подвал, в ответ ему отзывалась пустота. Баррид в это время залез на крышу и осмотрел поле: ребяткам Гвардия удалось убить не менее двухсот куверов, и судя по тому, что труп Грома не валялся на поле, его удачно вытащили из эпицентра. Куверы оттянулись в лес, догоняя тех, кто посмел обстрелять их в спины, по счастливому стечению обстоятельств их командира смял в пыль Гром, а зама убил Гвардий. Куверы явно не ожидали такого сопротивления.

– Эй, скалолаз! Иди сюда, мои голосовые связки сейчас опухнут от криков над этим гадким подвалом.

– Это и не подвал, – скатываясь с крыши сказал Баррид, – это муляж. Двери, окованные сталью, ведут в большую бочку, поэтому и ощущение, что там подвал.

– И нафиг обманка обычным фермерам?

– Я посоветовал сделать, как сердце чувствовало. Пошли, подвал выводит в огород, в ста метрах отсюда.

Гвардий шёл немного впереди по указанному Барридом направлению.

– Вот же суч… – прокричал воин, выставляя перед собой щит, тот принял на себя три дротика, сулившие верную смерть воину. После этого он резко подпрыгнул, но это помогло мало, в его ноге уже торчал дротик с одним из опаснейшего яда во всём Мезире. – Вот же гадство, бл…

– Не выражайся, тут дети. Вы почему вышли из подвала? – Сурово спросил Баррид у детей, которые прятались в траве.

– Дядька Барадион! – Прокричал молодой парень лет двадцати пяти. – Мы думали, это куверы, я поставил ловушки, как вы и учили. Боже! Я вас ранил? Я сейчас сбегаю за противоядием.

– Не надо, – остудил его Барадион. – Он и так обойдётся.

– Я, сука, обойдусь? Я вас сейчас обоих на капусту порежу, уууииииии! – Орал, держась за ногу, Гвардий. Яд не подействовал на героя, как и полагается, но зато приносил умопомрачительную боль.

– Да ладно тебе, Гвардий, что ты, как баба, орёшь?

– Как баба? Это я-то, как баба?! Я сейчас вас обоих на компост пущу, один идиот научил, второй на своих ставит.

– Где твои воины? – Спокойным голосом сказал Баррид, перебивая брата.

Гвардий тут же забыл о боли, вытащил стекляшку и начал через неё разговаривать с Рейсом.

– Не обращай внимания на моего брата, он порой бывает очень горяч в словах. Но стоит отвлечь его делом, забудет даже об оторванной руке, – улыбаясь, сказал Баррид парню.

– Гвардий? Ваш брат – великий герой Мезира? Генерал имперской гвардии, знаменосец и единственный, кто имеет награду «Спасение Мезира»? Первый Гусар, главный стратег при битве в Степях! Я думал, он выглядит по-иному. Я всё о нём читал в Хронике! Вы у него так научились драться? – Восторженно тараторил Зар, напоминая свою жену.

– Гм, ну можно сказать и так, – не понимал он, на какой вопрос ответить парню, который фанатично смотрел на уже забывшего о невыносимо боли и что-то злобно говорящего в стекляшку Гвардия.

– Так, наши их в лесу, как леший, запутали. В общем, сейчас примерно шестьсот куверов осталось. Ребятки возвращаются к твоему дому, пора идти. И это, вы уж меня извиняйте, старого, за пустословие, я так, не в серьёз.

– Как ваша нога? – Спросила маленькая девочка.

Гвардий резко подхватил девчушку и посадил её себе на плечи.

– А вот сейчас и проверим! – Прокричал Гвардий, побежав вприпрыжку, изображая стук копыт и игогикая, как настоящий конь.

– Я тоже хочу! – Прокричал сын Зара и побежал за прискакивающим воином.

Сам же Зар наблюдал за всем этим с открытым ртом.

– А ты думал, Гвардий – это машина для убийств? Он очень хороший отец, – тут Барадион замолчал, вспоминая о том, что Гвардий недавно потерял сына и что он тоже уже давно не видел своего мальчика.

Подойдя к дому Баррида, они увидели весь отряд в сборе, Гром держался одной рукой за шишку на голове, а второй за живот. Это было единственное ранение в группе.

– Что случилось? – Строго спросил Гвардий, спуская с плеч обоих детей и буравя взглядом Грома. – Тебе же сказали, не рисковать. Ты что, на слух долбишься? Я тебя спрашиваю, сын портовой шл… – Тут Гвардий замолчал, смотря на маленьких Амилу и Тирона. Те, развесив уши и открыв рты, внимали каждому слову доброго дядьки, который так весело катал их на плечах.

– Он не ослушивался приказа, отец. – Сказал Рейс. И поймал на себе удивлённые взгляды собратьев по оружию, даже Гром, прошедший много операций бок о бок с Рейсом, не знал его тайны.

Послышался скрип зубов. Рейс подобрался – невозможно было не подобраться, смотря в гневные глаза Гвардия.

– Прошу прощения, вашь бродь! – Исправился Рейс. – Сержант Гром не нарушал приказа, по прибытию к точке сбора, а именно к дому Барадиона Закария, Гром попытался войти в дом. Толкая дверь своей тяжёлой десницей, он был удивлён тем, что она ожила и ударила его по запястью ручкой, а после выгнулась и вдарила ему в живот.

Отряд начал улыбаться, поглядывая то на дверь, то на Грома. Рейс, сделав небольшую паузу, продолжил:

– Гром, огорчившись тем, что дверь не проявила должного уважения к Великому воину, ударил её в ответ. На удивление оного, она не рассыпалась в труху, а снова прогнулась и вернула ему слова благодарности в виде падающей наддверной балки. Больше вышеуказанный воин не пытался проникнуть в дом и, держась за голову, мудро согласился дождаться хозяина сего жилища, – с серьёзным лицом отрапортовал Рейс.