— Тогда я спокоен.

Лорен подошел ближе ко мне, ни на секунду не отрывая от меня взгляда.

Когда бы я ни поднимала глаза, все время получалось так, что я смотрю прямо на него. На расстоянии вытянутой руки Лорен остановился. Мне показалось, что он стоит слишком близко ко мне, но мне некуда было отступать. Что же теперь будет?

— Вы очень милая девушка, Ханна, — сказал он.

Его голос слегка дрожал. Мужчина, о котором ни за что нельзя было бы сказать, что что-то может вывести его из равновесия, вдруг показался мне смущенным.

— Платье очень красивое, — ответила я, смущаясь еще сильнее, чем он. — Спасибо. Но этого не надо было делать.

— Нет, это было абсолютно необходимо, — возразил Лорен.

— Оно ведь очень дорогое…

— Это малая цена за то, чтобы встретиться с вами наедине. Я знал, что в вас скрывается нечто большее.

Пока я спрашивала себя, что он имеет в виду, он добавил:

— Я… У меня есть друг… Он фотограф.

— Спасибо, но я не думаю, что мне хочется с ним познакомиться, — произнесла я, даже не зная, что он хочет сказать.

Лорен улыбнулся, а потом рассмеялся, сначала тихо и неуверенно, но затем громко фыркнул, словно перед этим долго сдерживал дыхание.

— Это не то, что вы думаете, я не хочу свести вас со своим другом. Дело в том, что… Он фотографирует для журналов мод. Когда я увидел вас впервые, я подумал, что вы могли бы стать находкой для него. Вы худощавая, подвижная и очень красивая. Просто попытайтесь. Это может принести вам приличное вознаграждение.

Да, предложение было заманчивым, но тем не менее на душе у меня было тяжело. Конечно, было бы неплохо, если бы я могла подработать дополнительно к тому жалованью, которое платила мне фрау Кюнеманн. Чем быстрее я соберу деньги на поездку домой, тем раньше смогу туда вернуться и разыскать Тхань.

— Его зовут Хэннинг Вильниус, — продолжил Лорен. — У него есть свое фотоателье на Торштрассе. Вот. — Он вытащил из кармана маленький листок бумаги, который оказался визитной карточкой. На ней был напечатан адрес фотографа. — Возьмите ее и, когда будете там, зайдите. Скажете ему, что вас прислал я. Согласны?

Я кивнула и некоторое время смотрела на карточку, после чего спрятала ее в рукав.

— Спасибо, я подумаю.

— Хорошо, — улыбаясь, ответил Лорен. — Теперь наконец переходим к основной части вечера.

Он еще некоторое время смотрел на меня, затем вытянул руки в сторону и занял позу, похожую на танцевальную позицию.

— Разрешите пригласить вас на танец?

— Но тут нет музыки.

Я должна была сказать «нет», но у меня не было на это сил. Лорен говорил со мной так любезно, а от его взгляда у меня в животе проснулась тысяча мотыльков. Я не могла ему отказать.

Но я все же не умела танцевать.

— Мое танцевальное искусство оставляет желать лучшего.

— Ни то ни другое не может быть препятствием. Музыку мы представим, а если вы хотите, я с удовольствием покажу вам пару шагов.

Я посмотрела на балхаус, в котором все еще возились официанты. Я могла бы отказать Лорену в его просьбе и снова вернуться в дом, чтобы переодеться и отдать ему платье. Но я этого не хотела. В тот момент я мечтала только о том, чтобы прикоснуться к нему, почувствовать его тепло и вспарить вместе с ним над травой. Я подошла к нему ближе и тоже подняла руки — довольно неловко, словно они были деревянные, — однако его, казалось, это не смутило. Лорен шагнул мне навстречу, взял мои руки и положил одну из них себе на плечо, как это, наверное, было нужно для танца. Затем он взял мою кисть, очень осторожно, словно боясь ее раздавить, а другая его рука легла на мое плечо так нежно, что я почти не почувствовала ее.

— Для начала было бы хорошо научить вас танцевать вальс, правда? Это не особенно быстрый или современный танец, но именно его я научился танцевать в первую очередь.

Лорен объяснил мне последовательность па, а потом стал тихонько напевать мелодию и начал двигаться. Хотя его шаги не были быстрыми, я этого не ожидала и слегка споткнулась.

Тем не менее он уверенно подхватил меня и продолжал танцевать.

— И раз-два-три, раз-два-три, — считал Лорен, не замечая, какой неловкой я была, пока наконец не уловила нужный ритм.

Нажатие его руки становилось немного сильнее, когда я неловко ступала, однако чем увереннее я двигалась, тем легче становились его руки, и в конце концов мне действительно показалось, что я воспарила над землей.

— У вас талант! — восхищенно воскликнул Лорен, продолжая мурлыкать мелодию вальса, и стал танцевать немножко быстрее.

На какое-то время я забыла обо всем. Даже мое прошлое отступило на задний план. Для меня существовал лишь Лорен, звезды у нас над головой и заколдованный сад, в котором обычно устраивались чаепития с танцами.

Все же своевременно, пока я окончательно не забыла, кто я такая, проснулось мое благоразумие, и я освободилась из его рук.

— Что случилось? — удивленно спросил Лорен. — Неужели я случайно наступил вам на ногу? Если да, то извините.

Я покачала головой, подыскивая слова. Ничего на свете мне не хотелось больше, чем протанцевать с ним целую ночь, пусть даже я по-прежнему не умела танцевать. Однако тогда мое отсутствие в балхаусе, конечно же, уже заметили бы.

— Я… мне нужно возвращаться в…

— Пожалуйста, останьтесь еще на минутку! — воскликнул Лорен. — Вы же не можете просто взять и оставить меня, как Золушка своего принца.

— Золушка?

Этой сказки я не знала. «Красный дом» был не тем местом, где рассказывают сказки. Элла тоже не очень любила рассказывать истории, она предпочитала переживать все сама.

Лорен спрятал руки в карманы брюк и улыбнулся мне:

— Не говорите, что не знаете этой сказки!

Я покачала головой.

— Тогда я должен буду рассказать ее вам в следующий раз, когда мы встретимся.

— Но…

Неужели я действительно это услышала? Неужели то, что происходит со мной, — это правда?

— Или вам не понравилось?

— Конечно, я имею в виду, мы ведь только…

У меня перехватило дух. Он хотел опять меня увидеть! Конечно, Лорен мог бы это сделать, когда снова пришел бы в балхаус, однако он, конечно, подразумевал совсем другое.

— А что с вашими спутницами? Вы же не сможете уйти тайком от них.

Улыбка исчезла с лица Лорена, и оно приобрело тоскливое выражение.

— Но ведь сегодня мне это удалось, не так ли? И кроме того… Не о каждом человеке можно судить по его внешнему виду. Берлин — город артистов. Очень многие люди хотят выглядеть более значительными, чем они есть на самом деле. Неужели вы и вправду верите, что все, кто появляется здесь в блестящих платьях, богаты? У многих из них есть всего один выходной костюм, и этот костюм они надевают, идя в танцзал. Они веселятся, забывают о времени и тратят деньги — чтобы затем вернуться в свою мрачную съемную квартиру.

— А причем тут ваши спутницы? — спросила я, потому что он не ответил на мой вопрос.

— Такой человек, как я… От меня в буквальном смысле слова ожидают, что я постоянно буду встречаться с новыми людьми, и это — часть маскарада, с помощью которого я развлекаю жителей этого города. Но когда маскарад заканчивается, я провожаю девочку домой, целую ее на прощание, а на следующий день привожу новую.

— А что насчет брюнетки? Ее зовут София, не так ли? — У меня не было никакого права задавать ему такие вопросы, и, разумеется, мне тут же стало стыдно. Это заговорило мое сердце, а не разум. — В прошлый раз вы брали ее с собой, а потом очень долго не появлялись в балхаусе. Элла предположила, что это увлечение у вас надолго…

— Да, ее зовут София, — сказал Лорен, опустив взгляд. — И я полагал, что смогу надолго связать с ней свою судьбу. Но, к сожалению, вскоре мне довелось узнать, какой она человек на самом деле. Если выходишь в свет с женщиной всего один раз, можно создать себе иллюзию, что она прекрасна, когда же видишь ее потом много раз, то начинаешь обращать внимание на ее недостатки. — Он посмотрел на меня, и, хотя его глаза были как бы в тени, его взгляд, казалось, обжигал мою кожу. — Честно говоря, меня насторожило ее поведение по отношению к вам, — признался Лорен. — Это было возмутительно, я до сих пор злюсь на себя за то, что не поставил ее тогда на место.