«Торгрин! Это я, Эрек!» – прогремел рыцарь, гордо восседая на своем коне. – «Ты не в себе. Я не хочу сражаться с тобой, я прошу тебя сложить свое оружие. Опусти оружие и присоединяйся к нашему делу!»

Тор почувствовал, что его охватил гнев. Кто этот незнакомец, считающий, что он вправе указывать ему, что делать?

«Я ни для кого не опущу свое оружие!» – вызывающе крикнул Тор в ответ.

Тор не стал зря терять времени: он бросился вперед, высоко подняв свой меч, и раздался лязг мечей, когда он и Эрек встретились в свирепом противостоянии, нанося ударом за ударом. Ни один из них не уступал ни на дюйм.

Наконец, Тор увернулся от одного из ударов Эрека, после чего нырнул со своего коня и повалил его на землю.

Они оба покатились по земле, сражаясь. Ни один из них не получал преимущества. Наконец, Тор выкатился из-под Эрека и они снова поднялись на ноги.

Они стояли лицом друг к другу, и вокруг них образовалась широкая поляна, пока другие воины остановились, чтобы наблюдать за ними.

«Торгрин, я умоляю тебя!» – крикнул Эрек, тяжело дыша, с кровью на своей губе. – «Это я, Эрек!»

Тор закричал и атаковал его, высоко подняв меч. Их мечи зазвенели, когда они сражались в рукопашную, нанося удар за ударом, раздавались звуки меча, ударяющего щит. Ни тот, ни другой не получали преимущества.

Тор удивлялся силе и ловкости этого рыцаря. Он никогда не сталкивался ни с кем, подобным ему.

«Это я, Эрек!» – сказал рыцарь, застонав, когда их мечи встретились и сцепились. – «Ты знаешь меня, Торгрин».

Тор зарычал, нахмурившись.

«Меня зовут Торникус!» – крикнул Тор, расцепив мечи.

Они наносили и отражали удары, взад и вперед, пока руки Тора не налились усталостью. По-прежнему ни один из них не получил преимущество.

«Когда-то ты был моим оруженосцем, Торгрин», – сказал Эрек. – «Я помогал обучать тебя. Я сделал бы для тебя что угодно. Что угодно. Торгрин, это я, Эрек».

Тор на мгновение замедлил, что-то в словах Эрека задело его за живое. На минуту он растерялся, голоса в его голове боролись друг с другом, когда Тор пытался вспомнить, узнать, где он находится, кто он такой. Кто этот человек, с которым он сражается?

«Эрек?» – спросил Тор.

Внезапно рядом с Тором появился Рафи и, издав ужасный булькающий звук задней стенкой своего горла, он поднял руку и направил ее на Тора.

Тор почувствовал, как его обволакивает ужасная энергия, его охватила отчаянная ярость, когда он повернулся и посмотрел на Эрека.

В этот раз он не узнал рыцаря. Он был врагом и никем иным.

Тор высоко поднял свой меч и бросился в атаку с окровавленными глазами, в этот раз решив стереть этого человека с лица земли.

Ромулус скакал галопом через сельскую местность, направляясь на восток, подальше от всех солдат, подальше от всей армии Империи. Луанда сидела впереди на его коне и по-прежнему сопротивлялась, несмотря на то, что его мускулистые руки крепко обвились вокруг ее талии. Ромулуса удивила ее сила. Даже с теми веревками, что связывали ее, даже при том, что его огромные руки держали девушку, ему было сложно удерживать ее. Луанда напоминала брыкающуюся кобылу. Она отчаянно желала освободиться, но он не мог ее отпустить.

Ромулус погнал своего коня еще быстрее, пиная его, пока тот не запротестовал от боли. Он понимал, что должен добраться до Восточного Пересечения, вернуться на другую сторону и взять с собой Луанду. Его волшебный плащ лежит наготове у него на поясе.

Ромулус все еще болезненно переживал поражение от рук людей Андроникуса, чего он никак не ожидал. Он был уверен в том, что застанет Андроникуса врасплох и вступит по владение Кольцом. Ромулусу повезло, что он сбежал, спасая свою жизнь, хотя ему пришлось развернуться и спасаться бегством в безопасность Каньона.

Но теперь у него был приз, и только это имело значение. Луанда, МакГил. Первенец МакГила, не меньше.

Ромулус молился о том, чтобы легенда о плаще была правдивой, что как только он пересечет Каньон с этой девчонкой, Щит падет и миллионы его людей, ожидающие за Каньоном, смогут прорваться внутрь. В этот раз он поведет их, чтобы одержать окончательную победу над Андроникусом и сокрушить Кольцо. После чего Ромулус станет Верховным Командиром, и не останется никого, кто мог бы его остановить.

Теперь Ромулус был уже близко, он чувствовал это.

Они продолжали скакать через пустые застывшие равнины, пока, наконец, на горизонте не показалось Восточное Пересечение с высокими столбами входа. Лошадь Ромулуса падала с ног от усталости, но он сильнее пнул ее, вонзая в ее бока свои пятки. Его судьба находилась на расстоянии вытянутой руки и он намеревался схватить ее.

Ромулус вспомнил, что для того, чтобы плащ сработал, он должен пересечь Каньон с МакГилом пешком. Когда он приблизился к основанию Каньона, ко входу на мост, он резко остановился, спешился, схватил Луанду и потянул ее вниз с собой.

Каким-то образом, хотя ее руки и были связаны, Луанде удалось выскользнуть из-под него и, прежде чем Ромулус успел отреагировать, девушка побежала через долину.

Рассвирепев, Ромулус быстро отреагировал и, схватив кнут со своего седла, ударил Луанду, обернув кнут вокруг ее лодыжек.

Луанда закричала, когда он связал ее лодыжки вместе, и упала лицом на землю.

Ромулус грубо притянул ее к себе, протащив девушку по земле. Он нагнулся, схватил ее одной рукой, поднял высоко в воздух и бросил на нее хмурый взгляд.

«Если бы ты не была МакГил, я бы убил тебя прямо сейчас», – прошипел он.

Луанда скривилась и плюнула ему в лицо.

Пораженный Ромулус ударил ее по лицу.

Из ее губ брызнула кровь и, она, наконец, выглядела разбитой. Тем не менее, ярость Ромулуса не была удовлетворена. Он бы разорвал Луанду на части, если бы мог. Может быть, он так и сделает, как только они пересекут Каньон. Эта мысль утешила его.

Ромулус повернулся лицом к мосту и накинул на плечи плащ. Он почувствовал, как тот зажужжал, завибрировал, ощутил, как через него прошла энергия, которую он не испытывал прежде. Он был уверен в том, что плащ сработает. Ромулус единолично опустит Щит. Его сердце бешено забилось от предвкушения.

Ромулус нагнулся и схватил Луанду одной рукой за талию, подняв ее вверх и пронеся ее в воздухе как непослушного ребенка. Он отправился вместе с ней к мосту.

Луанда брыкалась и кричала, изо всех сил пытаясь освободиться. Но в этот раз он крепко держал ее и она не могла сбежать.

Ромулус сделал первый шаг на мост. Ощущение было приятным. Вскоре он его пересечет и, несмотря на сопротивление и крики, Луанда ничего не могла сделать для того, чтобы остановить его.

Вскоре Кольцо будет принадлежать ему.

Гвендолин скакала рядом с Аргоном, Алистер, Абертолем и Штеффеном. Крон бежал рядом с ними. Они скакали верхом через северный ландшафт Кольца, направляясь на юг, в свою родную землю, к Тору. Гвен была рада вернуться в свой родной город, на свою сторону Кольца, подальше от Преисподней. Это было как сон. Она была уверена в том, что никогда не найдет Аргона, что никогда не выберется из Преисподней. Но сейчас они были здесь, снова возвращались домой, находились так близко к Тору.

Гвендолин продолжала проигрывать в своей голове момент, когда Аргон открыл глаза, когда он вернулся к ней, вернулся к жизни. По ее щекам все еще катились слезы, когда Гвен думала о жертве, которую ей пришлось принести, об ужасном выборе, который ей пришлось сделать, чтобы бросить вызов судьбе и вернуть Аргона. Девушка знала, что однажды ей придется отдать то, что она пообещала за жизнь Аргона. Жизнь Тора или жизнь ее ребенка.

Но, по крайней мере, не сегодня.

Гвен испытывала боль в животе, пока скакала верхом, ее ребенок продолжал переворачиваться с тех самых пор, как они нашли Аргона. Все было как в тумане с того момента, когда они освободили друида. Оживленный Аргон был еще более сильным, чем прежде, и он использовал свою силу, чтобы создать большой пузырь. Гвен и остальные оказались пойманными в нем, плывя вместе с Аргоном в воздухе, над землей, все быстрее и быстрее, удаляясь от Преисподней к краю Каньона, после чего они безвредно пролетели над ним. Гвендолин была потрясена таким полетом в воздухе. Это заставило ее подумать о времени с Тором на спине Микоплес.