Алан присел на краю, свесил ноги вниз и замер.

Ему было почему-то трудно дышать. Он подумал о том, что сделать эту красоту своей собственностью мог только очень жадный человек. Потом ему в голову пришла мысль, что правитель опасается за целостность садов, но Алан тут же вспомнил, как бережливы и аккуратны жители прибрежного города. Они бы не стали гадить в этом волшебном царстве, они бы ценили его и оберегали. Значит, Захат был не только трусом, но и скупердяем. Алан не любил жадных людей. Он всматривался в уютные уголки сада, в светлые беседки, увитые розами, в затейливые изогнутые ложа, прячущиеся в глубинах комнат под ворохом разномастных подушек, в ковры, висящие на стенах, и не мог понять, зачем одному человеку присваивать себе всё это. Да здесь бы всем жителям города места хватило с избытком!

Он вздохнул и вдруг увидел девушку, выходящую на один из балконов. До этого среди золотого света не мелькнуло ни единой живой фигуры.

Незнакомка была одета в длинную юбку и короткий топ, переливчатая повязка, расшитая искрящимися нитями, украшала её лоб, на руках висело не меньше десятка браслетов. Он разглядел её хорошо: она была высокой и стройной, длинные русые волосы рассыпались по спине. Девушка совсем не походила жительницу Уфбада.

Алан решил подобраться к ней поближе и приглядел удобное местечко. Шагнул в Промежуток, немного побыл там, чтобы голова не кружилась, и вернулся в сады. У него хорошо получалось обращаться с Промежутком: он оказался почти там, где планировал, разве что на один этаж ниже. Как раз над балконом, где стояла незнакомка. Он тихо огляделся, убедившись в том, что поблизости никого нет. Бесшумно свесился через перила и глянул на её светлую макушку. И только тогда понял, что она беззвучно рыдает.

– Зарэ, ты где? – услышал он чей-то голос.

– Здесь, – ответила та.

На балкон вышла ещё одна девушка, только темноволосая.

– Что ты здесь делаешь?

– Хочу побыть одна.

– Господин тебя ищет.

Алан увидел, как сжалась незнакомка.

– Нет, – сказала она.

– С ума сошла! – возмутилась вторая. – Что значит «нет»?

– Пусть приходит сам, – сказала девушка, – по своей воле я к нему не пойду.

– Зарэ, он накажет тебя.

– Меня зовут Зарина! – ответила девушка.

Пришедшая покачала головой.

– Зачем ты так?

– Затем, что я не стану его рабой! – яростно прошептала девушка.

– Разве ты в чём-то нуждаешься? Разве тебе плохо здесь?

– Мне не нужен мужчина, который пользует десятки женщин и называет их своими наложницами. Я не вещь. Я не принадлежу ему.

– Не понимаю тебя. Откуда столько злобы? Всё вершится по закону!

– По закону! – усмехнулась девушка. – Ты не бывала на моей родине. У нас всё иначе. Живи ты там, ты бы почувствовала то, что чувствую я.

– Мне придётся позвать его, и он не обрадуется. Но сначала сними амулет. Ты снова надела его! Я же сказала тебе: нельзя! Он будет в ярости!

– Вот и отлично, – кивнула девушка. – Пусть сорвёт его с моей шеи, если сможет.

– Тебя снова отведут в темницу!

– Отведут.

– Не перечь мне, Зарэ!

– Меня зовут Зарина! – выдохнула девушка. – Я не коверкаю твоё имя, а ты не коверкай моё только потому, что ему так больше нравится!

– Тебе нужно научиться спокойствию, младшая.

– Я тебе не сестра. Ты не можешь меня ничему научить, потому что сама полна до краёв лицемерием и трусостью. Веди этого озабоченного козла, я жду не дождусь, когда он снова сорвёт с меня эту убогую одежду!

– Что ты говоришь такое! Как ты смеешь?! – вскипела вторая. – Никто не вправе называть его так! Ты, жалкая чужеземка, он выкинет тебя после первой же ночи! Он дал тебе всё это: украшения, шелка, кров и своё покровительство… Он дал тебе защиту и заботу…

– Он не дал мне ничего, кроме плена, – ответила Зарина. – Целуй его пятки и дальше, Шима. Отдавайся ему покорно, если такова твоя судьба. Я свою выберу сама.

Темноволосая ушла, и Алан несколько испугался, увидев, что названная Зариной бесстрашно встала босыми ногами на перила. Он понял, чем это закончится, понял, что девушка не шутит. Она собиралась прыгнуть, и лететь ей было высоко – прямо на замощённую неровными булыжниками землю. Она была спокойна и решительна, и Алан не смог остаться безучастным.

– Эй! – тихо позвал мужчина. Девушка резко вскинула голову. – Не нужно прыгать. Давай руку, я заберу тебя! – сказал он, понимая, как глупо это прозвучало. Он ожидал вопросов, даже был готов к тому, что она всё-таки прыгнет вниз прямо у него на глазах, но девушка только глядела на него в темноте: тёмно-серыми, умными и непокорными глазами. Брови у неё были длинные, тонкие, а губы бледно-розовые и нежные. – Я не друг Захату, – тихо сказал Алан.

В глубине здания послышались шаги. Он поспешно протянул девушке ладонь, и она доверчиво подала ему руку. Он напрягся, вытягивая её, и приложил палец к губам. Девушка затаилась.

– Зарэ! – прозвучал повелительный мужской голос. – Зарэ! Где она, Шима? Ты сказала, она ждёт меня здесь!

– Не знаю, повелитель. Наверное, она вернулась в свои покои.

– Я должен бегать за этой своенравной девчонкой? – тихо и гневно процедил мужчина. – Стража! – рявкнул он. – Найдите Зарэ. Сейчас же.

Алан услышал удаляющиеся шаги.

– Нужно было сразу её укротить… – сказал голос, и Алан потянул девушку в комнату.

– Ты хочешь убежать из дворца? – тихо спросил он.

– Кто ты? – настороженно нахмурилась она.

– Меня зовут Алан, я пробрался сюда через тайный ход в скале. Хотел поглазеть на сады. Я могу помочь тебе.

– Говорят, что ход затапливает, – покачала головой девушка.

– Да, но я проник внутрь во время отлива, а обратно планировал вернуться другим путём, – ответил он.

– Ты вор? Убийца, подосланный к Захату?

– Ни тот, ни другой. Просто любопытный странник.

– И ты хочешь мне помочь? – подозрительно спросила она.

– Это нетрудно.

– Как же мы выберемся?

– Мой первоначальный план подходил только для одного, – ответил мужчина, – но если ты мне доверишься, мы уйдём отсюда через скалу. Ты хорошо плаваешь?

– Да, – ответила она, – но я… Я не знаю, могу ли тебе верить. Понимаешь, почему?

– Конечно, – спокойно ответил Алан, – но я обещаю, что не сделаю тебе ничего плохого. Обещаю, мы уйдём из дворца незамеченными.

– Откуда ты? – спросила она.

– Много вопросов, – пробурчал Алан, – а времени в обрез.

Девушка склонила голову, раздумывая, но через несколько мгновений уверенно кивнула.

– Хорошо. Я верю тебе, Алан…

…Дом, где они с Дилой теперь обитали, когда-то принадлежал внукам Дары. Когда те переехали в другое поселение, поближе к большой воде, Дара была огорчена, что такое красивое жилище будет пустовать, оставшись без хозяев. И тут появился Алекс. Добрая женщина искренне обрадовалась умному, честному постояльцу, и вскоре дом стал полной его собственностью. В этом мире не существовало проблем с бумагами и узакониванием сделок. Дара просто взяла и подарила дом Алексу, и хотя он от всей души поблагодарил её, но всё-таки счёл необходимым предупредить женщину, что не сможет остаться здесь навсегда. Она не переживала по этому поводу.

– Сколько нужно, столько и живите, – сказала она.

– Живите? – переспросил он тогда.

– Ну, ты ведь не всегда будешь один, Алекс, – хитро улыбнулась Дара.

Дила смогла сама доплыть до противоположного берега, а вот идти дальше Алекс ей не позволил. Он-то видел, что она морщится от боли, наступая на помятую ногу. Он остановился.

– Дила, притормози. Я тебя понесу.

– Понесешь? – переспросила она. – В смысле понесёшь?

– На руки возьму.

– Ты меня понесёшь на руках? – изумилась девушка. – А как это?

– Очень просто, – ответил Алекс, легко подхватывая её и прижимая к груди.