– Очень надеюсь, что ты его не украла, – равнодушно сообщает он.

– Нет, не украла. Мне его подарили. Но я так понимаю, тебе совсем не интересно, кто?

– Ты сейчас мне это сообщишь.

– С чего бы я должна сообщать?

– Ты обещала рассказывать о каждом новом знакомстве, надеюсь, не забыла.

– А это не новое знакомство, а старое.

Молчу. Испытываю его терпение.

– Кто он? – слышу долгожданный вопрос.

– Сын владельца торгового центра. Фамилию называть?

– Нет. Я знаю. Поздравляю.

– С чем?

– Тебя уже не тянет к охранникам.

– А может, меня тянет и к охранникам, и к владельцам, и к кассирам, ко всем особям мужского пола, а может я там чёрт знает чем занимаюсь, а может…

– Даша! – осекает меня он, – Не заводись. Я понимаю: ты пережила стресс, тебе нелегко с этим справиться, но потерпи, скоро всё наладится!

– Да при чём здесь стресс, при чём здесь то, что я пережила, как ты не понимаешь…

Он вдруг резко тормозит, я упираюсь руками в панель, в ужасе гляжу на его каменное лицо. Сейчас он меня вышвырнет из машины, я переступила грань. Но он вдруг, без каких-либо предупреждений резко поднимает меня в воздух, перекидывает на себя. Куда там возмутиться и что-либо сказать, я даже выдохнуть не успела. Я у него на коленях. Одной рукой он обхватывает меня за талию, другой за шею. Заставляет смотреть в глаза. Я вижу в них смесь дикого желания, потребности и решимости. Меня начинает сотрясать крупная дрожь. Со стоном выдыхаю. Его губы накрывают мои, забирая, выпивая весь воздух. Меня как будто пронзает током. Чувствую, как внизу живота образуется горячий ком, с каждым мгновением разрастаясь и опаляя сильнее. Его губы терзают, слегка прикусывая кожу, отступают, нежно лаская лицо почти воздушным поцелуем. Руки пробираются под одежду, я дёргаюсь от первого прикосновения к голой коже, как заряд по телу. Пытаюсь отодвинуться, но только скольжу по выпуклости на его джинсах. Вырывается его судорожный хриплый выдох, а потом мой стон.

Он реагирует неожиданно – громко и неразборчиво ругается и резко выпрямляется, не убирая рук с моего тела. Не пойму, где нахожусь и что делаю, понимаю только – не хочу, чтобы останавливался. Вцепляюсь в рубашку, пытаюсь расстегнуть, хочу коснуться губами горячей кожи. Он с моей одеждой справляется намного быстрее и легче. Его губы на моей груди, терзают, дразнят, ласкают. Я машу рукой на непослушные пуговицы, вообще на его одежду, которая никак не снимается, раздражает меня, но всё это вскоре отходит на второй план. Отдаюсь собственным ощущениям, боюсь пропустить хотя бы миг. Его пальцы проникают в меня, сразу находят нужные точки и нужный ритм, заставляя резко выгибаться, откидываться назад. Руль давит мне в спину, но я это замечаю только тогда, когда его рука заботливо придерживает меня сзади, не позволяя удариться, а кресло вдруг отъезжает дальше, давая больше простора. Краем сознания радуюсь, что у него настолько большая машина и настолько затемнённые стекла.

Он расстёгивает джинсы и сажает меня на себя. Задыхаюсь от жаркой волны, внезапно вырвавшейся на волю из своей точки сосредоточения внизу живота. Она накрывает меня с головой, сбивает дыхание, заставляет сердце неровно биться. Приподнимает меня, я почти теряю реальность, теряю его, но он возвращает ощущение полноты. Снова и снова, пока тело не начинает судорожно дрожать и меня не пронзает яркая вспышка экстаза. Выдыхаю его имя, обхватываю за шею, льну к груди. Он придерживает меня за плечи, позволяет успокоиться, крепко прижав к себе, потом поворачивается как-то так, что я оказываюсь лежащей на заднем сиденье, среди одежды и цветов. А сам остаётся сидеть на своём кресле, подкатывая его ближе к рулевой колонке. Чувствую внезапную неловкость. В салоне очень тепло, даже стекла запотели, но по обнажённому телу пробегают колкие мурашки. Торопливо одеваюсь. Перебираюсь снова на переднее сиденье, поворачиваюсь к нему, хочу сказать что-то нежное, но он опережает меня:

– Тебе легче?

Ах, вот оно что! Вся нежность исчезает в момент. Возникает непреодолимое желание что-нибудь разбить, желательно его физиономию. Руки непроизвольно сжимаются в кулаки, набираю в грудь воздуха, для гневной тирады, но он внезапно наклоняется и с невероятной нежностью целует меня, а потом, едва оторвавшись от губ, шепчет на ухо, так что меня пробирает дрожь:

– Иди в квартиру, замёрзнешь ещё.

Весь мой гнев сдувается, как воздушный шарик:

– А ты?

– Я позже приду.

Безропотно беру пальто, сумочку, и поднимаюсь в квартиру, с удивлением понимая, что мы занимались этим на автомобильной стоянке рядом с домом.

Он так и не пришёл. Я жду его до часа ночи, потом не выдерживаю, засыпаю. А утром, как всегда, завтракаем вместе. Ничего не значащий разговор: «на улице мороз, одевайся теплее», «что приготовить на ужин», «когда освободишься», «сегодня заберёт Олег».

На работе ждёт сюрприз. Утром Нина Ивановна встречает с загадочной улыбкой, но ничего не рассказывает. После обеда меня вызывает кассир и протягивает конверт с премией. Интересуюсь, за что, не объясняет, только просит расписаться в ведомости. Не успеваю удивиться, как в коридоре сталкиваюсь с Денисом. Он преграждает мне путь:

– Поздравляю. Папочка не часто бывает таким щедрым. Он оценил твой отчёт.

– Теперь ясно. Могли бы и объяснить, а то всё покрыто мраком таинственности.

– Кассиру всё равно. Приказали выписать, она и сделала. А Нину Ивановну я просил не говорить, хотел сам объяснить, поздравить и уточнить. Эта премия подразумевает, что ты обязана быть на новогоднем корпоративе, где будут официально объявлены отличившиеся. И сказать, что у тебя нет платья, ты тоже не сможешь. По крайне мере, деньги на платье у тебя есть.

– Когда и где корпоратив? – я от Данилы, наверное, научилась ставить чёткие и лаконичные вопросы.

– Тридцатое декабря, с шести вечера, в зале для заседаний на пятом этаже. Будет группа «Тик-тоник»! – добавляет он с восторгом.

– Не поняла, группа чего?

– Даша, «Тик-тоник» – популярная молодёжная группа, они последний год с хит-парадов не сходят.

– А! – только и произношу я. Не объяснять же, что я как раз в это время сошла со всех парадов.

– Тебя ничем удивить нельзя. На премию смотришь подозрительно, от популярной группы не фанатеешь.

– А должна?

– В твоём возрасте просто обязана!

– Хорошо, я подумаю. Мне работать нужно, – рассеяно произношу я и иду в свой кабинет.

Нина Ивановна наконец-то горячо поздравляет меня, видимо, очень тяжело ей далось вынужденное молчание, теперь практически не закрывается рот, описывая мои перспективы в работе, и превознося нашего директора до небес.

Слушаю её, а у самой невесёлые мысли. Я вдруг с ужасом понимаю, что до нового года осталось четыре дня, а подарка Даниле у меня нет. Тот, что купила, безвозвратно потерян.

Вообще-то близость нового года для меня не открытие. Как тут забудешь, когда всё наполнено праздничной суетой, всюду уже царит новогоднее настроение. Мне тоже хочется ему соответствовать. Я даже начала потихоньку украшать квартиру Данилы, привнося частичку праздника. Повесила на кухонные шкафы электрическую гирлянду, разложила на полках в гостиной яркие новогодние шары. Даже маленькую ёлочку поставила на одном из подоконников.

Все мои изменения в пустоту. Он не замечает и не говорит ни слова. Интересно, если бы переставила мебель, заметил? Так хочется. Я ловлю себя на мысли, что у меня последнее время часто возникает желание вывести его из себя. Я сознательно испытываю его терпение, получая удовольствие от силы и власти, которую он излучает. Понимаю, что он может стереть меня в порошок, но никогда не сделает этого. И чувствую себя так, словно начинаю приручать огромного дикого зверя. Это ощущение дарит невероятное удовлетворение.

Вскоре у меня появляется новая возможность взорвать его эмоции, а заодно и свои. Но я этого не хотела! Честно!

Все украшения к новому году я могу покупать в нашем торговом центре, не покидая места работы. А вот с подарком сложнее. Максимум, что я могу тут для него выбрать – одежда или бритвенные принадлежности. К тому же у меня не выходит из головы та скульптурная группа, которая была куплена первоначально и удовлетворяла меня во всех отношениях. Хочу сделать ещё одну попытку. Но для этого нужно ехать в сувенирную лавку. Просить его – не подходит. Просить его друзей, отвезти меня после работы – не хочу, они и так тратят на меня своё личное время.