– Это просто увлечение… Страсть к изобретательству, оставшаяся со школьных лет. На нашу разведку работает целая индустрия, и без моих усовершенствований вполне можно обойтись. И вообще, почему ты решил, что я справлюсь лучше, чем кто-то другой из команды. Максим, например.

– С Максом я поговорил в первую очередь, но он, так же как и я, мечтает о собственном деле и считает дни до пенсии, чтобы уйти со службы. Я его понимаю. Артур и Алексей слишком молоды, их не берём в расчёт. Стас – отдельная статья. С телепатическим талантом его и близко не допустят к центру. Тебе ли не знать, как любят нас использовать «в тёмную», когда знаешь только свою часть задачи. Как ты понимаешь, со Стасом это не прокатит. Ты, конечно, будешь ратовать за Данилу. Я понимаю твоё постоянное желание уступать старшему брату. Но речь идёт о работе команды, и мы должны реально всё оценивать. Данила слишком прямолинеен, в нём нет твоей хитрости, изворотливости, смекалки. Он воин, исполнитель. Ты – другой. И если выбирать из вас двоих, ты больше подходишь на роль координатора.

– Саша, ты понимаешь, что с твоим уходом всё изменится, уже не будет той команды…

– Ничто не вечно, – перебил Александр, – И в твоих силах сохранить команду. В общем, так, – непререкаемо, в свойственной только ему манере, произнёс он, – Я работаю ещё примерно год, за это время сведу тебя с нужными людьми, передам дела. Да, желательно, чтобы мой преемник был женат. В центре совсем по-другому относятся к семейным людям.

– Товарищ генерал, вы, как всегда, ставите нереальные задачи!

– И, как всегда, вы их выполняете, товарищ полковник!

– Хорошо, я подумаю.

– Да, да, подумай. У тебя, кстати, отпуск целый месяц. Можешь не благодарить.

– Саш, зачем? Я в норме. Ребята на Украине, там всё так непросто, а я буду отсиживаться…

– Там ещё долго будет непросто, и без тебя справятся. К тому же через неделю их перебрасывают в Южную Америку, Данила завтра туда вылетает, готовить плацдарм, как говорится. А ты отдыхай, приходи в норму. И, раз уж ты здесь и относительно свободен, взваливай на себя заботы о «семье». На этой неделе нужно перевезти Валерию с дочкой в Москву, они сейчас на даче. А потом, когда нужно будет, свозишь их на приём к педиатру.

– А почему мне Артур сам не позвонил?

– Да потому что все думают, что ты ещё в тяжёлом состоянии, и не хотят беспокоить. А я тут один совсем зашиваюсь, так что разделяй со мной почётную миссию заботы о «семье». Кстати, не встретишь моих пацанов завтра с поезда? Они на экскурсии были, в десять прибывают на вокзал, а у меня как раз в это время встреча с японцами.

– О чём речь, конечно, встречу. А что Валерия, так же боится водить автомобиль?

– Да там неизвестно, кто больше боится – Валерия садиться за руль или Артур доверить ей управление. Ведут себя, как дети, честное слово. Впрочем, они дети и есть, особенно Артур. Нельзя так потакать жене и трястись за неё. Если бы он был твёрже, она давно бы ездила самостоятельно. Впрочем, в каждой семье свои заморочки, вот женишься, узнаешь.

– Александр, я ещё не женился и пока не собираюсь.

– Но ты обещал подумать!

– Я подумаю.

И, когда Александр ушёл, оставив друга в одиночестве, Олег честно исполнял просьбу друга: раздумывал некоторое время.

Он всю свою жизнь посвятил работе, фанатично отдавая ей время, силы, увлечения, и, в некоторых случаях, здоровье. И себе. И нисколько этого не стыдился. Ему нравилось баловать себя, тратить на себя заработанные деньги и не заморачиваться привязанностью и ответственностью за кого-то. Для привязанности ему хватало друзей, а для того, чтобы чувствовать себя нужным вне работы, достаточно окунуться в жизнь их семей, где его с радостью загружали заботами и проблемами. Ему казалось, он ничего не потерял, сделав свой выбор. Он не хотел утруждать себя крепкими, обязывающими к чему-то отношениями. И иногда, глядя на семьи друзей, убеждался, насколько прав. Предпочитал лёгкие знакомства, во всех пониманиях. Выбирал женщин, которых это устраивало – они знали, с кем связываются, знали о его интересах и приоритетах, довольствуясь недолгими романтическими поездками, совместным отдыхом, щедрыми подарками и приятно проведённым временем. Все счастливы, все довольны. До сих пор он не собирался ничего менять в своей жизни. Тот внезапный и непонятный порыв два месяца назад, когда он вдруг сделал предложение Маргарите, не в счёт. Он и не задумывался особо, когда предлагал. Разговор с Александром первый раз заставил его задуматься: может, действительно стоит найти кого-нибудь и жениться?

На следующий день

– Не женись никогда! – первым делом восклицает Данила, открыв другу дверь своей квартиры.

Олег, узнав, что новобрачные только что вернулись из своего медового месяца, сразу же решил их навестить.

– И тебе привет, Даня. Прости, что не смог присутствовать на вашей свадьбе, вот, только сейчас привёз подарок и поздравления. Надеюсь, отпуск на Бали прошёл незабываемо?

– Олег! Ты как! Слышал, тебе дорого обошлось присоединение Крыма!

Они приветственно хлопают друг друга по плечам, словно не веря в реальность того, что наконец-то увиделись.

– А, пустяки, не такое бывало. Скучал без тебя и… – тут в прихожую выглянула Даша, – И твоей молодой жены.

– Что вы здесь шепчетесь? Олег! Привет! Проходи, а то что-то друг тебя дальше прихожей не пускает. Боится, что жаловаться начну!

– Жаловаться? Вот это да! Ну, давай, Дашуль, выкладывай, как замужем?

– Олег! Ты знал, что он деспот и тиран! – с ходу приступает Даша, не забывая накрывать на стол в районе кухни их огромной «однокомнатной» квартиры.

– Скажем так, слегка догадывался. Когда вместе были в детском доме, мы договорились, что будем как бы братьями, и Данила решил, что он старший, хотя мы родились в один год и даже в один день.

– Что, правда! – воскликнула Даша, – У вас у обоих день рождения третьего сентября?

– Ну да, – подтвердил Данила, помогая ей расставлять посуду на столе, – Именно на почве этого и начали дружить. Познакомились за столом в День именинника. Нам тогда было по десять лет. Мы были единственными именинниками в тот день. Это навело на мысли: а может, мы братья?

– Вы ещё скажите – братья-близнецы! – смеётся Даша над тем, насколько парни разные внешне: смуглый темноволосый коренастый Данила и худощавый подтянутый светлокожий и светловолосый Олег.

– Так вот, – продолжал рассказывать Олег, – Даня постоянно вёл себя, как наглый старший брат: следил за мной, постоянно запрещал влезать в разные переделки. Он влезал в них сам, за себя и за меня!

– Вот-вот, и здесь та же басня. Он всё мне запрещает и много командует.

– И что же я запретил? – возмущается Данила, с улыбкой посматривая на пышущую шутливым гневом Дарью.

– Перечислить? Он запретил мне кататься с горок в аквапарке!

– С горки, – поправляет Данила, – С одной горки, безопасность которой не внушала доверия.

– Он не дал мне покататься на лошади!

– На норовистом жеребце, – снова исправляет он, – Тебе сказали, что нужен опыт и предложили спокойную кобылку.

– Но тот конь был красивее всех! И ты не дал мне полетать на параплане! Никогда не прощу!

– Ты летала с инструктором!

– Но мне хотелось самой! Я уже всё поняла и смогла бы сама!

– Олег! Не женись никогда! – снова восклицает Данила, – Ты видишь, что мне довелось пережить всего за месяц совместной жизни! Такого стресса я не испытывал ни в одной из операций. Она как неразумный ребёнок, который дорвался наконец до сладостей и пробует всё и сразу.

– Кстати, самое главное, Олег: он запрещает мне работать! Ты должен на него повлиять! Это невозможно!

– Я только не хочу, чтобы ты выходила на свою бывшую работу.

– Но почему?

– Да потому что я увёл тебя из-под носа твоего начальника! И боюсь, он попытается всё исправить.

– А ты не бойся! К тому же мы с ним всё обсудили, и выяснили, что у него ко мне претензий нет, и я могу спокойно работать!