— Мы?

— Да, мы. Токра. Среди некромантов был один молодой маг, необычайно тщеславный даже по меркам своего окружения. Его звали Фернанд Элатский. Он прекрасно понимал, какой силой могут стать Токра, если научиться ими управлять. Проблема состояла в том, что в своём истинном виде, Отверженные были не управляемы. И тогда Фернанду пришла в голову замечательная идея — найти способ ограничить влияние доминантного эго, иными словами, Охотника, на разум Токра. Он долгие годы проводил исследования в своей лаборатории. Тратил свои собственные деньги на то, чтобы содержать целое войско наёмников. Не забывай, ему нужен был живой материал. А захватить Отверженного живьём — действительно непростая задачка.

Многие соратники по Ордену, большинство из которых были аристократами Белого Крондора, высмеивали Фернанда, считая его безумцем, таким же, как и его подопытные. Однажды он добился в своих магических изысканиях положительного результата — проникнул в тайну магии, которая была неподвластна смертным. Ведь, как известно, магия Крови присуща лишь вампирам. Однако некромант сумел сделать так, чтобы образец сам воспользовался магией Крови, собственноручно выстроив в своём разуме ментальную оболочку, которая стала своеобразной клеткой для Охотника. Естественно, что первые опыты были далеки от того, чтобы называться абсолютно успешными. Фернанд пытался обуздать взрослых особей, а это, как оказалось, было практически невозможно. Эффект носил лишь временный характер, после чего Охотник неизменно разрушал свою клетку. И вот однажды Фернанда осенило — гораздо легче обратить новорождённого, чем пытаться исправить взрослую особь. Эта догадка оказалась наиважнейшей в его поисках. Так был рождён первый из нас — Клохкур Робкий, цепной пёс Фернанда Элатского, попавший в анналы истории. К сожалению, после представления его свету, Клохкур прожил не долго. Очередные интриги и закулисная борьба в Ордене привели к тому, что Фернанда заставили уничтожить образец под видом борьбы с мутациями среди Отродий Тьмы. Причём собственноручно, на подмосткам Храма Пепла. За экзекуцией наблюдали все влиятельные люди города.

Но, как мы знаем, это не остановило упорного мага, и после унижения он удалился со всем своим Двором и лабораторией на окраину Церры[1], где продолжил исследования. Теперь, когда у него был успех создания Клохкура, он вознамерился изменить систему власти в Церре и в ордене Хранителей Смерти. Возвращение Элатского домой под именем Патриарха произошло через двадцать лет, и теперь у него были все рычаги влияния. Вскоре он был избран Верховным Магистром, а все его многочисленные недруги были уничтожены миньонами Патриарха. Но это уже другая история. Нас же интересует само открытие.

Садомиус дождался кивка собеседника и продолжил:

— В лице первых Покинутых некроманты обрели поистине невероятную силу. Конечная формула обращения Отверженных была названа ритуалом Благостного Эльфирода. Безусловно, прошедшие через ритуал оказались слабее своих прародителей, но это являлось допустимой ценой за то, что мы обрели. Впервые у Токра появилось сознание, лишённое тягостного воздействия со стороны Охотника. Впрочем, ничто в этом мире не даётся бесплатно, и за свободу от безумия нам пришлось заплатить несвободой в поступках.

— Магистр, — вмешался Артур, — вы хотите сказать, что первые Покинутые были рабами?

— Ты прав, Смилодон. Именно рабами они и были. После гибели Патриарха от лап Костяного Нетопыря власть в ордене перешла к вражеской ему фракции. С тех пор Покинутые стали цепными псами, которые выполняли приказы хозяев. И благодаря им орден некромантов обрёл беспрецедентную власть на территории многих государств. Даже Шаал-Дуран далеки от подобного, ведь по всему миру им противостоят многие сильные организации — Шаал-Суриде, Храм Адаманта, альварский Орден Перламутровой Бабочки. Даже Черная Церковь, и та в каком-то роде противостоит Тёмным Магам, хотя у них много общих целей, таких как ритуал Сферической Аброгации.

— Что, простите?

— Не важно, дитя. Вернёмся к хранителям. Неугодные им уничтожались, на места королей и правителей ставились марионетки, людей насильно заставляли подчиняться и платить дань. Так продолжалось довольно долго — три-четыре тысячелетия. Но однажды случилось то, что можно считать началом Кион-Тократ. Четверо молодых Токра, недавно завершивших своё обучение, решили сбросить рабское ярмо и бежали из Белого Крондора. Это были Инвар, Титус, Клодий и Мифур. Некроманты долго разыскивали беглецов, но безуспешно. Те, как в воду канули. И лишь немногие из приближённых знали, в чём причина столь усиленных поисков. Ну сбежала кучка рабов, и что с того?

Артур сглотнул внезапно набежавшую слюну. Ему показалось, что он знает ответ на этот вопрос. Магистр заметил волнение юноши и насмешливо спросил:

— Ты, кажется, понял, в чём тут загвоздка, мой юный друг?

Артур неуверенно пожал плечами:

— Возможно. Группа ренегатов действительно не могла угрожать ордену, но сотни Покинутых совсем другое дело. Скорее всего, отступники во время побега захватили с собой секреты Фернанда Элатского.

Магистр Садомиус восхищённо улыбнулся:

— Ты весьма проницателен для воина. Так и было. Перед тем как вырваться на свободу, беглецы выкрали ценные свитки. Это были рукописи Патриарха, подробно описывающие весь процесс Обращения. Таким образом, в недалёком будущем отступники могли воссоздать новое поколение Токра, неподвластное некромантам. И вот это пугало их больше всего. Собственно, то, чего боялись Хранители Смерти, и случилось. После нескольких лет скитаний наши герои каким-то чудом обнаружили в Клыках затерянное плато, посреди которого находился полуразрушенный храм. В первое время он послужил нашим предкам убежищем, а ещё через несколько лет они обнаружили в тайной комнате тот самый артефакт, который я тебе показывал. Они, конечно же, не могли знать, что это такое, но узнали, когда вошли в контакт с Эмблемой.

— Контакт? Что вы имеете в виду? — удивился Артур.

— Это сложно объяснить. Понимаешь, Эмблема обладает определённым уровнем восприятия. Более всего оно напоминает спящее сознание, которое воспринимает мир через призму отрицания реальности. С этим ментальным ядром можно войти в контакт, однако лучше не делать это в одиночку. Ещё никому не удавалось нечто подобное. Нашим героям повезло, или же они оказались достаточно опытными существами, чтобы действовать осторожно. Я предполагаю, что их предостерегло ощущение родства, исходящее от сферы. По сути, мысли Охотника, наверняка им знакомые, очень похожи на эманации Алчущего. Первые не могли это не понять.

Артур удивлённо кивнул, только сейчас сообразив, как прав Садомиус.

— Получается, история Кион-Тократ могла закончиться, даже не начавшись.

— Ты прав. Однако вышло иначе. Титус, Инвар, Клодий и Мифур стали первыми Покинутыми, которые вошли в контакт с Эмблемой Алчущего, использовав перед этим Кровные Узы. И когда они это сделали, многое прояснилось и стало понятным. Они наконец разглядели серебряные нити, которые пронзают мироздание, являясь отражением причинно-следственных связей, тянущихся от начала времён. Иначе говоря, они узрели корень, управляющий мотивацией смертных, и абстрагировались от него, тем самым уподобившись богам. Подобный эффект в философии часто называют позиционированием духа вне устойчивой системы бытия, при котором природа постигается посредством одной мысли, если это о чём-то тебе говорит.

Артур поморщился.

— Не особенно. Я бы назвал это состояние одним словом «сатори»[2], но вы зачем-то наговорили столько бессмысленных слов.

Садомиус не выдержал и расхохотался:

— Нет, ты действительно замечательный собеседник. Жаль, что Зерат первым нашёл…

Оборвав себя на полуслове, магистр отвернулся.

— Правильно ли я понял, — осторожно спросил юноша, — артефакт показывает вам образы из прошлого?

— И не только, — воскликнул магистр, — сфера Каруси является средоточием могущества Ордена Токра, она даёт нам магическую подпитку, благодаря которой маги Ложи постигли Закон Вечной Жизни. Ну, возможно, не совсем вечной, но кое-кто из нас помнит те времена, когда армии Смилодона и Фаргала осаждали Белый Крондор. Я говорю сейчас про старину Кицума. Некоторые ковены в Шаал-Дуран пытаются достигнуть того же при помощи близких, порой противоестественных, отношений с Тварями. Возможно, ты слышал о дочерях Кракена, которые сношаются со своим уродцем в обмен на силу и молодость.