— Но если вы бессмертны, как утверждаете, по каким причинам происходит ваша смена?

Садомиус пожал плечами:

— За восемнадцать тысяч лет истории Кион-Тократ многое произошло. Кто-то впал в хандру, кто-то устал от жизни. Человеческий разум не приспособлен к бессмертию. Ему нужна передышка, которую даёт смерть. В любом случае, мне пока что это не грозит.

— Понятно. Так что же было с Первыми, когда они «просветились»? — Артур вернул магистра к исходной теме.

Садомиус усмехнулся:

— Они стали основателями братства Свободных Токра, сиречь Кион-Тократ, и начали вести осторожную борьбу с Хранителями Смерти. По всем континентам искались младенцы, отмеченные печатью Охотника, и незаметно доставлялись в долину. Сюда же были переброшены рабочие бригады из дварфов Андаголина. Не смотри на меня так, это было взаимовыгодное сотрудничество, без какого-либо принуждения. Дварфы восстановили для нас Айбэш-Зу и за несколько десятков лет возвели Айбэш-Хаурум. Покинутых становилось всё больше и их нужно было где-то размещать.

Таким было начало нашей истории. После долгого противостояния с некромантами мы, наконец, уничтожили их, при помощи своих сил, а также воспользовавшись предательством. Но это уже совсем другая, как по мне, скучная история.

— Меня всегда интересовало, каким образом мы добились своего положения. Теперь многое стало понятным. Спасибо за интересный рассказ, магистр Садомиус. Но хотелось бы уже понять, что дальше? Вы определённо рассказали мне то, что запрещено знать обычному воину. Вначале я даже думал, что вы собираетесь прикончить меня после всех разговоров.

— А теперь что? Уже не думаешь так? — Садомиус хищно облизнул красные губы.

Артур непринуждённо улыбнулся.

— Пожалуй, вы не собираетесь так поступать. Кажется, я чем-то пришёлся вам по душе.

— Самомнения в тебе хоть отбавляй. Впрочем, не буду отрицать очевидное. Мне действительно любопытно наблюдать за твоими успехами, поэтому убивать кого-то вроде тебя будет чудовищным расточительством. Кстати, я в курсе твоего разговора с Валентином, незадолго до его смерти. И хочется сообщить тебе, что ты не прав.

Артур замер, осторожно подбирая слова:

— О чём вы, магистр Садомиус?

— Не притворяйся, дитя. Ты же видишь, что я полностью с тобой откровенен. Я знаю, что ты спрашивал старика о денатосах. Ты даже убедил его, что и сам являешься одним из них. Но хочу тебя уверить в обратном, это не так. Не трать время на пустые поиски.

— Почему вы так считаете?

— Об этом я не могу тебе рассказать, — разочаровал Садомиус. — Просто поверь мне. Денатосы действительно существуют. Известно, что они были созданы Титанами перед тем, как их разгромили Всесильные. Известно также, что они не могут умереть окончательно, ибо каждый из них возрождается после смерти. Наиболее известными воплощениями Малкори были Картуш Огненосец, Кузгар Орлиное Перо и Тёмный Менестрель. Всего же их, судя по моим данным, восемь душ. Соверши как-нибудь паломничество в Храм Адаманта, и, если повезет, узнаешь больше.

Садомиус замолчал, позволяя Артуру переварить услышанное.

— Но помни, что бессмертие не терпит суеты.

— А это к чему?

— Просто к слову пришлось. Не обращай внимание. Теперь ступай, кажется ты вконец утомил меня.

Смилодон поднялся из-за стола и сделал шаг к выходу, но тут же остановился.

— В чём дело, дитя?

— Я надеялся, что вы расскажете мне о группе, которую сейчас собираете.

— Что ты хочешь узнать? Включили ли тебя в состав отряда? Ну разумеется, ты же Варлорд.

— А нельзя ли сделать так, чтобы меня исключили из списков?

Магистр фыркнул, как будто услышал что-то смешное.

— Это невозможно. Тебе не удастся избежать этого приключения.

Артур кивнул, не скрывая своей досады.

— Понятно, тогда у меня будет одна маленькая просьба. Я слышал, вы делаете выбор среди двух адептов — Ларса Такера и Юлиуса Джуна. Не могли бы вы утвердить кандидатуру Такера?

— Ах вот в чём дело, — усмехнулся Садомиус. — Просишь за своего дружка? Ну что же, обрадуй его. Они с Джуном оба утверждены. Адепт, которого я выбрал ранее, сегодня пострадал в лаборатории, призвав дикую элементаль. А теперь ступай. Ты мне уже надоел.

Артур вспыхнул, словно девица, и поспешно покинул комнату. Когда дверь за ним закрылась, магистр Садомиус криво усмехнулся:

— Забавный ты зверь, Смилодон. Или лучше называть тебя Губителем. Так и знал, что Зерат пошёл против Устава. Как приятно было бы прижать этого надменного ублюдка прямо сейчас. Но не могу. Господин Бъякура велел защищать мальчишку любой ценой, а его слово для меня Закон…

***

Этой ночью Артур долго не мог сомкнуть глаз. Разговор с магистром, особенно отдельные фрагменты, постоянно всплывали в его памяти, помимо воли. Но больше всего юношу будоражило воспоминание о сфере из чёрного хрусталя, которая воплотила в себе всю боль и безумие свергнутого владыки Харата.

К середине ночи юноша заснул и увидел один из тех необычных снов, что преследовали его с раннего детства. Посреди бушующего яркого пламени возвышалась чёрная скала, к которой толстыми цепями был прикован мужчина-эльф. Его глаза светились безумием, а из груди торчало длинное копьё. Артур понимал, что это всего лишь сон. Но он ужаснулся той реалистичности, с которой прозвучали слова прикованного эльфа:

— За что, мой брат? Я так любил тебя…

[1] Церра — доимператорская империя людей, которая является прообразом Золотого Цирануса.

[2] Сатори — просветление