– Замечательно. Теперь нас утопить пытаются. Как хомячков в унитазе. – Яну аж передёрнуло. – А ты не можешь её, как Мёртвого Проходчика, во что-нибудь, бымс, превратить?

Артём присмотрелся, и помотал головой.

– Ничего подходящего не вижу.

Послышался плеск этой самой воды, пинаемой ногами – черти возвращались с совещания.

– Ну что, споём «Варяга», – не доходя до телеги, предложил Джо. – Наверх вы товарищи, все по местам, последний парад … Ай!

– Я тебе дам последний! – оборвал песню Роберт.

– Так врагу же не сдаётся, – попытался оправдаться Джо. – Ай!

– А все черти такие суеверные? – Яна нашла подходящее время для расширения кругозора.

– Это у вас суеверия. А у нас точные научные знания. Потому что мы знаем, откуда, куда и зачем бежит чёрная кошка. И какая ведьма в неё перекинулась. В общем, так… – Боб сел на заскрипевшую телегу. – Если коротко, то короткую палочку вытянул Джо. Как самый молодой. Он пойдёт в тоннель. Давай, топай.

– Боб, ты брат краткости, – констатировала Яна.

Джо обиженно засопел.

– А ты не хочешь людям рассказать, что никаких палочек не было, тянул не я, а ты, и не за палочку, а за… Ну, в общем…

– Вот сейчас ты рассказал всем, что у тебя самый короткий хвост, – обрадовался Беня.

– Да ну вас, – надулся Джо.

– Иди давай, – рявкнул Боб. – Кусто ты наш.

– Эх!

Джо вроде бы собрался что-то сказать напоследок, но не нашёл что, махнул рукой, и, нагоняя ногами волны, побрёл в глубину тоннеля.

– А у вас длина хвоста что-то значит? – заинтересовался Артём.

– Ну, примерно, как у вас… Ай!

Бене не удалось договорить, как Джо не удалось допеть.

– Боб, кончай психовать! Я же шучу. А то руки себе о наши рога обобьёшь.

– Ладно, извини.

– А куда вы Джо послали?

Яна поняла, что рассуждения о хвостах Боб прикрыл из-за её присутствия, и решила сменить тему.

– На разведку, куда же ещё. Так-то у нас два варианта, назад или вперёд. Назад – это без денег остаться.

– А позвонить маме?

– Я уже говорил: это на крайний случай, – веско сказал Роберт.

Яне полегчало: вода в тоннеле – это, оказывается, не самое плохое, раз не требует присутствия чёртовой мамы. Звать только в случае ободранного колена или ядерной войны.

Снова заплескала вода: Джо возвращался.

– Ну вот, – сказал он, приблизившись к дрезине.

– Что «вот»? – спросил Беня после паузы.

– Вот, вот, – Джо показал на себя обеими руками.

– Джозеф… – начал было Боб.

– Да мокрый я весь, не видите?! – воскликнул Джо. – Ты просил глубину измерить? Я измерил. Вот глубина. С головой. А дальше, похоже, тоннель полностью затоплен, под потолок. Тьфу! – Джо стёр с лица набежавшую с редких волос воду.

Яна подумала, что она бы сейчас умирала от переохлаждения. Но потом решила, что черти по-другому переносят холод, если они зимой в трениках и тапочках ходят. А раньше она думала, что черти теплолюбивые.

– Да человек вас всех возьми! – не выдержал Боб. – Да чтоб вы все на том свете ко мне в лапы попали! Да чтоб вас подняло и в эту вонючую воду бросило!

– Тихо, тихо, успокойся, – бросились к нему Беня и Джо.

– Разворачивай давай, – стряхнул их с себя Боб. – выезжаем на сухое. Что вы как жабы в болоте сидите? Джо, запрягай!

И он изо всех сил ударил по воде тапком, который держал в руке.

– Не буду я запрягать, – вдруг восстал Джозеф.

– Что? – даже растерялся Боб.

– Ты хочешь, чтобы они простыли? Ты сдурел?

– Что? – Боб растерялся ещё больше.

– Не пущу крысяток в воду! Промокнут они и замёрзнут.

– А! Это правильно. Крысяток жалко. Сам впрягайся.

В результате телегу разворачивать не стали.

Джо выдернул лом, удерживавший конструкцию от скатывания под воду, с лязгом сунул его на место.

– Поехали!

Джо и Беня упёрлись в раму, хэкнули, и не быстро, но с бодрым плеском покатили телегу назад. На дрезине сидели, поджав ноги, Яна, Артём, шесть крыс и Роберт. Роберт гордо уселся на своё место, то есть провалился в воду по пояс. Но он скрестил руки на груди и сидел с таким видом, как будто под ним как минимум трон, как максимум – сухой трон.

– Ты там хвост не отморозил? – хихикнул метров через сто Беня. – Говорят, чертям твоего возраста вредно это самое переохлаждать.

Роберт угрожающе промолчал.

– А в горку всё равно тяжелее, – заметил Джо.

– В горку, – пробормотала Яна, – в горку…

Крыса, которую она гладила, затащив себе на колени, лизнула ей нос.

– Я, кажется, поняла, почему тоннели затоплены, – объявила Яна.

– Почему?

Артём придвинулся к ней поближе, что давно хотел сделать, и воспользовался предлогом, чтобы отпихнуть мешающую крысу.

– То есть я не знаю почему, но знаю, почему эта вода именно здесь.

– М? – сказали все, кроме крыс и Роберта.

– Там Парк культуры, – показала Яна в сторону станции, к которой они ехали.

Недоглаженная крыса просунула голову между Артёмом и Яной.

– А там Фрунзенская.

– Ну да, – согласился Артём, который в отсутствии вариантов тоже принялся гладить крысиную голову.

– А потом Спортивная.

– И?..

– Не понимаете?

В ответ все заинтересованно промолчали.

– Это самые глубокие станции на красной ветке. Они как-то сильно глубже, чем остальные.

– Вот же, – дёрнулся Роберт, который, разумеется, внимательно слушал, – Права девчонка. Сорок два метра глубина. И Фрунзенская, и Спортивная, одинаково. А Парк культуры метров десять. А Воробьёвы горы, она вообще на поверхности, она же на мосту через Москва-реку. – Роберт посмотрел на Яну, как будто ждал от неё продолжения.

– И получается, – Яна показала руками половину большого арбуза.

– Получается, если залить на красную ветку воду, то здесь вся она и соберётся. Сольётся вниз, под горку. И затопит. Закупорит. А в другом месте разлилась бы ровным мелким слоем. А знаете, почему эти станции такие глубокие? Потому что река над ними! Воды хоть залейся. – Роберт пошевелил в воде пальцами. – И кто скажет, что это случайно?

Он всех оглядел. Желающих не нашлось.

– И что теперь? – поинтересовался Артём. – Через верх? Объезда уже нет никакого.

Действительно, от Парка культуры, станции на пересечении Сокольнической и Кольцевой, до Тропарево шёл один тоннель. За Кольцевой красная линия с другими ветками не пересекалась.

– Через верх вам нельзя, – медленно, словно думая о чём-то ещё сказал Роберт.

– Это почему? – не понял Артём.

– Вам Табачный Дух не рассказал, что ли? – Удивился Беня. – Там же все входы в метро перекрыты. Внизу эти стоят, – Беня вытянул руки вдоль туловища и на секунду замер, – а сверху чуть не танков понагнали.

– Не чуть, а понагнали. Толкай давай! – крикнул Джо остановившемуся по стойке смирно Бенедикту.

– Боб! Роберт, ну вы же что-нибудь придумаете, правда?

Скажи кто-нибудь Яне ещё вчера, что она будет сидеть в пустом затопленном тоннеле в компании чертей и думать, как спасти Москву…

– М-м-м… – промычал Роберт.

Он как раз думал.

– Да всё уже, сухо. Приехали, – сказал через пару минут Джо. – Мы же не до станции пилить будем? Или я могу уже крысяток запрячь.

– Нет. Не будем. Не отъезжайте далеко от воды.

– Это почему не отъезжать? – не понял Беня.

Боб спрыгнул на землю, нагнулся, достал из внутренностей дрезины телефон. Видимо, он был припрятан где-то сверху, потому что не промок, это им повезло. И ещё им повезло, что сотовая связь в тоннеле не была отключена, в отличие от напряжения на контактном рельсе.

– Эй, ты что, маме звонишь? – даже испугался Беня.

Боб отрицательно помотал головой, разыскивая в памяти телефона нужный номер.

– Нет, не маме, – сказал он, нажав кнопку вызова.

– А кому?

Боб сделал замысловатое движение бровями, что-то вроде «кому надо, тому и звоню».

– Не маме, – пробормотал Беня, – от воды не отъезжать… Нет, ну ты же не им звонишь? Роберт, ты с ума сошёл? Ты не можешь им звонить! Ты, придурок рогатый! Ты не понимаешь, что ты де…