Мама сказала, что с мужчинами в этом возрасте всегда так, и что с отцом у них «этого» почти не бывает. И намекнула, что «это» найти всегда можно, а вот приличного мужа со связями, деньгами, да еще и такого интересного — очень сложно. «Когда ты выйдешь за него — все девчонки обзавидуются», — говорила мама. Олина мама желала добра и всегда была права. И тогда, когда выкидывала удобную обувь, говоря, что с четырнадцати лет девушка должна ходить только на каблуках. И когда заставляла краситься прямо с утра, даже дома в воскресенье. И когда ворвалась к родителям «бывшего» с заявлением об изнасиловании. Правда, в тот раз они с мамой поссорились: когда без пяти минут родственники пришли к ним «загладить вину сына», зареванная Ольга наотрез отказалась выходить не только замуж, но и из комнаты — уж слишком противная была история. Мать тогда обозвала ее шлюхой, дала пощечину, потом месяц не разговаривала и не давала денег. После все как-то выровнялось, но теперь маму хотелось порадовать. Себя — тоже.

Поэтому, получив колечко с бриллиантом, Ольга сказала: «Я подумаю», а дома кружилась по комнате от счастья. Маме не говорила два дня, а с «суженым» не встречалась неделю — как положено. И, как положено, пришла на встречу грустная, и спрашивала — будет ли он ее любить, нет ли у него от нее секретов, и уверен ли он в том, что предложил. На все вопросы он ответил без колебаний, твердо и ясно: уверен, любит, все сделает, как надо. Слова убедили ее. Далее последовала небольшая богатая свадьба, где жених и отец невесты были почти ровесниками, счастливее всех была мать невесты, а гости со стороны жениха относились к происходящему подчеркнуто добро. В этот день Оля поняла, что в ее жизни произошел крутой поворот, и она пока не знает — куда. И что за этим поворотом она останется одна: без мамы, ее советов и наставлений.

Счастливые тесть и теща получили на свадьбе подарок — поездку в Лондон, о которой всегда мечтала мама. После этого немолодой муж в их глазах стал кем-то вроде небожителя. Затем он устроил Олю работать на тот же телеканал, через год ей дали небольшую передачу, и все пошло так, как хотела мама. Подружки завидовали, коллеги притворно уважали, а Оля постепенно осталась одна, устав от шушуканий за спиной. И уже в двадцать пять казалась себе одинокой, но всеми почитаемой королевой.

Муж был внимателен, но, если у нее были претензии, слушать их не хотел, списывая все на ее молодость. Постепенно отношения стали формальными и состояли из картинок, которые со временем даже стали появляться в журналах. Красивая пара в красивом авто приезжает в красивый офис престижного телеканала. Молодая жена нежно обнимает за плечи взрослого, но такого привлекательного еще супруга. Супруг дает интервью, в котором проникновенно говорит об их отношениях, в которых есть полное взаимопонимание и «совершенно не важен возраст». На них не могли нарадоваться его друзья, а Оле все больше чудилось в этом что-то странное. На все вопросы супруг отвечал улыбкой. И еще — совершенно не хотел иметь детей, делая максимально безопасными их редкие интимные встречи.

Когда ее жизнь стала похожа на новогодний шар, блестящий снаружи и совершенно пустой внутри, Оля решила сделать то, что всегда запрещала мама — все выяснить. И однажды ночью пришла в кабинет мужа, открыла его ноутбук и начала искать. Она не знала, что именно ищет, поэтому просматривала все папки с текстовыми файлами, все закладки и историю сообщений в социальных сетях. Заглянула и в электронную почту.

Судя по всему, за эти три года муж совершенно уверился в том, что она не станет трогать его вещи, поэтому почта, профили в соцсетях и даже файл с личным дневником, который она без труда нашла в тщательно организованных папках, были без пароля. К счастью или к несчастью, она пока сказать не могла… Но это однозначно было катастрофой.

Сдерживаясь, чтобы не зарыдать в голос, она сохранила себе файл с личным дневником мужа: чтобы позже внимательно прочесть его. Но все было предельно ясно даже из писем по электронной почте: ее муж встречался с другим человеком. Этот человек был мужчиной и другом их семьи. Их отношения были страстными и нежными, что было ясно из каждого сообщения, которыми они обменивались по многу раз в день.

Затем Ольга заперлась в своей спальне — с мужем они уже давно ночевали отдельно — включила компьютер и прочла первые страницы дневника. Ей стало ясно, что отношения эти были и до их свадьбы, до их знакомства. В голове крутился один лишь вопрос: «зачем»? Зачем ему надо было жениться на ней? Почему он ей ничего не сказал? Это оскорбляло даже больше, в разы больше, чем осознание того, что все эти годы свою любовь и страсть он дарил другому человеку. И если бы это была хотя бы женщина! Ольга знала бы, как реагировать, что делать… Они с мамой еще в юности подолгу говорили об изменах, и о том, как должна вести себя в такой ситуации порядочная девушка. Но о такой ситуации мама ничего не говорила. Да и сама Ольга знала о таких отношениях лишь понаслышке, никогда не наблюдая вблизи. Как выяснилось, просто не видя…

Оля решила поговорить с мужем. Было почти четыре часа утра, но, может, если внезапно разбудить его, он во всем признается? И они смогут все обсудить? Она подошла к его двери, дернула за ручку, но там оказалось заперто. Он еще и запирается на ночь, отлично! Может, позвонить маме? Нет, она не поймет, да и расстраивать ее, наверное, не стоит пока. Что же делать?

Ольга вернулась в комнату, написала письмо начальнику, предупреждая о том, что ее сегодня не будет — надо срочно уехать по семейным делам. Пошла в ванную, обильно замазала тональным кремом покрасневшее лицо. Получилось бледно. Пудра двух цветов, румяна. Затем подводка, тени, тушь. Неярко. Еще тени. Когда лицо стало похожим на маску, она остановилась. Даже перед эфиром на нее накладывают меньше грима. Но сейчас это то, что нужно. Как там говорила героиня «Завтрака у Тиффани»? Что-то о вещах, которые девушке нельзя читать, не накрасив губы. Эту фразу всегда повторяла мама, рассказывая о том, как ей изменил ее первый парень. Хорошо, мама, губы будут накрашены…

Ольга вдруг разозлилась — на маму, на себя, на жизнь, и, взяв с полки хрустальный флакон с солью для ванн, швырнула его в зеркало. Зеркало с грохотом осыпалось, его осколки вперемешку осколками флакона и крупной розовой солью мгновенно покрыли пол. Ольга прислушалась: уж это-то должно разбудить мужа! Но было тихо. И ее осенила догадка: его нет дома! Он просто ушел, и, чтобы она не заметила этого, запер дверь в свою спальню. Все верно: в коридоре нет плаща и сумки. Он, наверное, встречается со своим другом по ночам. И сейчас она одна в этой ужасной квартире, наедине с жуткими новостями. От безысходности Ольге хотелось выть.

Длинный тонкий осколок вонзился в руку чуть повыше локтя. Ольга села на пол в прихожей, вынула его и смотрела на алую каплю крови, которая собиралась скатиться вниз, на пушистый светлый ковер. И тут решительно прижала ранку рукой. Она живая, она выкарабкается. У нее есть деньги и работа, ей всего двадцать пять. Хорошо, что она узнала это сейчас, а не позже. Она не пойдет к маме, а уедет к ее двоюродной сестре Наташе, которая богатая, добрая и, к тому же, живет у моря. Там она оклемается и решит, что делать. А, может, посоветуется. Мама Наташу очень не любила, но сейчас Ольга не любила маму: за ее бесконечные наставления и за то, что она впутала ее в эту идиотскую историю. Оказаться замужем за скрывающим нетрадиционную ориентацию мужчиной — это ж надо, какая «удачная партия»!

— Знаешь, они делали друг другу всякие трогательные подарочки… А я все не могла понять, чего он так привязан к этим дурацким запонкам! — Ольга открыла кошелек, вынула пару серебряных запонок с коричневым камнем и кинула их на столик, разделявший ее и Эльзу. — Вот, полюбуйся! Самый дорогой его душе презент: я прочла о нем в одном из сообщений такую патетику… Аж с души воротит!

— Ты сразу решила уехать?

— Идея пришла сразу. Но потом я сомневалась, думала, моталась по городу, как ошалелая. А после решила: все-таки поеду, не могу его видеть, говорить с ним… Сняла деньги с общего счета и — на вокзал. Вот какая вышла из дома в пять утра, такая и пришла сюда. Толком не помню, где ходила даже, знаешь…