Спайранец нахмурился. Не в первый раз ему доводилось слышать об этой фигуре. Экзо Бати был легендарной личностью в преступном мире. Легенды эти, впрочем, трактовали его деяния с совершенно полярных точек зрения. В одних он был безумным тираном, чья неуёмная жажда крови обеспечила наёмных убийц работой на годы вперёд. В других — эталоном едва ли не всех добродетелей, неусыпно следящим за благополучием своих людей, независимо от их ранга в Синдикате. Сарен знал, что правда содержалась и в тех, и в других. Рассказанная Джеромом история отлично вписывалась в этот собирательный образ. Факт того, что они с Веспер двигались к Озеру Туманов с караваном Синдиката внушал некоторую уверенность в успешном завершении этого путешествия. Слишком уж мстительным был Экзо Бати, когда дело касалось его людей.

Веспер нашла в лице Летиции отличную собеседницу — девушки были примерно одного возраста, а их истории во многом похожи. Обе они провели детство в трущобах Гидона, обе волею судеб оказались связаны с его криминальным миром. Оборотень проводила практически всё свободное от возложенных на неё обязанностей время в компании своей новой знакомой. Они делились историями, шутили, смеялись и обсуждали места, в которых им хотелось бы побывать. Летицию отличали редкая доброжелательность и позитивный взгляд на вещи, делавшие её превосходным собеседником. Она искренне восхищалась, узнавая что-то новое, удивлялась необычному и в буквальном смысле излучала хорошее настроение. Род её деятельности отлично дополнял этот набор положительных качеств, поскольку Летиция не была склонна мыслить стереотипами или быть предосудительной. Напротив, она всегда старалась составить собственное мнение обо всём, с чем сталкивалась.

В последние пару дней темой активных обсуждений стали спайранцы. Как оказалось, несмотря на то что жизнь их состояла из постоянных путешествий, Летиции не доводилось ранее встречать выходцев из Спайры, и последние вызывали у нее неподдельный интерес. К великому сожалению обеих девушек, в течении дня Сарен был занят на охране каравана, а в редкие свободные часы отсыпался после ночных дежурств. По вечерам, когда они останавливались на привал, наёмник помогал Джерому и Боливару ставить караван на ночлег, а затем уходил на охоту вместе с Реммондом. Когда же Сарен наконец освобождался от дел, заняты оказывались уже сами девушки — они помогали Йолли с готовкой. Вот и получалось, что все вопросы про спайранцев доставались Веспер, как наиболее компетентной.

— Я всё хотела тебя спросить, — раздался где-то за спиной у оборотня знакомый голос. Веспер сидела на низком табурете и чистила картошку, периодически отправляя чистые клубни в стоявшую рядом кастрюлю. Всего их в караване было десять и приготовление очередной трапезы растягивалось на добрую пару часов, даже когда они готовили втроем. Отвлёкшись от своего занятия, оборотень посмотрела на Летицию — та вынесла из фургона ещё один табурет и пяток тушек пойманных вчера кроликов.

— Ну так вперёд, — улыбнулась девушка, ловко отправив очередную картофелину в таз.

— Ладно, хорошо, — заговорщицким тоном произнесла Летиция, собираясь с мыслями. Судя по всему, вопросов у неё было много.

Веспер наблюдала за её мимикой боковым зрением, продолжая орудовать коротким кривым лезвием, что вгрызалось в картошку с весёлым хрустом.

— А как вы с Сареном познакомились? Ну, в смысле… Ты рассказывала, что жила в Гидоне, а Дядя Реммонд сказал, что вы вроде как идёте из пустыни, — Летиция с интересом смотрела на оборотня.

Та помолчала какое-то время, думая что же ответить.

— Со мной в столице приключилась одна нехорошая история. Не та, о которой мне хотелось бы рассказывать… — немного отрешенно проговорила она, — в общем, в Песчаные Моря я попала против своей воли. Ну а Сарен — мы с ним оказались прикованы к разным стенам одной темницы.

— И он спас тебя оттуда, после чего вы стали путешествовать вместе? — по мечтательному голосу Летиции было понятно, что её воображение уже вовсю рисует романтичные сцены спасения. Точь в точь — «Сказ о Рыцаре и Прекрасной Даме».

Веспер не захотелось разрушать ту торжественную обстановку их первой встречи с Сареном, что уже успела нарисовать фантазия изголодавшейся по мужскому вниманию Летиции.

— Примерно так оно и было, — кивнула она.

— То есть, вы с ним… вместе, так? — хитро прищурившись, спросила девушка.

— Да, разуме… То есть нет! Погоди, что это вообще значит? — оборотень заметно сконфузилась.

— Ну, ты сказала, что он вытащил тебя из пустыни, вы путешествуете вместе, да и к тому же… он довольно привлекательный, — опустив наполовину выпотрошенную тушку кролика в таз, Летиция начала загибать перемазанные в крови пальцы, — вот я и подумала, что может вы, ну, сама знаешь…

Одновременно с тем, как девушка закончила свою мысль, лёгкий румянец тронул её щеки, чем вызвал у Веспер снисходительную улыбку. То, как смущалась Летиция, затронув эту щекотливую тему, заставило оборотня почувствовать себя такой взрослой. И это — при практически отсутствовавшей разнице в возрасте.

— Очень привлекательный, — мечтательно проговорила Веспер, прикрыв глаза. Её воображение тут же вызвало в памяти их последнюю ночь в Кабаньей Пуще. Незаметно для себя оборотень закусила губу, а сама в то время вогнала нож в картофелину по самую рукоятку. Заметив это, она опомнилась и неловким движением с хрустом вытащила лезвие наружу. Наблюдавшая за происходящим Летиция прыснула от смеха, прикрыв рот ладонью.

Несмотря на то, что их путешествие проходило спокойно и даже приятно, мысли о странном имперце никак не желали отпускать Веспер. И вот, кажется, ей подвернулась подходящая возможность выяснить, что же у того на уме.

Кайрен сидел у костра один и что-то записывал в небольшой журнал.

— Можно к тебе? — приветливо улыбнувшись, спросила девушка.

— Будь моей гостьей, — не отрываясь от своей книги ответил мужчина. Его рука неотрывно скользила по странице, заполняя её причудливыми символами. Оборотень прищурилась, стараясь разглядеть хотя бы фрагмент записей, но вместо этого с удивлением обнаружила, что текст на пергаменте не принадлежит ни к одному из известных ей языков. Больше того — она даже не была уверена в том был ли это текст или некий замысловатый рисунок. Мужчина будто выводил заготовки для букв в лишённом всякого умысла порядке, соединяя между собой разные концы страницы в хитросплетении изгибов и прямых линий.

Оборотень села на расстоянии пары шагов от Кайрена, глядя на пламя костра. Разумеется, она могла бы и просто подойти к имперцу и коснуться его неприкрытой шеи. Вот так легко и секреты его уже принадлежали бы не только ему одному. Однако это было сопряжено с ненужным стрессом, лишними телодвижениями, риском — всем тем, что привносило сложности. Естественность была ключом ко всему. Жертва расслаблялась, мысли её текли свободно, а коридоры памяти не были забиты бьющим через край адреналином. Единственным, что позволяло оборотню извлечь и заложить мысль в разум жертвы лучше, был разве что секс… Нельзя сказать, что Веспер не прибегала к подобному методу, но сейчас нужно было действовать иначе.

— Какой интересный рисунок, — девушка чуть подвинулась к мужчине и как бы «случайно» заглянула в его книгу. Загадочный текст действительно заинтересовал оборотня. Она знала все языки на которых говорили в Гидоне, но то, что выводил на бумаге Кайрен казалось ей совершенно чуждым и непонятным. Она могла бы сослаться на сложный шифр, но ведь и тот должен был иметь под собой хоть какую-нибудь структуру. Здесь же царил хаос в чистейшем его проявлении.

— Это не рисунок, а письменность. Хотя спорить не буду, на первый взгляд может показаться иначе, — всё так же не отрываясь ответил Кайрен, — ты обучена грамоте?

— Да, обучена, — кивнула Веспер, — именно поэтому и спрашиваю. Никогда не видела ничего подобного. Это язык кочевников? — добавила она, пододвигаясь ещё ближе. Изображать интерес не было смысла — он и так живо горел в её глазах.

— Нет, — Кайрен покачал головой, — это мёртвый язык. Причём, уже довольно давно.

— Поделишься историей? — она уже сидела совсем рядом. Оставалось только дать имперцу начать рассказывать, а там легкого, невесомого прикосновения будет достаточно, чтобы вытащить вместе с потоком мыслей нужные фрагменты.