— Фляжка имперской армии, старый латунный портсигар и сраный новодел… который я даже не знаю с чего лепили, — «жаба» схватил зеркало и потряс им перед наёмником, — ты что, это дерьмо из соседней лавки стащил?!

— Тише ты, чего орать? — Сарен отмахнулся от зеркала, — где ты тут лавки рядом видел?

Торговец бросил предмет обратно на прилавок и прорычал нечто нечленораздельное и явно бранное.

— Что за флягу и коробку дашь? — спросил спайранец.

— Пинка под зад могу дать, за это то барахло. Мне эти сраные фляги закладывать приходят по пять раз на дню, вон полная подсобка этого добра, никак не вывезу. Коробка старая, ага, но на кой чёрт мне она? Про зеркало даже не заикайся, — раздражённо выдал торговец.

— Ну… — разочарованно протянул наёмник, — сейчас, погоди, осталась у меня ещё одна вещица, может хоть она тебя заинтересует.

Запустив руку в сумку, он выудил оттуда перстень Арлисы. Сдвинув всё остальное барахло в сторону, Сарен с громким стуком поставил его между собой и торговцем. Свободную левую руку он при этом отвёл назад за пояс, туда, где в ножнах покоился спрятанный кинжал. Роль то он может и отыгрывал, да только кольцо терять не собирался, выкинь торговец что-нибудь лишнее.

«Жаба» тем временем взял в руки перстень и принялся внимательно его изучать. Наёмник заметил, как на лице его борются две противоречащие друг другу эмоции — искренний интерес и напускное презрение, которое он так старался сохранить. Последнее пока что побеждало.

— Дурь какая-то, — выдал он спустя примерно минуту, — откуда у тебя это?

— Да так, — Сарен довольно оскалился, — один заезжий оставил. Что, интересную вещицу я тебе принёс, а?

— По сравнению с остальным дерьмом, что ты мне вывалил, может и интересную. Само по себе — тот ещё шлак. Сколько хочешь? — совершенно ровным тоном проговорил торговец.

— Цену я думал услышать от тебя, — чуть растягивая слова отвечал Сарен.

«Жаба» впился в него раздраженным взглядом.

— Пятнадцать серебряных дам. Остальное можешь забрать — не интересует, — резюмировал он.

Услышав цену, Сарен нахмурился. Даже самая дешевая бижутерия стоила дороже. Похоже он немножко перегнул палку, старательно отыгрывая образ деревенского дурачка.

— А чего дешево то так? — разочарованно спросил он.

— А потому что так херово, потому и дешево! — рявкнул в ответ торговец, — таскаете мне всякий мусор, а потом возмущаетесь ещё, будто я у вас императорскую корону за медяки купить предлагаю! Знаешь, сколько вас таких сюда за неделю заваливается с хитрыми рожами и сумками мусора? Давай, решай и не трать моё время. Больше не дам.

Сарен взял небольшую паузу, напряженно отбивая барабанную дробь по деревянному прилавку и двигая челюстью так, словно хотел пережевать сложившуюся ситуацию.

— Да ладно тебе, — наёмник поменялся в лице и расплылся в дружелюбной улыбке, — чего разводишь то как деревенскую девку, ну? Мне за этот «хлам» почти целый золотой в корчме предлагали. Что-то я не верю, что оно дешевле стоит.

— А я что-то сомневаюсь, что тебе вообще хоть кто-нибудь предложил за него деньги, кроме меня. Или предложит. Пятнадцать серебром, — отрезал торговец.

— Не, к чертям такие сделки. Я лучше себе его оставлю, — спайранец протянул руку над прилавком, чтобы забрать кольцо обратно.

«Жаба», однако, не спешил расставаться с перстнем. Он помедлил с несколько секунд, зажав его в кулаке.

— Больше не дам, — повторил он свои слова как мантру.

— А больше и не надо. Давай кольцо, говорю, — уже жестче произнёс Сарен.

С большой неохотой торговец расстался с перстнем. Как только тот оказался у наёмника, «жаба» громко фыркнул и махнул рукой.

— Забирай это барахло и проваливай! Только время на тебя, приблуду, потратил! — мужчина был явно разочарован таким финалом. Кольцо точно привлекло его внимание и это было заметно. Спайранец быстро сгрёб в охапку свои вещи и направился к выходу. Пока что всё шло в точности по плану.

«Главное теперь не схватить арбалетный болт в спину прямо тут» — подумал Сарен и инстинктивно напрягся, ожидая от торговца подлого удара. Но тот так и остался стоять за прилавком, костеря своего гостя самыми последними словами.

Прошло уже порядка часа с того момента, как Сарен покинул ломбард. Реализация его плана, к сожалению, застопорилась на том же моменте. Спайранец бесцельно нарезал круги по улицам Ржавки, успев побывать в доброй половине лавок и попробовав самую разную еду с лотков уличных торговцев. Пора было признать — никто не шёл по его следу и в том, чтобы травить себя очередным «творением» мастеров уличной кухни не было уже особого смысла.

Выйдя из очередной лавки, наёмник громко зевнул. В его дорожной сумке, помимо прочего хлама, всё ещё оставалась недопитая бутылка настойки из «Баловня Судьбы». Выпитый ранее алкоголь успел выветриться и Сарен не нашёл причин отказывать себе в удовольствии пригубить ещё. Его пыл в расследовании истории кольца пошёл на убыль после видимой неудачи и сейчас наёмнику больше всего хотелось выпить и завалиться спать обратно в номер гостиницы.

Завернув в переулок, спайранец вытащил пробку из бутылки и уже собирался приложиться к горлышку, когда услышал обрывки речи. Говорили вполголоса, но именно этих слов он ждал весь тот битый час, что бесцельно слонялся по улицам, а потому мгновенно обратил на них внимание.

— …да он это… — говорил один из голосов, высокий и немного скрипучий, — фуфел деревенский…

— Давай тогда, побыстрее разберемся, — ответил второй, низкий и с хрипотцой.

Сарен шёл нарочито медленно, делая глотки из бутылки и прислушиваясь к шагам своих преследователей. Слышал он только двоих, однако интуиция подсказывала наёмнику, что в таких делах должен быть и третий.

Но его не было — ни шагов, ни голоса. Скверно.

«Бугай и щепка… ну ладно.»

Спайранец опасался, что ему все же может не повезти и встреча с арбалетным болтом неминуема. С другой стороны, если бы похожий на жабу торговец готов был пойти на крайние меры, куда удобнее ему было сделать это ещё в лавке, а тело скинуть в канализационные стоки. Наверняка рядом с ломбардом есть открытый колодец, в котором у него тайник.

Шаги, меж тем, становились всё ближе. И «преследователей» по-прежнему было двое. Сарен закрыл глаза и прикинул расстояние: у него оставалось секунд пять.

Он оторвался от бутылки и выдохнул пары алкоголя через нос.

Четыре.

Нарочно пошатнулся из стороны в сторону, тряхнув головой.

Три.

Они шли друг за другом. Тот, что полегче, был позади — более легкий шаг шёл эхом за гулкими ударами по лужам.

Две.

Сарен остановился и опёрся рукой о стену.

Одна.

«Бугай» шагнул вперёд и положил руку ему на плечо. Последовал резкий рывок, от которого спайранец буквально развернулся на месте. Именно этого наёмник и ждал: не став сопротивляться, он поддался приложенной силе и уже в следующую секунду вернул её обратно. Недопитая бутылка настойки, описав в воздухе полукруг, обрушилась на бритый череп «Бугая» всей непреклонной тяжестью толстого стекла, из которого она была сделана. Треснули они уже одновременно — бутылка и череп. Угрюмое выражение на его лице на мгновение сменилось удивлённым. Такого поворота преследователь явно не ожидал. Хватка на плече Сарена ослабла, и противник осел на землю.

«Щепка», стоявший в паре шагов позади, пребывал в этот момент в полнейшем оцепенении. Если его более рослый товарищ не успел осознать произошедшего, прежде чем отправиться в сладкие объятия беспамятства, то сам он был крайне удивлён подобным поворотом событий.

— С-сука, — процедил «Щепка» сквозь зубы, отступая назад. Рука его потянулась к болтавшемуся на ремне компактному арбалету. Последний, к слову, был заряжен.

Действовать нужно было быстро. Расстояние между ними было слишком большим, чтобы преодолеть его за один прыжок. К тому времени разбойник бы уже успел всадить в спайранца один болт и потянуться за вторым. Быстро прикинув расклад у себя в голове, Сарен воспользовался единственной возможностью не стать арбалетной мишенью и бросил оставшееся у него в руках горлышко разбитой бутылки. Особого урона это причинить не могло. Осколок вряд ли бы сильно ранил нападавшего, однако тот инстинктивно попытался закрыться арбалетом от летевшего в него стекла, дав наёмнику заветные доли секунды.