Наёмник смотрел на портрет и не мог оторвать взгляда. Этот человек по какой-то совершенно неведомой причине казался ему до боли знакомым. Нет, Касса Варэ он не видел. Сомнений в этом быть не могло. Дело тут было в ином. Эти черты лица, выражение, взгляд ярких зелёных глаз. Он уже видел это, но не здесь.

Ваймс что-то ещё говорил, показывая на портрет Наты, но Сарен уже не слушал его. Сердце спайранца отбивало барабанную дробь, словно готовя армию к предстоящей битве, пока сам он тянулся к странице.

Ведь за оборотом его ждала она.

Арлиса Варэ — гласила подпись под портретом. Но Сарен и так это знал. Вот где он видел эти черты лица. Вот почему Кассиус вдруг показался ему столь знакомым. Все дело было в ней!

«Арлиса…» — каких усилий ему стоило удержаться, чтобы не произнести в тот момент её имя вслух.

Это действительно была она. Точно такая, какой он её и запомнил. Пронзительный взгляд казался невероятно живым. Заговори она с сейчас с Сареном и тот бы ничуть не удивился. Нет, совсем не так. Он хотел, больше всего сейчас хотел вновь услышать её голос. Наёмник постарался вызвать в памяти воспоминание об их встрече. Раньше это удавалось ему без труда, но вот сейчас… В его голове прозвучал отголосок далёкого эхо и в нём Сарен, кажется, услышал её. Правда очень тихо.

Наёмник почувствовал, как металл кольца впивается ему в руку. Он и сам не заметил, как с силой сжал его в кулаке. Костяшки пальцев побелели, а перстень пульсировал внутри маленьким шариком боли.

— Какой ты всё-таки нетерпеливый, — голос Ваймса оказался для Сарена сейчас настоящим спасением. Он оторвал взгляд от портрета Арлисы и посмотрел на кузнеца. Спайранец словно увидел призрака — хотя почему «словно»? Именно так оно и было.

— Знакомься, это последнее действующее лицо нашей истории. Арлиса, единственная дочь Кассиуса и Наты Варэ.

Догадка Сарена лишний раз подтвердилась. Неясным, правда, оставался возраст девушки — ведь под портретом стояла цифра 921.

— Это ведь дата её рождения, да? — наёмник указал на надпись, — получается, она была очень поздним ребёнком, ведь Кассиусу на тот момент должно было быть уже 58 лет?

— Нет, нет, — Олли замахал руками, — это расширенная версия летописи с портретами и всем прочим. Даты рождения и смерти указаны в самих статьях, а здесь — только год, когда была написана картина.

Ваймс ткнул пальцем в середину соседней страницы, туда, где начиналась выдержка об Арлисе. Странно, но в отличии от её родителей, история девушки занимала всего один коротенький абзац. Однако больше всего Сарена поразило отнюдь не это. Годы жизни, вот что вызывало куда больше вопросов.

«901–922 (предположительно)» — прочитал он про себя. Выходило, что на момент их встречи Арлисе было… 47 лет?

«Ну что за ерунда?» — подумал Сарен и нахмурился. Даже спайранцы не старели так медленно. Уже тогда он выглядел старше её, а ведь это было шестнадцать лет назад.

Он перелистнул страницу обратно. Тут он наткнулся на другую интересную деталь: год смерти Наты совпадал с рождением Арлисы. Наёмник поднял взгляд на Ваймса, который терпеливо ждал, чтобы продолжить свой рассказ.

— Да, ты всё правильно понял. Ошибки тут нет, — прочитал немой вопрос на его лице волшебник, — брак их продлился совсем недолго. Практически сразу после свадьбы Ната обнаружила, что беременна. Возможно, кстати, это было одной из причин, почему Кассиус поспешил оставить столицу — просто не хотел подвергать жену и будущего ребёнка опасности. Роды были очень тяжелыми. В поместье Варэ собрались лучшие врачи, которых только можно было найти в Империи. К сожалению, даже они ничего не смогли сделать. Эта потеря сильно подкосила Касса. Он оставил свою прежнюю жизнь позади и целиком посвятил себя воспитанию дочери.

Спайранец вновь вызвал в памяти образ Арлисы и ему отчётливо представилось, какое воспитание дал ей отец. Закалённый опасностями авантюрист готовил её не для светских приёмов и балов. Он воспитывал себе преемницу. Красота и изящество сочетались в ней с твёрдой решимостью и нечеловеческим упорством. Арлиса была хладнокровна, но качество это не переходило в бессердечность. В ней был виден характер и бойцовская выправка, которым бы позавидовали многие, с кем Сарену доводилось работать. У неё было одно удивительное качество, которому он и сам искренне завидовал. Как и многие мастера своего дела, Арлиса не нуждалась в чьей-либо помощи — это она с лихвой доказала ещё тогда, в крепости. Но вот что было необычно — девушка не была одиночкой. Когда он вызвался помочь ей, то не стал для Арлисы обузой. Она приняла его помощь и они отлично сработались. Сам Сарен таким качеством похвастаться не мог. Даже при всём альтруизме, что он проявлял в последнее время, компаньоны тяготили его, подчас сбивая с толку, а то и вовсе влезая в слишком личное пространство. Как, например, Веспер.

С Арлисой всё было иначе. Между ними сразу установилась особая связь. Сарен не мог подобрать лучшего слова, хотя это и не описывало в полной мере тех чувств, то вызывала у него девушка. Пелена из эмоций и воспоминаний снова начала застилать ему глаза и он поспешил вернуться к реальности.

— Ладно, с этим всё более или менее понятно, — пробормотал наёмник.

— С чем именно — «с этим»? — Ваймс сомнительно покосился в его сторону.

— Неважно, — Сарен отмахнулся, после чего указал на годы жизни Арлисы, — лучше скажи, что это значит? 922 — предположительно?

— Я вроде бы уже говорил, что в статьях указаны годы жизни. Так что эта цифра — год её предположительной смерти, — в лёгком недоумении ответил волшебник.

— Ваймс, я умею читать, — раздражённо заметил наёмник, — что тогда произошло и почему «предположительной» смерти?

— А, ну, мы к этому как раз и идём. Просто когда ты спросил меня про эту дату на твоём лице было такое удивлённо-возмущённое выражение. Словно её там быть не должно. Вот я и решил уточнить, — пояснил кузнец, — в твоей грамотности у меня сомнений не возникало, прошу не оскорбляться.

— Ваймс. Событие, — Сарен побарабанил пальцем по злосчастной цифре «922». Возможно, наёмник немного перешёл границы приличия и вести разговор в таком тоне всё же не следовало, но одержимость историей Арлисы мешала ему трезво мыслить.

— В 922 году Кассиуса ждала ещё одна потеря, — произнёс кузнец, — Арлиса пропала без вести. Как выяснилось позже — её похитили. В подтверждение, что она действительно у них, разбойники подкинули Кассу её личные вещи, привязав сумку с ними к седлу скакуна на котором она отправилась объезжать охотничьи угодья. Этого нет в летописи, подробности я собирал уже сам.

— А что случилось потом? Её нашли?

— Нет, её больше никто не видел, — Ваймс покачал головой, — Касс отправил им выкуп. Потом ещё один. И ещё. Потом был целый год поисков, за время которых люди Варэ разве что все деревья в этих лесах не выкорчевали. Бесчисленные охотники за головами, наёмники. Кассиус не жалел денег, лишь бы заполучить хоть какую-то информацию об Арлисе. Но всё было тщетно.

— Тогда откуда такая уверенность, что она умерла? — не унимался спайранец.

— Сарен, позволь объяснить тебе одну маленькую деталь, — волшебник выглядел сейчас мрачнее тучи, — владения Варэ находились чертовски далеко от цивилизации, а Арлиса отнюдь не была светской барышней. Она знала эти глухие леса как свои пять пальцев, была при оружии и умела с ним обращаться. Её не похищали случайные бандиты с большой дороги. Им там было попросту неоткуда взяться. В этом деле был замешан кто-то из их ближайшего окружения, и оставлять в живых свидетельницу их предательства было чревато.

— Неужели тогда Кассиус не смог выбить из них, кто именно это сделал? — в голосе Сарена было удивление и негодование.

— А зачем, по-твоему, ему потребовались охотники за головами? — Ваймс задал встречный вопрос и тут же ответил на него сам, — он нашёл подельников среди своих слуг, но ему были нужны сами похитители. Я не знаю, чем он руководствовался больше в тот момент — надеялся ли найти свою дочь живой или просто жаждал мести…

«Но похитителей он так и не нашел» — закончил за волшебника Сарен. Всё вставало на места — вот кому и за что мстила Арлиса. Спустя двадцать восемь лет после своего похищения она отыскала Лукана Красавчика, который уже успел вырасти из простого разбойника в главу крупной сети наркоторговцев. Теперь его звали Фанкред Де’Лир и он был совсем другим человеком. Его грязное прошлое осталось позади, уступив место ещё более бесчеловечному настоящему. Перед глазами у наёмника встал сиротский приют, в котором они с Арлисой расправились тогда с этим ублюдком. Тела в клетках на втором этаже. Этот ужасный подвал. Воображение спайранца отказывалось даже браться за возможную судьбу девушки после похищения. Что с ней стало? Как спустя столько лет она осталась такой же молодой, словно застыла во времени?