- Какая разница, - проговорил Крейтон, двинувшись к реке. - Нужно проплыть ещё версту другую, а там можно будет разбить лагерь.

  В лодку возвращаться не хотелось, но и оставаться в брошенной деревне желания не было. Так или иначе, когда холмики с торчащими брёвнами, исчезли за поворотом реки, Василий почувствовал явное облегчение. Не дожидаясь пока можно будет вновь пристать к берегу, решили перекусить прямо на лодке, в момент, когда сменялась очередь грести, так чтобы не прерывать плавания, а есть по очереди.

  - Я вот только одного не понимаю, Мессеир, - заговорил Кистенёв, сидя на вёслах. - В вашем мире умеют дрессировать драконов?

  - Говорят, умели раньше, когда они ещё водились в Горнии и Ангельдарии.

  - Они вымерли?

  - Ну что ты. Улетели за море на другие континенты и, в особенности, к пылающим островам, далеко на юге, куда не осмеливаются отправляться даже кархейские броненосцы. Есть один способ остановить дракона, - Мессеир сделал характерный жест рукой с оттопыренными двумя пальцами, словно прочерчивая дорожки от глаз. - Нужно посмотреть ему в глаза, и смотреть пристально, не отрываясь, тогда он не нападёт.

  - И тогда можно будет его поймать? - неуверенно спросил Кистенёв, которому вдруг стало не по себе от взгляда Крейтона.

  - Если не сойдёшь с ума, - флегматично ответил тот.

  - А это вероятно? - спросил Семелесов.

  - Практически гарантировано.

  - Тогда какой в этом смысл?

  - Никакого. Только немногие способны заглянуть им в глаза и остаться в рассудке, говорят, на это был способен Матиас второй, в те времена драконы ещё залетали на земли людей, пока те не стали господствовать в воздухе. Но наша задача закрыть ему глаза, а не смотреть в них, здесь в лесу это должно сработать, у драконов широкие кожистые крылья, которые они очень бояться повредить, а когда вокруг столько деревьев это проще простого, особенно когда ничего не видишь.

   Мессеир вдруг затих и дал знак поворачивать к берегу возле небольшой заводи. Заговорщики вытащили лодку на берег и достали оттуда все припасы. После того как Крейтон отметил это место на карте и ещё раз сверился по яблоку на блюде, к которому теперь даже Семелесов относился как к обычному компасу, хотя дотрагиваться до этого компаса не желал из принципа. Время близилось к четырём часам пополудни.

  - Мрачноватое место, - проговорил Кистенёв, вешая на плечо СКС.

  - Лес как лес, - ответил Мессеир.

  Алексей остановился, глянув в чащу и пробубнив себе под нос между делом: 'Кто родился в день воскресный: получает клад чудесный'. После чего закинул за спину рюкзак, поправил ружьё и пошёл вслед за остальными мимо кустов растущих у края над кромкой воды.

  - И всё-таки Крейтон я не понимаю одного, - начал Семелесов, когда они стали цепочкой подниматься по невысокому склону возле берега реки. - Ты говоришь, что они улетели с континентов, населённых людьми почему?

  - Не знаю, наверное, они нас не любят, - ответил Крейтон, тяжело вздохнув и сделав паузу, добавил. - Драконы странные существа, это не обычные животные, это ... это скорее ...

  - Чудовища? - вставил Семелесов.

  - Именно. Наш век смешон для них, как и мы сами. Мы слишком мелки даже для того, чтобы быть их пищей. Они жили на наших землях ещё до расцвета человечества и правили там, где ныне правят люди, и впоследствии они вернуться, чтобы править там, где правил человек.

  - Так вот отчего их взгляд сводит с ума.

  - Когда увидите его, лучше прячьтесь, если кто и сможет заглянуть в его глаза, то точно не мы.

  - Но разве человек не страшнее чудовища.

  - Человек? - Крейтон вдруг остановился и повернулся лицом к Семелесову. - Человек да, но где, щенки, вы здесь видели людей.

  И через пару минут, словно в подтверждение слов мантийца они наткнулись на обожженный лес. Стволы и трава были обуглены, вся земля была засыпана пеплом, и многие деревья рухнули, так что здесь было светлее, чем в остальном лесу. Едва троица подошла к краю выжженной земли, как вслед за Крейтоном все остановились, встав в ряд, не желая делать ни шагу дальше.

  Лес был выжжен полосой, метров двадцать-тридцать в ширину и полтораста в длину. Крейтон первым двинулся вперёд, он был единственным кто удивившись сначала, потом смотрел вокруг равнодушно, а вот его друзья пошли дальше не сразу, озираясь по сторонам так будто боялись что сейчас один из этих чёрных стволом обломиться и рухнет прямо на них.

  - Почему лес не загорелся дальше? - спросил Кистенёв.

  - Откуда мне знать, - бросил Крейтон.

  Постепенно ощущение времени начинало теряться, и только светлое пятно в том месте, где из-за крон густо растущих деревьев светило солнце, медленно, но верно спускавшееся к горизонту и жуткая усталость давали понять, что дело идёт к вечеру. Мессеир шёл, не останавливаясь, только пару раз позволив сделать привал, хотя сам он почти не садился, а продолжал стоять, пытаясь по своему яблочному компасу понять в какую сторону они должны идти. Кистенёв с Семелесовым почти не задавали ему вопросов. Василию после того как они наткнулись на выжженный лес, уже начало казаться что если они вернуться, домой так и не встретившись с этой летающей ящерицей, то это будет далеко не самым плохим результатом.

  К вечеру заговорщики, наконец, вышли из леса и очутились на берегу небольшого лесного озера.

  - Прелестно, - вдруг произнёс Семелесов. - Теперь хотя бы можно будет искупаться.

  Крейтон ничего ему не ответил и только чертыхнулся про себя. Кистенёв тут же направился к воде, скинул рюкзак и карабин, припал на одно колено и, зачерпнув воды в горсть, умылся. Семелесов с Крейтоном о чём-то начали разговаривать у него за спиной, но вдруг замолчали, это почему-то насторожило Василия, он остановился, уставившись на собственное отражение в воде, сквозь которое виднелся песок на дне. Вдруг низкий монотонный рёв раздался с того берега и сердце юноши замерло. Борясь с оцепенением, он медленно поднял глаза.

  Он летел за озером, над кромкой леса на фоне розовеющего неба. Медленно и величественно он взмахивал широкими крыльями. Его голова и тонкая шея были едва различимы издали, и длинный хвост длинный хвост немногим короче туловища колебался в такт взмахов крыльями.

  Кистенёв смотрел на него секунды две, потом словно неведомая внешняя сила отбросила его в сторону и кинула в заросли. Ненадолго он забылся и пришёл в себя только когда оказался между деревьями весь в траве и листве, за спиной у Крейтона и Семелесова, отошедшего чуть в сторону от него, попятившись назад.

   Дракон вдали сделал поворот в воздухе, показав на мгновение плоскость крыльев, и полетел прочь навстречу заходящему солнцу. А Крейтон только засмеялся, повернувшись и посмотрев на Кистенёва.

  - Ну как? - произнёс он довольно. - На монете он выглядел не столь устрашающе.

  - Это же ... он ...- заплетающимся языком проговорил Василий, пальцем указывая в сторону, куда улетело чудовище.

  - Мы ему безынтересны, не думаю, что он нас заметил, - флегматично ответил Крейтон, и пошёл в сторону, направившись сквозь заросли кустарника вдоль берега. - Пора уходить отсюда, скоро стемнеет, здесь нежелательно ночевать у воды.

  Кистенёв медленно пошёл к берегу, чтобы забрать рюкзак и карабин. Семелесов оставался стоять на месте, глядя куда-то неопределённо вдаль, и только произнёс: 'Невероятно', когда Кистенёв проходил мимо него.

  Они разбили лагерь в паре сотен метров от берега. Крейтон так и не объяснил: почему нельзя спать возле воды, но никто его и не спрашивал, здесь в лесу они понимали, что лучше слушаться мантийца. Все сумерки собирали хворост и сучья для костра, которые складывал Мессеир, потом разжёг, оставив большую часть собранного про запас на ночь.

  - Дежурим по очереди, я первый, - произнёс Крейтон, когда над лесом уже сгущались вечерние сумерки. - Спите, друзья мои, завтра нам потребуется много сил.