Глава 34

Чем больше я слышу о сиреневом вине, тем оно кажется всё лучше и лучше.

- Напомни ещё раз, почему не хочешь, чтобы я пила вино? - спрашиваю я.

Дес улыбается.

- Неважно чего я хочу. Я ждал тебя восемь лет, ангелочек, и теперь ты тут, согреваешь мою постель и вытягиваешь из меня секреты. Этого более чем достаточно

- Почему Мара дала мне сиреневое вино? - спрашиваю я, интересуясь мотивами Королевы Флоры. Очевидно, она меня недолюбливает, так зачем дарить такой подарок?

Дес склоняет голову.

- Давай договоримся: я отвечу на твой вопрос, если ты ответишь на мой.

Дес вечно торгуется.

- Ладно, - соглашаюсь я, он всё равно может забрать бусину и вытянуть из меня правду. Я чувствую лёгкое колебание магии в воздухе, когда Дес связывает меня с соглашением. Он шире улыбается и отзывает магию.

- Отвечая на твой вопрос: у Мары, вероятно, было несколько мотивов дать тебе сиреневое вино. Она хотела, чтобы все присутствующие увидели, как она щедра к человеку и принимает нашу связь - отличный ход для политики. Ещё она указала на то, что тебя лучше бы приняли, будь ты похожа на нас. И, наконец, она прощупывала наши отношения на предмет слабостей.

- Для чего ей это? - интересуюсь я.

- Рычаг давления, - поясняет Дес. Легко контролировать кого-то, зная его слабости.

Ошеломляет эта схема фейри, которой они пользуются во все случаи жизни. Стоит только подумать, что разобралась в этих существах, слышу что-то подобное. Я бы такое никогда не придумала

- Теперь, - продолжает Дес. - Моя очередь.

Ах, да, теперь я отвечаю на его вопрос.

- О чём вы разговаривали сегодня с ГринМэном?

Я чувствую, что бледнею. Он заметил?

Этот мужчина слишком проницателен.

Я сглатываю, не желая отвечать. И чем дольше мешкаю, тем сильнее давление магии. Я чувствую, как она сжимает мне горло, заставляя говорить.

- Мы занимались сексом без защиты, - наконец, говорю я.

Магия не отпускает.

Тьфу.

Дес ждёт, когда я закончу.

Я глубоко вдыхаю.

- Я могла забеременеть, - шепчу я.

Его глаза расширяются от моего признания. Его магия исчезает, и я потираю шею, настороженно смотря на него. Дес же изучает меня, и хоть убейте, я не могу сказать, о чём он думает. Наконец, он говорит:

- О чём ты, ангелочек?

Серьёзно?

- О том, Дес, что у меня может быть ребёнок. - Когда я говорю об этом вслух, кажется, что это уже случилось. Мне нужно сделать тест и срочно.

- Я думал, ты хочешь от меня детей, - опасным тоном проговаривает Дес.

Я хочу, но вопрос не в том, что хочу, а во времени.

- Всё происходит очень быстро, - говорю я.

- Быстро?

Не это он хотел услышать, и я понимаю это по чуждому блеску фейри в его глазах.

- Тебе не надоело медлить? - спрашивает он, кладя руку мне на живот.

Я смотрю на него, прекрасно понимая, что передо мной Дес-фейри, мрачный Дес, Дес, который жаждет того, чего я не могу понять.

Что там говорил Федрон? "Ни один фейри не позволил бы своей паре уйти просто потому, что она запротестовала".

Разве возможность того, что мои желания могут не приблизить меня к Десу, а наоборот отдалить, не тема вечера?

- Может, я хочу, чтобы ты забеременела от меня, - говорит он, перемещая руку с живота на браслет. - Может, хочу начать прямо сейчас...

Я сглатываю, во рту пересохло. Внезапно он отпускает меня и отступает, проводя рукой по волосам. А чуждый блеск исчезает из его глаз. Дес тяжело опускается на ближайший стул, и теперь, когда его злобная сторона отступила, у меня подгибаются колени от... чего? Облегчения? Разочарования? Дикая сторона Деса почти такая же привлекательная, насколько и пугающая. Меня может и тошнит от этого, но, чёрт подери, я уже давно развращена.

- Прости, - говорит он своим рукам. - Нашу связь сопровождают примитивные инстинкты. - Я разглаживаю платье, отстраняясь от стены. - Мне не следовало так реагировать. - Он потирает рот и подбородок. - Просто... женщинам особенно трудно зачать детей от фейри. Мы не считаем их обузой. Я не считаю это обузой.

Меня опаляет сначала волна жара, затем холода и смущения, словно у меня из-под ног выбили почву.

- И я надеюсь, - продолжает Дес, - что и ты так не считаешь.

- Это одна из причин, почему ты не даёшь мне сиреневое вино? - спрашиваю я.

Я предполагаю, что фертильность резко сократиться стоит пригубить вина, если оно действительно сделает меня похожей на других женщин фейри.

Он смеётся.

- Господи, нет. Я уже объяснил, почему не даю тебе вина. А если бы хотел, чтобы ты забеременела, ангелочек, не думаю, что мелочь в виде бессмертия, встала бы у меня на пути.

От его взгляда внутри меня всё кипит.

Я выдыхаю.

- Но ты хочешь детей? - спрашиваю и встречаюсь с взглядом ошеломляюще-серебристых глаз, напоминающих о свете и тьме, и обо всём, что между ними.

- От тебя? Безусловно, - отвечает он.

Не знаю, что именно - то ли его слова, то ли интонация, то ли взгляд - но у меня сдавливает горло. Иногда я забываю, что теперь живу этой жизнью со всем её ужасом и красотой. Со всеми запутанными делами. Я могу протянуть руку и взять Деса, когда захочу. Более того, Дес хочет, чтобы я протянула руку и взяла его. Я иду к Десу, борясь с бушующими эмоциями.

- Не думаю, что ты беременна, - говорит он, поднимая голову, когда я подхожу к нему, - хотя если так, мы разберёмся с этим, ангелочек, как и со всем остальным.

Я кладу руки ему на щеки и затыкаю поцелуем. Наша любовь главнее него, главнее меня.

- От пламени к пеплу, от восхода до заката, до конца дней нашей жизни, будь всегда моим, Десмонд Флинн, - шепчу я ему в губы, повторяя слова, которые забрали его у меня. Они по-прежнему обладают той же удивительной, пугающей силой, что и тогда, когда я впервые произнесла их, даже после того, как мы выплатили долг.

Дес притягивает меня ближе и крепко обнимает. Я всё время забываю, что помимо дерзости и силы, в нём есть уязвимость, неуверенность. Семь лет назад я сказала эти слова ему, но семь лет - долгий срок... вечность для двух наречённых.

Я чувствую, как он дрожит, отвечая:

- Пока не сгинет тьма.