— Мои родители доверились бы моему суждению, и они знают, что я пойду на всё лишь бы вернуть их домой, — я накрыла ладонью его руку. — Я ценю твою заботу, но я знаю что делаю.

— Ладно, — он обул ботинки, а я схватила папину кожаную куртку из гардероба и подала ему.

На улице было очень холодно, и я не хотела отпускать его домой в мокрой куртке.

— Спасибо, — он надел куртку, которая оказалась слишком большой для него. Свою куртку он решил забрать с собой. — Позвони, если тебе что-нибудь потребуется.

— Хорошо, — я провела его до двери. — Счастливого Рождества, Трей.

Он улыбнулся.

— Счастливого Рождества.

Я заперла за ним дверь и повернулась к Лукасу и Фаолину, которые стояли у кухни и наблюдали за мной. Теперь, когда мы остались одни, мне стало неловко. Я впервые увидела их со времени, как Финч рассказал мне, что они заботились обо мне во время болезни. Кто бы мог подумать, Фаолин дал мне лекарство. Мне надо было поблагодарить их, но я не знала, как к этому подойти.

— Буря усилится, — сказал Лукас. — Электричество скоро снова отключат, и вряд ли будет восстановлено в ближайшие день-два.

— У нас есть лампы и камин. Мы справимся. — Мне не нравились предпосылки остаться без освещения так долго, но это было не впервой.

— А когда сядет твой телефон, ты останешься без связи и возможности связаться с кем-либо, если тебе потребуется помощь. Как впрочем, и никто не сможет связаться с тобой, — добавил он.

Я плотно сжала губы. Он был прав. Я планировала купить дополнительную зарядку для мобильника, но руки так и не дошли. Что если кто-то попытается позвонить мне насчёт мамы и папы, но не смогут дозвониться?

— У вас тоже электричества не будет, — сказала я.

В наш диалог нетерпеливо вмешался Фаолин.

— У нашего здания есть резервный источник питания.

— Конечно, кто бы сомневался.

Я читала о фейских кристаллах, которые могут обеспечивать электричеством целое здание. Больницы и основные правительственные здание оснащены ими, но общественности они были недоступны. Неудивительно, что у Лукаса они были. Он явно не относился к тем, кому бури чинили неудобства.

Лукас встал в свою авторитетную позу, которую я прекрасно знала.

— Тебе и твоему спрайту будет лучше с нами.

— Вы попытаетесь заставить меня пойти с вами, если я не соглашусь?

Фаолин фыркнул, а глаза Лукаса озарились весельем.

— Если я сочту, что ты в опасности, я попытаюсь.

Высокомерные задницы.

— Спасибо, что пришли, но вам не стоит беспокоиться о нас. Это не первая буря в нашей жизни, — я прошла мимо них в кухню. Меньшее, что я могла сделать, это предложить им что-нибудь выпить. — Я готовила кофе, как раз перед вашим приходом. Не хотите кофе?

— Нет, спасибо, — в унисон ответили оба.

Ну, да ладно. Позабыв о турке, я повернулась к ним.

— Я хочу поблагодарить вас за заботу обо мне во время болезни. Я не особо помню ту ночь, но Финч рассказал мне о вашей помощи. Как вы узнали, что я простыла?

Они обменялись взглядом, и только потом Лукас произнёс:

— Это была не простуда, Джесси. Тебе было плохо из-за отправления колошем.

Я уставилась на него.

— О чём ты говоришь?

Колош — сок дерева из мира фейри, который был токсичен для человека. Я была более чем уверена, что помнила бы, если бы попробовала его.

— Ты сражалась с троллем, и он ранил тебя, — сказал Фаолин. — Тролли в этом мире иногда покрывают свои клинки колошем.

— Откуда вам это известно? — сказала я больше себе, нежели им. Я не припоминала, чтобы читала где-либо, что тролли использовали яд на своём оружии... Я уставилась на Лукаса. — Погодите. Откуда вам известно про тролля?

— Ты сама нам рассказала, когда мы спросили о порезе на твоей ноге, — ответил Лукас.

— И всё равно это не объясняет, почему вы вообще оказались здесь.

Фаолин помрачнел.

— Ты позвонила Лукасу и сказала ему, что умираешь.

Опешив, я рассмеялась.

— Я... что сделала?

Лукас сухо улыбнулся.

— И учитывая череду несчастий, свалившихся на тебя с момента нашего знакомства, такая вероятность не показалась нам за пределами возможного.

— Не могу поверить, что позвонила тебе, — я накрыла рукой щеку. — Боже, с чего я вообще это сделала?

— Колош, — объяснил Лукас. — Он вызывает лихорадку и бред.

— И потерю памяти, видимо, — я поморщилась. — Что ещё я ляпнула или сотворила безумного прошлой ночью?

Странное выражение промелькнуло на лице Лукаса, но оно исчезло настолько быстро, что я засомневалась в том, что увидела. Я собиралась спросить его об этом, но он усмехнулся и сказал:

— Помимо того, что ты сказала Фаолину, что он милый?

Я искоса взглянула на Фаолина, и его кислый вид сказал мне всё, что мне необходимо было знать. Жар пополз вверх по моей шее.

— Вряд ли я хочу услышать что-то ещё.

— Хорошо. Иди, собирай вещи на пару ночей, — сказал Лукас.

— Я не...

Я умолкла. Снова погас свет. Фонарь всё ещё горел, и давал достаточно света, чтобы увидеть "я же тебе говорил" выражение лица Лукаса.

— Самодовольство тебя не красит.

Я взяла фонарик и пошла сообщить Финчу, что мы проведём Рождество с Лукасом.

* * *

Я запихнула последний подарок во вздутый "новогодний носок" и положила его перед камином в гостиной Лукаса. Мне пришлось ждать несколько часов, пока Финч не устроится и не уснёт в комнате, и только после этого я ускользнула и набила подарками его "носок". Я решила, что хотя бы один из нас должен получить немного радости в это Рождество.

Выпрямившись, я осмотрела пустую комнату. В здании было тихо, за исключением шума дождя, бьющего в окна. Было так странно и немного зловеще находиться тут одной. Я обняла себя, хотя в комнате было тепло.

Не успели мы приехать сюда, как появились Керр с Ианом. Они принесли еду из ресторана средиземноморской кухни, о котором я никогда не слышала. Мы все вместе поужинали: кто-то стоя, кто-то сидя за островом. А Финч играл в саду с Кайей.

На удивление я чувствовала себя с ними крайне комфортно, даже с Фаолином. Он едва ли обращал на меня внимание, но когда он всё же вспоминал обо мне, он был вежливым. И я была вынуждена признать, что здесь было гораздо лучше, чем есть равиоли из банки при свете свечей дома.

Наш ужин был прерван звонком Лукасу, и он отошёл ответить на звонок. Когда он вернулся, в нём не осталось ни следа тепла, которое я видела в нём ранее. Он снова был холодным и властным фейри, с которым я столкнулась в заведении Тега. Он рявкнул что-то на фейском языке, и все остальные тут же ринулись заниматься своими делами, словно он кнутом щёлкнул.

Менее чем за тридцать секунд они уже покинули здание, оставив меня гадать, что, чёрт возьми, только что произошло. Кроме знания, что они работали на Неблагую корону, я понятия не имела, чем на самом деле занимался Лукас со своими парнями. И мне отчасти не хотелось этого знать.

Ужин состоялся много часов назад, но никто из них так и не появился. Я бродила по первому этажу, ища себе занятие. Меня раздирало любопытство, какой была остальная часть здания, но не позволила себе вторгнуться и посягнуть на их личную жизнь.

В итоге я оказалась у большого окна, выходящего в сад, который странным образом казался сухим, невзирая на сильный дождь. Заинтересовавшись, я открыла дверь и вышла на тёплое патио. По другую сторону высоко забора слышался шум дождя, но в саду было сухо. Я подошла к краю каменного патио и подняла глаза на хмурое небо. Невообразимо было стоять и наблюдать как капли дождя падали и испарялись буквально в трёх метрах над головой.

Уютно устроившись в одном из шезлонгов, я вытащила телефон и проверила сообщения. Недавно пришло сообщение от Виолетты, и я заулыбалась, читая её недовольства по поводу того, что бабушка вытащила её из кровати в безбожные семь утра и всё ради того, чтобы сходить на рынок. Часовая разница между нами и Китаем была двенадцать часов, а это означало, что там сейчас было почти десять утра.

Я отписалась ей в ответ и открыла читалку, продолжив чтение начатой книги с того момента, где я остановилась. Нежданно-негаданно открылась дверь, сильно перепугав меня. Керр просунул голову в дверной проём.

— Она тут, — выкрикнул он, оглянувшись назад.

Он исчез из дверного проёма и в патио вышел Лукас. Вид у него был почти такой же мрачный, как и когда он уходил.

— Почему не спишь?

Я вскинула бровь на его холодный тон.

— Я и не знала, что для меня установлено время отхода ко сну.

Несколько минут он сердито смотрел на меня, но потом отвёл взгляд и провёл рукой по волосам.

— Мы вернулись, я решил узнать как ты, но тебя не оказалось в моей комнате. Первой мыслью было, что ты ушла на улицу в шторм.

Я попыталась понять, откуда у него возникла такая мысль.

— И с чего мне вдруг надо было выходить в такую погоду? Единственное, что заставило бы меня оставить Финча и выйти в шторм, это родители.

Он не ответил, и я резко втянула воздух.

— Тот звонок, что ты получил во время ужина, был насчёт моих родителей?

— Нет. Я надеялся, что он может привести нас к ним, но это оказался тупик.

— Почему ты не сказал мне? — осуждающе спросила я. — Я имею право знать.

Лукас равнодушно покачал головой.

— Звонивший не упоминал твоих родителей. Мне донесли информацию о том, что мы ищем. Я понятия не имел, была ли информация достоверной или могла ли она быть связана с твоими родителями.

Осознав, что я с силой стискивала свой телефон, я одёрнула себя.

— Как понимаю, вы не нашли то, что ищете.

Судя по его настроению, полагаю, мои догадки были верными.

— Нет.

Его гнев и раздражение были почти осязаемыми. Он занял шезлонг рядом со мной. Что бы они ни искали, для него это было очень важно. Или, может быть, это было важно для Неблагой короны.

— Я могу вам чем-нибудь помочь в этом? Мне частенько говорят, что я довольно умна.

Черты его лица смягчились, и он едва заметно улыбнулся мне. Моё сердце забилось сильнее.

— Знаю. Я читал досье Фаолина на тебя.

— И что ты из него узнал?

Я знала, что Фаолин нарыл всё что смог обо мне и моей семье в ту ночь, когда притащил меня сюда. Я никогда не спрашивала Лукаса о том, что он выяснил.