Анна говорила с легкостью, не грустью и тоской. Она не сожалела и не страдала по тому, как жила прежде. Она смотрела вперед, не вспоминая то, что осталось позади. Она не травила себя мстительностью и плохими воспоминаниями, не хранила в памяти мерзкие вещи, копя в себе гнев и обиду. Она наслаждалась каждым днем, она не думала о своей судьбе, и это делало ее счастливой. И этот особый блеск в глазах делал ее еще очаровательней.

- Мы пришли, - толкая массивные двери, произнес Кассиан, отходя в сторону и открывая перед Анной вид на древнее кладбище.

Это место было так же поднято из-под земли вместе с остальной Академией и Первым Свободным Городом. А потому необратимые разрушения оставили свой след на древних могилах и захоронениях: проржавевшее железо кованых надгробий, сыпавшийся камень и трухлявое дерево. Земля была черной, как смоль там, где не лежал снег, здесь не росло и травинки, лишь могилы создавали всю картину. В центре стоял большой склеп так же носивший на себе следы времени.

- Сколько лет этому месту? – медленно прохаживаясь по кладбищу и пытаясь прочесть хоть одну стершуюся надпись на надгробиях, спросила Анна.

- Очень много, - тоже оглядываясь по сторонам, ответил Кассиан. – Половина этих могил давно пусты – истлели даже кости. Но Академия позволила некромантам привезти сюда своих умертвий, поэтому здесь сейчас почти живенько, - хмыкнул Кассиан.

- Они не опасны? – с тревогой глядя по сторонам, но вокруг не было ни души, ни шороха, спросила принцесса.

- Нет. Они спят, пока хозяева не призовут их. И почти вся нежить здесь подчинена. А та, что нет, еще не поднята и не представляет угрозы – они просто трупы.

- Их можно поднять, но не подчинить?

- Конечно. Нежить подчиняется уже после пробуждения. Особые заклинания и артефакты управления – без этого перед тобой будет лишь живой труп, который моментально набросится на тебя в желании полакомиться.

- Это необходимо им – питаться?

- Нет. Это скорее рефлекс – уничтожить непосредственную угрозу их жизни. Они мертвы, но не знают об этом. У них не осталось разума, и существуют они лишь на примитивных инстинктах: есть, защищаться.

- Это все так странно, - рассеянно произнесла Анна, медленно шагая между могил.

- Некромантия тоже искусство. И его тоже нужно понимать.

- Кто здесь похоронен? – с любопытством спросила девушка, когда они подошли к древнему склепу.

Он был большим, просто огромным. Каменный, с росписью ушедших в небытие языков.

- Дракон. Один из тех, кто основал этот город и Академию. Предок Ринара, если так можно сказать. Склеп закрыт для адептов, это скорее памятник. Никто еще не был внутри с тех пор, как возродили Академию.

- Он в истинном обличии? – догадалась Анна, оценив размеры.

- Да. У некромантов есть ритуал или традиция, - с улыбкой начал рассказывать Кассиан. – Каждый год, в определенный день они пытаются пробудить дракона.

- Я так понимаю, ни у кого еще не вышло? – хмыкнула девушка.

- Они не теряют надежду, - рассмеялся принц. – Чтобы управлять таким большим и сильным существом, нужна очень большая сила, как для его пробуждения, так и для подчинения. Ритуал похож на тот, которым призывают обычную нежить: нужна кровь и заклинание. Но кровь обязательно девственницы, и заклинание более мощное. Но это скорее просто пафосный бред, нежели реальная возможность добиться своего. Просто красивое действо, и только.

- Ты тоже пытался? – улыбнулась Анна, посмотрев на принца.

- Еще нет. Но в этом году моя очередь, - рассмеялся Кассиан.

- Ты же сам сказал, что это пафосный бред, - усмехнулась девушка.

- Мне нравится идея и ее воплощение, - пожал плечами демон, с усмешкой на губах, так похожей на братскую. – Осталось лишь найти девственницу.

И его красноречивый и смеющийся взгляд вперился в Анну. Девушка покраснела и опустила глаза под тихий смех принца.

- Почему именно девственница? – пытаясь побороть смущение от вызывающего взгляда юноши, спросила Анна.

- Не знаю, - пожал плечами демон. – Возможно, лишь чтобы сделать ритуал еще более пафосным.

- И как он проходит? – полюбопытствовала принцесса.

- Алтарь, девственница, кровь, круг заклинателей.

- Звучит устрашающе, - осторожно заметила девушка, покосившись на все так же сверлящего ее насмешливым и задорным взглядом принца.

- Ты боишься? – хмыкнул Кассиан.

- То есть, ты серьезно зовешь меня на роль жертвы? – удивленно воскликнула Анна.

- Почему нет? Тем более что твоим «палачом» буду лично я, - как нечто интимное предложил демон, глядя на нее пристально и завораживающе.

- И как все это будет происходить?

- Эта тайна станет тебе известна, лишь если ты примешь непосредственное участие.

- Действительно пафосный бред, - фыркнула принцесса под смех Кассиана.

- Соглашайся. Тебе понравится, - искушающе протянул юноша, с хитрой улыбкой на губах.

- Почему-то мне кажется, что тебе понравится больше, - подозрительно прищурилась девушка, глядя на ухмыляющегося принца.

- Ты, на алтаре, обнаженная, доступная – мне определенно это нравится.

Кассиан тут же рассмеялся над покрасневшим личиком и шокированным видом Анны.

- Не смешно, Ваше Высочество! – чопорно, будто надеясь этим вернуть все приличия, произнесла Анна, хмуря брови, но все еще нещадно краснея.

- Я не постесняюсь даже мертвых, - хмыкнул Кассиан, ловко опутывая Анну своими руками и привлекая ее к себе, запрокидывая личико и склоняясь к ее губам.

- Это было не приглашение, - уперлась ладошками ему в грудь принцесса, но тело волнительно затрепетало вопреки разуму от запретной близости демона.

- Я понял, - хмыкнул Кассиан, мягко заправляя за ушко прядь пшеничных волос. – Но я хочу твои губы – слишком давно я к ним не прикасался.

И тем волнительней был для Анны этот поцелуй – уже почти долгожданный. Кассиан целовал нежно и осторожно, чуть касаясь кончиком языка ее губ, обводя их контуры и игриво раскрывая их едва-едва, чтобы только раззадорить. Поцелуи принца тоже были своего рода искусством. Иначе откуда каждый раз такая разная гамма эмоций и ощущений? Откуда столько новых и непонятных чувств, что захватывают тело и разум, не давая думать или соображать хоть сколько-то? Анна отвечала, как только умела, робко раскрывая губы и подаваясь навстречу. Руками она держалась за полы плаща принца, в то время как его ладони жадно и нетерпеливо сжимали ее тело под ним, скользя по спине, а после опускаясь на бедра в собственническом и откровенном жесте, который заставил девушку затрепетать еще больше.

Никогда и ничего подобного Анна не ощущала и не желала, когда была влюблена в Акира. И порой эти мысли заставляли ее полагать, что она ошиблась в своем определении любви к лорду Амайя. И вероятней всего, она просто приняла желаемое за действительное. Он был обходителен и вежлив, проявлял к ней интерес. И она, живущая в вечном отчуждении и одиночестве, просто оказалась под воздействием новых обстоятельств. Она приняла свою признательность за внимание к ней за любовь. И ей хотелось этой любви, хотелось любить самой. Она любила саму мысль о любви. А потому и вышло так глупо – поверить, а не почувствовать, эту самую любовь.

И все же отголоски той боли все еще были при ней. Того разочарования, что накрыло ее с ног до головы и бросило в омут отчаяния, когда она оказалась отвергнутой. Именно эта боль не давала ей полностью и полноценно доверить свое сердце принцу. Она чувствовала, что настоящая любовь уже на пороге, нужно лишь открыть для нее дверь. Кассиан был интересен ей, и даже больше. Но она боялась сделать этот последний шаг и снова раскрыть свою душу. Однако отрицать то, что помимо эмоций он будил в ней и новые желания, она не могла. Ее тело странно и непонятно реагировало на его прикосновения, поцелуи и порой даже просто взгляды. Она не понимала и половины того, что происходит с ней. Нет, она прекрасно знала – спасибо Хитане – о многом в отношениях противоположных полов. Но все это была лишь теория. Практика же заставляла все понимание вылетать из головы и лишь окунаться в ощущения, которые показывали ей новые возможности собственного тела.

Вот и сейчас, поцелуй принца заставлял всю ее томно дрожать, а голова не работала вообще. Лишь горячие губы имели значение, которые со все большим напором скользили по ее собственным. Поцелуй был далек от невинного и легкого, но что странно – нисколько не пугал Анну. Впервые демон позволял себе подобную страсть, впервые пошел дальше, чем собирался, боясь испугать свою невинную невесту. Но не воспользоваться таким шансом и не подтолкнуть ее к тому, чего он хотел, он не мог.