Я вспомнила, как Сила смеялся с другом, проходя мимо меня. И его слова: «Я тебя сначала не узнал.» Бред какой-то. Хотя теперь я начала понимать. Калеб хотел использовать Силу, чтобы отомстить мне?

Но как?

Но потом меня осенило.

Фото. Когда мы расстались, Калеб сказал, что удалил его, но, что если нет? Все наши ссоры начинались потому, что я обвиняла его в том, что он показал фото Нейту. Калеб знал, что единственным способом отомстить было бы… Что если он отправил фото кому-то еще?

О, нет. Он не стал бы.

И в тот же момент телефон у меня в кармане завибрировал. Я достала его и увидела сообщение.

− Я думал, мы запретили сотовые за обеденным столом, − сказал папа, − Грубо прерывать ужин подростковой мелодрамой. И мелодрамой с ошибками, к тому же!

Он продолжал говорить, но я не слушала его. Все, что я слышала – это звон в ушах, начавшийся, когда я увидела сообщение от Вонни.

« КАПЕЦ, ЛЮТИК, БОЛЬШИЕ ПРОБЛЕМЫ!!! »

К сообщению было прикреплено фото.

Мое фото, голой, стоящей перед зеркалом в ванной Вонни. Фото было подписано: «ШАЛАВА ДАЕТ ВСЕМ!»

Мама что-то говорила. Я смотрела на нее, но ничего не понимала. В голове все смешалось, и я даже не осознавала, где нахожусь и кто передо мной.

−…убрала бы телефон…

Но слова не имели для меня смысла. В моей голове крутилась единственная фраза – шалава дает всем, шалава дает всем, шалава дает всем, шалава дает всем

− Простите, − сказала я, − Нужно позвонить Вонни, это срочно.

Я не стала дожидаться маминого ответа. Я бросила вилку, встала и помчалась к себе, надеясь, что меня не стошнит, и я не выроню телефон из трясущихся рук. Я думала только об одном:

Если Вонни видела фото, то кто еще его видел?

Я набрала ее номер и забежала в спальню.

− О Боже, ну что за ублюдок, − была первая ее фраза.

− Где ты взяла фото? − у меня кружилась голова и я думала, возможно ли, для человеческого тела перестать дышать и сразу же умереть.

Она молчала.

− Прости, Лютик.

− Что? Где ты его взяла? Калеб тебе прислал?

Снова молчание.

− Нет. Челси Грейбин прислала это мне.

На какой-то момент это казалось полным бредом. Она ведь даже не знала Калеба, так?

− Стоп. Челси − чирлидерша? Но как она..?

− Я уверена, что ей его прислал кто-то еще. Чейени, Энни и Рейчел тоже получили его.

Я упала на кровать. Казалось, слова Вонни обрушились на меня как град. Я слышала их, чувствовала, но ни не укладывались в моей голове. У меня началась паника.

− Ты тут? – спросила Вонни, и я кивнула, смотря в пустоту, постепенно осознавая смысл той фразы. – Эш? Эй?

− О, Боже, − наконец выдавила я. – Вот как он отомстил мне. Он не отправил это раньше, а решил сейчас... О, Боже. Что мне теперь делать, Вонни?

− Не знаю. Пусть все идет своим чередом, я думаю.

− Своим чередом? Я там голая!

− Люди быстро забывают о таком. Подумай, они поговорят об этом пару дней, но к следующей неделе даже и не вспомнят об этом.

Поговорят об этом. Боже, все будут говорить об этом. Я снова вспомнила сегодняшнюю тренировку. Сила и Кент, смеющиеся. Я сначала тебя не узнал. Ну, конечно, теперь все понятно. Я же была в одежде. Он не узнал меня, потому что я была в одежде. Он уже видел фото тогда. И все люди вокруг, смеющиеся, хихикающие. Сколько человек видели фото? Может, все? Все видели меня голой? Может, все прямо сейчас называли меня шалавой и смеялись надо мной?

Ужин грозился вырваться обратно из моего желудка. Я легла на кровать и зажмурилась, стараясь не думать о том, что меня сейчас стошнит.

− Слушай, просто попытайся… − Но Вонни замолкла. Даже она не знала, что сказать. Я не знала, что наступит такой день, когда у Вонни не будет подходящего совета. Это плохо. Очень плохо.

− Мне надо идти, − наконец сказала я. – Папа разозлится, если не вернусь к столу. И может телефон забрать.

По какой- то причине, мне казалось важным всегда держать телефон при себе. Ничего не пропустить, каким бы плохим оно не было.

− Не отправляй никому, ладно? – попросила я.

− Даже не думай, не стану!

− Да, хорошо. А Чейени и Энни? Рейчел?

− Думаю, они тоже не будут. Зачем им это? Не беспокойся, Лютик. По крайней мере, ты красивая на этом фото.

Если бы я могла найти в этом утешение.

Я отключилась и легла на подушки. Руки тряслись. Я была на пределе. И очень зла. Как мог Калеб, который неделю назад говорил мне о любви, обещал, что мы вместе состаримся, приглашал меня на выпускной, как он мог так поступить?

Он так и не дал мне шанса объяснить, что это не я писала гадости на его окнах. Он никогда меня не слушал. Он только хотел отомстить мне. Но даже в качестве расплаты, это был ужасный поступок.

Я не ждала, что он ответит, но все-таки позвонила ему.

На удивление, он ответил почти сразу.

− Оставь меня в покое, − сказал он.

− Угадай, какое сообщение я только получила?

Он хихикнул. Мне захотелось его ударить.

− Как быстро оно разошлось.

− Разве это не было твоей целью?

− Моей целью было, чтобы ты перестала вести себя как психопатка и оставила меня в покое. Но, очевидно это не сработало, потому что ты снова названиваешь мне. Какая ты жалкая.

− Кому ты это отправил?

− Некоторым знакомым.

− Всем?

− Нет. Не моей маме, − он снова засмеялся.

Мое сердце оборвалось. Я так его ненавидела в тот момент, что мне казалось, я нутром чувствовала красную ярость в груди.

− Как ты мог так со мной поступить, Калеб? Это не я писала гадости! Я вообще ничего об этом не знала. Я бы никогда не сделала такого.

− Ладно, как скажешь, Эшли.

− Но это правда, я не просила ее об этом!

Я услышала звон ключей на фоне и хлопанье двери его машины. Он собирался куда-то – как обычно, будто ничего не произошло.

− Слушай, суть в том, чтобы ты оставила меня в покое. Не пиши мне, не звони, не думай обо мне. И не подначивай своих друзей гадить у моего дома или у моей машины. Вот и все. Просто оставь меня в покое. И не присылай мне больше своих мерзких фоток.

− Это фото должен был увидеть только ты.

− Что ж, твоя ошибка.

И он отключился.

Я кинула телефон. Он ударился о стену шкафчика и упал на пол. Но тут же завибрировал. Я зажмурилась и сделала глубокий вдох, но каждый раз, когда я пыталась вдохнуть снова, я чувствовала, как слезы катятся по щекам. Я ненавидела Калеба. Как я могла хоть на секунду подумать, что люблю его?

− Эшли! – крикнул папа. – Достаточно. Иди, нужно доесть.

Я не знала, как мне спуститься, есть брокколи и слушать о папиных проблемах, когда тут намечалась моя собственная огромная проблема.

Я медленно встала и взяла телефон. Он снова завибрировал. Первым было то же фото от Чейени, что удивило меня. Она хотела меня предупредить или просто пересылала его всем знакомым?

Шалава дает всем!

Второе было от незнакомого номера.

МЕРЗОСТЬ. ШАЛАВА.