СЕНТЯБРЬ

Сообщение 198

Я всегда знал, что ты шлюха.

Сообщение 199

Ты выйдешь за меня? * ржу

Я всю ночь не спала – просто металась и ворочалась в постели, но когда часы показали 5:30, меня будто передёрнуло. Желудок сжался от беспокойства, я помчалась в туалет и зависла над унитазом. Я слышала звуки душа в ванной родителей. Папа проснулся и собирался на работу.

Я включила телефон и написала Вонни: «Адамс звонил папе. Он знает».

Через несколько минут, в течение которых я грызла ноготь большого пальца, она ответила: «Отправила тебе ссылку на почту. Ты должна увидеть это».

Не такой ответ я ожидала получить. Я открыла ноутбук, зашла в электронную почту, нашла ссылку, которую отправила мне Вонни. Это был веб-сайт, где публиковывали фотографии случайных обнаженных девушек, снятых в обычных местах: на вечеринках, в супермаркетах, спальнях. Я кликнула на ссылку, и челюсть у меня отвисла.

На самом видном месте была моя фотография, только значительно увеличенная в размере. На странице более двухсот комментариев, и я прокручивала их, пребывая в шокированном состоянии. Вот что люди писали обо мне:

– Я думал, она будет намного горячей.

– Чувак, о чем ты говоришь? Я смог бы разорвать её пополам!*

(В таком контексте фраза «разорвать пополам», break in half, используется в унизительном смысле мужчиной по отношению к женщине, чья фигура слишком миниатюрная. Имеется в виду во время жесткого секса – ред.)

– Еще подцепишь какую-нибудь болячку.

– Она многим людям пудрила мозги, будто она такая паинька и спортсменка, но фото не лгут. Она шлюха, и я ужасно зла, что у моего парня есть это сообщение на телефоне.

– Я видел и лучше на этом сайте. Зацените фотки Шарлотты С., размещенные около трех месяцев назад. Она сведёт вас с ума. Эта чика и в подмётки ей не сгодится.

– Не могу поверить, что она такое учудила. Я бы умерла, если бы мне пришлось сделать что-то подобное.

Я читала эти слова, разинув рот. Я не могла подсчитать, сколько раз меня обозвали шлюхой или того хуже. И все говорили о том, какая я уродина, какое уродливое у меня тело. Еще хуже были комментарии от людей, которые не посещали мою школу. Они просто смотрели и наслаждались этим.

Я тихонько заскулила, и впервые, после того, как всё это началось, наконец, заплакала. Это не прекратится. Ни за что. Это чувство было слишком большим, чтобы исчезнуть.

Я закрыла ноутбук и свернулась калачиком. Уткнулась лбом в коленки и ревела. Незнакомые мне люди смотрели на мое обнаженное тело. Люди, которых я знала – с которыми училась в одних классах, с которыми пересекалась в коридорах – некоторые из них мне действительно нравились, говорили ужасные вещи обо мне в Интернете. Боже мой, в Интернете! Моё обнаженное тело было в Интернете. Как у порнозвезды!

Я побежала обратно в ванную комнату и снова зависла над унитазом. Ничего не выходило, и я долго сидела на полу, положив голову на сиденье, а слезы капали на мои пижамные штаны.

Я услышала звук трубы, когда папа выключил душ. Сейчас он выйдет, пахнущий лимонным лосьоном после бритья, в накрахмаленной свежей рубашке, и отправится на работу.

Я не могла встретиться с ним сегодня утром, понимая, что он собирается узнать.

Я вернулась в свою комнату и переоделась для пробежки. Это было нормально для меня – побегать ранним утром, пока солнце не пекло, особенно когда на улице жарко. Мама и папа ничего бы не заподозрили.

Я завязала шнурки и спустилась по лестнице. Добравшись до входной двери, я услышала, как папа открывает дверь спальни в коридоре. Я выскользнула, прежде чем он увидел меня.

Когда-то в средней школе я надеялась создать команду по бегу на пересеченной местности, бег был моим помощником от стресса. Я дышу медленно и ровно, отключившись от телефона, Айпода, моих родителей и всех вокруг, и просто бегу. Мне нравилось уединение, как воздух входит и выходит из тела, а я даже не осознаю этого. Мне нравилось, как это согревает меня, изматывает, и приносит чувство облегчения после.

Мне нравилась одна тропинка – она пролегала от нашего района через лес. С другой стороны леса находился торговый центр, в котором было всё, начиная от магазина автозапчастей и школы каратэ, до танцевальной студии и даже комиссионки.

На полпути я любила заходить в комиссионный магазин на перерыв и рассматривать вещи, блуждая по залам. Пытаясь представить, кто первым купил этот старый телевизор с изогнутой антенной, или выщербленную кофейную кружку с надписью «Я не делаю утро», или вышитый бисером свитер, или изображение Иисуса. Я любила порыться в одежде и обуви. Мне нравился запах пыли, и мерцающее освещение, и толстая пушистая серая кошка, которая пряталась рядом, обычно за скатертью.

Сегодня утром, ушмыгнув из дома, я вышла на улицу и направилась к тропинке. Было слишком рано для похода в сэконд-хэнд, но я могла бы посмотреть на витрины. Я все еще могла представить, что переселяюсь в чью-то жизнь, в чью-то историю. Теперь мне нужна новая история. Мне было нужно это облегчающее чувство.

Мои ноги двигались в идеальном ритме. Калеб показал мне, как удлинить шаг, чтобы это ощущалось как ходьба, а не как бег. Благодаря его тренировкам моя выносливость улучшилась. Он бросил мне вызов, но он также помог мне. И хотя я и раньше бегала, задолго до знакомства с ним, я не уверена, смогу ли продолжать это без него.

Я вдохнула и выдохнула, пытаясь избавиться от мыслей. Никакого Калеба. Нечего о нем думать, остановлюсь на том, как он мне когда-то нравился. Просто дыши. Просто шагай. Просто беги.

Передо мной маячили два бегуна, и я обогнала их. Две мамы, толкая коляски, больше болтали, чем бегали. Их присутствие рядом вызвало у меня ощущение безопасности, надежности. Они ничего не знали о том, что происходит со мной. Куче людей вокруг меня нет дела до моих проблем. Мне просто нужно это запомнить.

И не забывать дышать. Шагать. Бежать.

Поворот тропинки, и я тоже сворачиваю. Птицы просыпаются и начинают петь. Мои любимые моменты утренней пробежки. Если вы обращали внимание на пение птиц – действительно обращали на них внимание – вы были бы удивлены тем, сколько их вокруг. Мы не склонны их слушать, потому что постоянно заморачиваемся разной ерундой – как быть любимыми, быть правыми, быть вовремя или раньше других, как быть ярче, смешнее или круче.

Я слушала пение птиц. Оно успокаивало.

Я дышала. Шагала. Бежала.

Заметив двух парней впереди, я замедлилась. Сзади их было не узнать, но они были в толстовках школы Честертон.

Ни с того ни с сего я почувствовала себя измотанной. Я остановилась. Мне казалось, что всё вокруг кружится. Даже в моем лесу мне было хреново.

Один из них услышал мои шаги и оглянулся. Он сказал что-то другому парню, и они оба оглянулись назад. Я остановилась и наклонилась, упёршись руками в коленки. Прерывистое дыхание, снова это чувство тошноты.

Послышался долгий и оглушительный свист. Даже птицы замолчали на мгновение.

Я стояла на месте, пока мое дыхание не успокоилось. Чувство тревоги будто пробиралось вверх по моим ногам, рукам, груди, к горлу. Я хотела сказать хоть что-то. Защититься. Но я не могла отдышаться. Всё, о чем я могла думать, это о моей фотографии на том сайте. О папе, который позвонит директору Адамсу этим утром.

Через мгновение я выпрямилась, затем развернулась и пошла домой. Стресс никуда не делся, но вся эта битва вымотала меня.