— Это потрясающе, — выпалила она. Она продолжала просматривать коллекцию фотографий, Джаспер улыбался, обычно люди стеснялись, но ему нравилась уверенность Элис. Однако она остановилась на одной фотографии и немного откинулась назад. — Эта мне не нравится, — неуверенно рассмеялась она и посмотрела на Джаспера.

— Почему? — спросил он, глядя на фотографию, где она раздумывала, кем хочет быть.

— Можем ее удалить? — спросила Элис напряженным голосом. Она больше не хотела смотреть на эту фотографию и отступила.

— Конечно, — ответил Джаспер, нажимая кнопку «Удалить» на клавиатуре и наблюдая, как фотография исчезает с экрана. Воздух в комнате стал немного странным, и Джаспер почувствовал, как его обдало холодным сквозняком. Это была всего лишь доля секунды, ему удалось заснять это на камеру, он молча подумал, закрывая крышку ноутбука, не пытается ли она что-то скрыть. — Ты в порядке? — спросил он, замечая перемену в ее настроении.

— Я в порядке, — пробормотала она. Внезапно у нее громко заурчало в животе, и она покраснела. Джаспер усмехнулся, повернулся к своей сумке, достал завернутый сэндвич и предложил ей.

— Я не голоден, бери, — улыбнулся он. — Считай это платой за фотографии, — добавил он, его дружелюбное поведение быстро смягчило ситуацию и заставило Элис расслабиться.

— Спасибо, — она благодарно вздохнула и взяла бутерброд, откусив кусочек, счастливо напевая и садясь на стол. Теперь музыка звучала тише, и она заполнила уютную тишину, в которую они погрузились на несколько мгновений, пока Элис ела. — Что это была за песня? Когда я вошла.

— Э… — пробормотал Джаспер, бросив взгляд на свой телефон, проигнорировав уведомление из системы хранения данных о том, что его последние удаленные фотографии были скопированы в облако. — «Seigfried» Фрэнка Оушена, — сказал он, читая из плейлиста.

— Я люблю Фрэнка Оушена, — улыбнулась Элис, глядя, как Джаспер убирает телефон в карман. — Слушал альбом «Swim Good»?

— Да, мне понравился, — усмехнулся Джаспер, и его кудри упали на глаза. Элис тепло улыбнулась ему, на мгновение задержав взгляд на его губах, прежде чем снова посмотреть в его добрые карие глаза. Она чувствовала, что энергия гудит между ними, как провод под напряжением, и тяжело, но беззвучно вдохнула, хотела отвести взгляд, но не сделала этого. На него было приятно смотреть.

Он был хорошим парнем, как сказала Кэндис, объясняя Фей, кто он такой, и Элис знала его с четырнадцати лет, но по-настоящему узнала его только когда ей было пятнадцать, он не делал ничего необычного, играл в командные виды спорта, неплохо готовился к экзаменам, несколько раз попадал в неприятности из-за того, что любил дурачиться, разбивал сердца, и свое разбивал.

Никаких массовых убийств, никакого насилия. Никакого желания убивать только потому, что ему так хочется. Она внимательно наблюдала за Джаспером, и выражение ее лица постепенно менялось от застенчивой кокетливой улыбки к чему-то совершенно другому. Он заметил это и слегка наклонил голову, но ничего не сказал. Она анализировала его, желая разобрать на части и посмотреть, что внутри, прежде чем сделать шаг ближе.

В нем должно быть что-то темное, что привлекало ее. Такое же притяжение, как и с двумя другими парнями в ее жизни. Оба из которых в конечном итоге оказались не такие милые и дружелюбные. Она поняла, что что-то внутри нее вынюхивает темные души, как какая-то полицейская собака, ищущая тела в лесу. Поэтому она задавалась вопросом, что же было такого токсичного в его милой улыбки и добрых глазах?

Что он скрывает под всей этой добротой? Ее разум собрал все, что она знала о нем, и начал искать информацию, чтобы найти что-то полезное. Но все, что она могла сказать про него… нормальный. Его родители переехали сюда из США, когда Джасперу было четырнадцать, как раз к началу средней школы, его мама была успешным инструктором йоги, преподавала в отеле за сотни долларов, она сделала себе огромное имя в Америке и сейчас была знаменитостью их небольшого города. Однако, об его отце она ничего не знала…

— Что? — мягко спросил Джаспер, и звук его голоса вывел ее из оцепенения. Она смотрела на него уже больше минуты, ничего не говоря.

— Ничего, — улыбнулась она, соскользнув со стола, взглянув на настенные часы. — Мне, наверное, пора идти…

— Хорошо, — разочарованно согласился он. Он почувствовал, что на губах у него скопилось множество слов, и собрал их вместе, но заколебался, не зная, должен ли он их произнести, поскольку фраза «эмоционально недоступна», всплыла в его голове. Но когда Элис взяла свои розы и сумку, он решился.

— Хочешь потусоваться в свой день рождения? — просил он, и она повернулась к нему. — Мы могли бы посмотреть кино-

— Хорошо, — согласилась Элис, глядя на него. — Мой дом или твой? — спросила она, и Джаспер усмехнулся, не в силах сдержать улыбку, когда сильная волна облегчения и возбуждения прокатилась по его венам.

— Твой? — спросил он, потому что всегда чувствовал себя неловко, если приходили к нему гости, когда дома родители.

— Конечно, — согласилась Элис, поворачиваясь и направляясь к двери как раз в тот момент, когда громко прозвенел звонок к концу обеда. — Я эм… напишу тебе? — спросила она, оглядываясь через плечо на высокого красивого брюнета.

— Да, — он улыбнулся, убирая кудри с глаз. Она улыбнулась в последний раз перед тем, как уйти, молча думая о том, что теперь у нее была возможность порыться в его мозгах, чтобы выяснить, что могло вызвать такую энергию между ними. Джаспер проводил ее взглядом и подождал, пока она завернет за угол, а потом радостно воскликнул, хотя слова Кэндис все еще сидели у него в голове.

~

Среда, 13 февраля

14:34

— Что ты сделал? — спросила Кэндис, уперев руки в бока и глядя на Джаспера, который предпочел смотреть в микроскоп, чем на нее. — Клянусь, парни когда-нибудь слушают женщин? Я сказала тебе в субботу, что к ней лучше не лезть.

— Ну она же согласилась, — ответил Джаспер, вставая и записывая какие-то исследования в тетрадь по биологии.

— Джаспер, — Кэндис заскулила. — Ей это сейчас не нужно.

— Что нужно? Я иду к ней домой, возьму еды и все, — рассуждал он, пододвигая микроскоп к Кэндис. — Что? Почему ты злишься? — спросил он, Кэндис схватила микроскоп и заглянула в него.

— Я не злюсь, я в бешенстве, — ответила она. — Зачем спрашивать моего совета, если ты все равно собираешься делать то, что хочешь? — продолжила она, когда Джаспер сел на табурет и тихо вздохнул. — Она тебе нравится?

— Нет, я просто хочу ее трахнуть, — пробормотал он, раздраженный тем, что Кэндис только подтопила его волнение.

— Это не смешно, — серьезно спросила она. — Если бы ты только знал этого парня-

— А я его знаю? — спросил Джаспер, и Кэндис ничего не ответила, записывая что-то на листе задания. — Он сделал ей больно? — спросил он, когда Кэндис вздохнула.

— Он просто был…нехорошим. Оставь все как есть. И не спрашивай ее об этом, — пробормотала Кэндис и замолчала. — И честно говоря, если твои намерения не чище, чем новорожденные младенцы, я предлагаю тебе оставить ее в покое.

— Господи Иисусе, ты говоришь так, будто он был убийцей с топором, — пошутил Джаспер, а Кэндис фыркнула.

— О боже, а что, если это он стоит за всеми исчезновениями? —  притворно задохнулся он, пытаясь разрядить обстановку, так как видел, что Кэндис напряжена, но она продолжала смотреть на свой листок с заданием и молчала. — Кэндис, я шучу, — добавил он, легонько похлопывая ее по руке.

— Я поняла, — тихо огрызнулась она. — Она моя лучшая подруга, ты же знаешь, я просто хочу для нее самого лучшего.

— Я понимаю, просто ослабь хватку на моих яйцах, — ухмыльнулся он, Кэндис игриво закатила глаза и села рядом с ним.

— Так… — подбодрил он, возвращаясь к своему первому вопросу о том, что подарить Элис на день рождения.

— Если ты сделаешь ей что-нибудь слишком вычурное, то отпугнешь ее, она не любит властных проявлений эмоций, это раздражает ее. Я не знаю почему. Так что подари ей что-нибудь, что она сможет использовать, свечи, косметику, записную книжку, шарф, — объяснила Кэндис, разбирая свои записи.

Кэндис тихо удивлялась, почему Элис не рассказала ей о предполагаемом свидании с Джаспером Хантом. Она не была сердита или раздражена, вместо этого она почувствовала странное чувство облегчения, что Элис решила занять свое время с кем-то вроде Джаспера, который казался более искренним, чем те парни, с которыми они недавно общались.

Когда урок закончился, Джаспер проводил Кэндис до ее шкафчика.

— Так откуда же взялась вся эта история с Элис? — спросила Кэндис, когда они шли бок о бок через оживленные коридоры, болтовня других студентов просачивалась на задний план.

— В смысле? — ответил Джаспер.

— Ты знаешь, что я имела в виду, — сказала Кэндис и посмотрела на него.

— Мы общались летом, несколько недель, — объяснил он. — Познакомились на вечеринке Лорен, где ты-

— Да, я помню, — быстро пробормотала Кэндис. На вечеринке у Лорен Кэндис впервые выпила спиртного, и большая часть алкоголя потом оказалась на футболке Джонни Морриса, с которым она пыталась замутить в течение недели. Можно после этого они больше не разговаривали.

— Ну, я подошел к ней и представился. Она сказала мне, что встречается с каким-то парнем, так что я ничего не мог поделать, — продолжал Джаспер, усмехнувшись при воспоминании о конфузе Кэндис. Он вспомнил, как Элис сидела в одиночестве на подоконнике в гостиной, наблюдая за закатом солнца, одетая в мягкое пастельно-голубое летнее платье.

— Ну, вы начали общаться, а потом что? Вы замутили или нет? — спросила Кэндис, желая знать все подробности, поскольку Элис ничего не рассказывала.

— Нет, ничего подобного. Я просто видел ее на каждой вечеринке тем летом, так что мы просто разговаривали, вот и все, — продолжал он, быстро прокручивая в голове фрагменты каждого момента, каждый наряд, каждую прическу и всегда тот же самый мягкий цветочный аромат.