Их рты слились вместе, губы едва разошлись, когда он скользнул языком в ее рот еще больше, и она ответила ему тихим стоном, от которого его кожа стала теплой, а тело заболело от потребности. Он представил себе все, что хотел сделать с ней в этот момент, он хотел заставить ее бедра дрожать под его прикосновениями, разорвать ее на части, но затем снова собрать вместе, проделывая это снова и снова. Но постепенно эротические образы в голове начали немного меняться, и он начал представлять, как делает с ней тоже самое, но теперь она вся в крови.

Он застонал, чувствуя, как теплеет его кожа, а сердце начинает бешено колотиться, пока его разум продолжает воспроизводить этот образ. Видя пятна крови на ее обнаженном теле… Он представил, как целует ее. Ему было интересно, каково это — чувствовать кровь на ней, теплую, густую красную жидкость в отличие от ее бледной кожи.

Он крепко сжал ее бедра и притянул к себе еще сильнее, посылая искры боли через ее тело, и толкнулся в нее бедрами. Она не возражала, ей нравилось чувствовать его интенсивность, и это чувство срочности, она застонала еще сильнее, чувствуя, как напряжение нарастает внутри нее. Он застонал в ответ, они обвились вокруг друг друга, как плющ, касаясь, хватая и притягивая с желанием, которое горело в их венах.

Острая боль пронзила губы Элис, она задохнулась и отстранилась, подняв руки, чтобы коснуться своего рта. Она посмотрела на свои пальцы и увидела кровь.

— Ай, — выдохнула она, чувствуя, что ее тело все еще сильно жаждет его прикосновения, хотя она знала, что должна чувствовать шок или даже раздражение. Но ни одно из этих чувств не пришло. Вместо этого, когда она увидела, что Магнус пристально смотрит на ее губы в крови, она притянула его обратно, прижавшись губами к его губам, чтобы снова поцеловать.

Он почувствовал металлический привкус крови, когда их губы снова соединились, и притянул ее ближе, сжимая бедра, знакомый укол адреналина, пробежал по его венам.

Похоть горела в венах Элис, когда она ласкала шею и плечи парня, их груди соприкоснулись, глубокий стон сорвался с губ Магнуса. Она хотела большего, чувствовать, как другая его часть оседает между ее ног, вместо ноги. Ее кожа горела от желания, румянец пополз вверх по шее, Магнус прижался к ней еще сильнее, снова притягивая ее бедра к себе. Они были плотно обмотаны друг вокруг друга, их тела стянуты вместе, как магниты. Магнус уперся одной рукой в шкафчик, желая успокоиться, когда Элис приподняла свое бедро к нему, он чувствовал, как твердеет под своими трениками, и жаждал ее прикосновения, представляя, каково это — быть внутри нее и чувствовать это тепло по-настоящему.

Магнус схватил ее сзади за бедра и легко поднял, прижимая к шкафчикам. Руки Элис обвились вокруг его шеи, их языки соскользнули вместе в идеально отрепетированной манере. Магнус почувствовал жар под ее кожей и почувствовал, голова слегка закружилась от предвкушения.

Их отношения быстро накалялись, сердце Элис билось так быстро, что она не могла нормально думать. Ее тело сходило с ума от похоти и адреналина, бегущего по венам, и она неохотно оторвалась от губ Магнуса, чтобы дышать. Ее грудь тяжело вздымалась и опускалась, когда Магнус снова наклонился и поцеловал в шею, вдыхая ее запах и касаясь губами ее кожи, ища биение пульса.

Именно тогда Элис услышала громкую музыку марширующего оркестра, празднующего первую большую победу Саммерлендской школы в сезоне.

— Мы должны остановиться, — выдохнула Элис, молча радуясь, что у нее есть повод, не хотела, чтобы их первый секс был в потной раздевалке. Магнус что-то промычал в ответ и неохотно отстранился, позволив Элис спрыгнуть с его рук и поправить юбку. Она провела ладонями вниз по складкам юбки и посмотрела в глаза Магнуса, похоть была очевидна в его взгляде. Она боролась с желанием снова схватить его.

— Давай я отвезу тебя домой, — сказал он хриплым голосом, решив закончить то, что они начали, но он увидел, как она занервничала.

— Я не могу, — выдохнула она, глядя на выход, который вел на футбольное поле. — Увидимся завтра? — спросила Элис, оглядываясь на Магнуса, который смотрел на ее губы, не давая ей пройти, поэтому она отступила в сторону и начала медленно пятиться назад.

— Конечно, — пробормотал Магнус, наблюдая за ней, не двигаясь, только повернув голову влево.

— Я тебе напишу, — сказала она, ее голос тоже был немного хриплым, когда она подумала о том, сколько всего они сделают завтра, исключая плавание. Элис отвернулась и вышла из раздевалки в легкой спешке, желая привести себя в порядок, прежде чем она снова покажется публике. Она прошла в раздевалку для девочек и нашла свою сумку. Быстро вытащила косметичку и услышала, как что-то упало на пол…

Элис нахмурилась, когда посмотрела вниз, увидев странно сложенный листок бумаги, лежащий на полу рядом с ее туфлями. Она наклонилась и подняла его, сунув косметичку под мышку, а затем развернула бумагу. Потрясенное выражение появилось на лице Элис, когда она увидела свою фотографию, где она сидела на кровати и красила ногти. Это было несколько дней назад.

— Какого хрена? — прошипела она, переворачивая бумагу, чтобы посмотреть, нет ли там подписи, но ничего не было.

Через несколько мгновений она выпрямилась, складывая фотографию обратно в сумку. Элис глубоко вздохнула и стряхнула растущее беспокойство в груди, и отошла от своей сумки, чтобы поправить макияж.

В раздевалке для мальчиков, Магнус уже оделся и был готов уйти до того, как другие игроки пришли. Ему не нравилось праздничное пение, и он всегда уходил до начала торжеств, если у него была такая возможность.

Он перекинул спортивную сумку через плечо и вышел, натянув капюшон красной толстовки, закрывая лицо от холодного ветра снаружи. Он вприпрыжку выбежал на стоянку, засунув руки в карманы и возясь с ключами от машины.

Громкий звон разбитого стекла привлек его внимание, он поднял голову, услышав внезапный вой автомобильной сигнализации, нарушивший тишину. Смех эхом отозвался в его сторону, когда он подошел ближе, увидев пару мальчиков, которые с помощью клюшек для гольфа жестоко били его машину. Его лицо оставалось пустым, он приблизился, руки покинули карманы его спортивных штанов.

— Что вы делаете? — спросил он спокойным, но достаточно громким голосом, чтобы его услышали оба парня.

Они остановились, но продолжали смеяться, когда повернулись, чтобы посмотреть на Магнуса.

— Смотрите, кто это, — засмеялся один из парней, вертя клюшку в руке, а другой хихикал у него за спиной. Магнус поднял ключи от машины и нажал кнопку разблокировки, заставив сигнализацию перестать громко завывать на пустой парковке. Он узнал самого близкого парня, вспомнив его с хоккейного матча в прошлом семестре… Майлз Смит.

— Я больше не могу играть в хоккей из-за того, что ты сделал с моей рукой, придурок, — сплюнул Майлз. — Хоккей был моей гребаной жизнью, — добавил он, и в его голосе явственно слышались гнев и горечь.

— Но он может легко заменить эту машину, — сказал другой парень, подходя к Майлзу. — Может быть, нам стоит сломать ему что-то другое, — насмешливо сказал он, они придвинулись ближе, крепко сжимая клюшки для гольфа и сгибая запястья, готовясь к бою.

Магнус не смог сдержать жуткой улыбки, которая внезапно растянулась на его губах, он опустил свою сумку и согнул руки.

— Я ждал этого, — он ухмыльнулся, и вздернул плечами перед тем, как мальчики подняли свои клюшки для гольфа, чтобы ударить его.

*

26 января

Было уже около половины первого, когда Элис наконец была готова. Она была одета в свои любимые черные леггинсы адидас с черным кружевным боди под ними, ее волосы были заправлены за уши. Легкие нервы роились в ее животе, она потерла губы после нанесения розовой помады, а затем продолжила распылять на лицо фиксатор для макияжа. Где-то в глубине души Элис понимала, что сегодня, возможно, она все решит с Магнусом.

— Элис? Ты готова? — она слышала, как внизу ее позвал отец, который согласился подвезти Элис до дома Кэндис, она сказала им, что проведет у подруги все выходные.

— Да, — отозвалась она, еще раз проверив свою внешность, прежде чем выйти в спальню, схватила с кровати огромный изумрудно-зеленый свитер и натянула его, чтобы скрыть знойную одежду под ним. Натянув кроссовки, она схватила свою сумку и спустилась вниз.

День в Саммерленде выдался пасмурный, неутешительная погода конца января. Утром шел дождь, но уже немного прояснилось, хотя серые облака все еще висели низко в небе. По дороге к дому подруги, Элис и ее отец немного поболтали, тихонько включив радио, она старалась не думать слишком много о том, что будет дальше.

Она прощалась с отцом и вышла из машины, мягко закрывая дверь и проскальзывая через боковые ворота, чтобы подняться по каменной дорожке и позвонить в дверь дома Эно.

— Я открою! — крикнул Трей, идя из гостиной к входной двери, одетый в спортивный костюм. Он открыл дверь и увидел, что Элис стоит там, вежливо улыбаясь. — Привет, Элис, — сказал он, отступая в сторону, она вошла внутрь. — Хороший свитер, — добавил он, узнав его, зная, что он принадлежал Магнусу.

— Спасибо, — пробормотала Элис. — Где Кэндис? — спросила она, ставя сумку у двери, когда Трей закрыл ее.

— Наверху, но подожди, — продолжил он, останавливая ее прежде, чем она ушла. — Что случилось на прошлой неделе? С Кэндис? — спросил он, когда Элис повернулась, мысленно прокручивая выходку Кэндис в ванной.

— Что ты имеешь в виду? — спросила она, сохраняя нейтральное выражение лица.

— Она не разговаривала со мной целую неделю, — ответил Трей, скрестив руки на груди. — Чарли сказал кое-что, что напугало ее. Я думал, она тебе рассказала.

— Я не помню, чтобы она говорила про Чарли, хотя я была очень пьяная, если что-нибудь вспомню, скажу тебе, — добавила она и улыбнулась в последний раз, прежде чем исчезнуть наверху. Трей смотрел, как она уходит, он понял, что она солгала. Но что она могла скрывать? и почему?