- Твоим поведением недовольна! С ругательствами я горы свернуть могла, а теперь вот – ничего не получается. Кучу времени с ними сижу…

- Так давай ты со мной горы свернешь? – предложил он.

- С тобой я бы и к гоблинам не пошла. Ты договариваться не умеешь.

- Это я бы с тобой к гоблинам идти не решился.

- Это почему еще? – возмутилась я, а потом рукой махнула. - А мне к гоблинам не надо.

- Тебе бы к лешему для начала.

- А он все ждет?

- А он все ждет. - Кивнул Нардо и уселся рядом. - Только не выйдет. Нет у тебя кулона жертвенницы.

- И что с того? Я больше не жертвенница, могу вернуться домой? - тая надежду, спросила я.

- Ты жертвенница без защиты. Тебя никто не увидит и не услышит, случись чего.

- Что же ты, чельд, меня ругательств излюбленных лишил?!

- Хорошо звучит, - усмехнулся он, но пояснил. – Раньше тебя все слышали, а теперь лишь те, кто ближе всех. А так как я ближе всех…

- Чельдей?

- Именно. И от такой близости моя голова раскалывается… - сделал он значительную паузу, - то пришлось…

- Иди ты к дьяколу! Пришлось ему!

- И это тоже хорошо звучит. – Заверил он сердечно и взялся за договор, что в моих руках. – Позволь взглянуть.

Смерила его гневным взглядом и отдала. Не прошло и получаса, как четыре внушительные стопки многократно поредели.

- Вот то что тебе нужно, - черт указал на стопку, едва ли достигающую четверти от одной.

- Зачем же он мне остальное передал?

- Это не он.

- Угу, это Король, мерзавец.

- Предлагаю поесть и приступить к обработке этих документов.

- Поддерживаю Ваше предложение. – Отозвалась я.

33.

В ходе обсуждения на полный желудок выяснилось следующее.

Узнать каких гостей и как кормить - нам не дано. Собственно, пока гости к столу не явятся, мы может только лишь запасаться провизией. Минус шесть предыдущих рас, остается зежеее сто двадцать четыре, и готовить нужно с учетом их предпочтений. Для кого-то варить или запекать, для кого-то просто ягоды откатать, а для кого-то в сыром и живом виде.

- Не переживай ты! В этот раз все обойдется. Повелитель, заблаговременно приготовит угощение для гостей.– Пообещал Нардо, словно в прошлые разы Люциус на жертвенниц рукой махнул.

- Ага, и подать успеет, прежде чем нас съедят?

- А с этим сложности. – Согласился черногривый. - В четвертый сбор жертвенницы и пискнуть не успели…

- Чельд! Замолчи ты! – двинула его подушкой, которую взяла с кровати. – Лучше по второму пункту давай. Что там со зверюшкой?

- А ничего. – Ответил он тихо.

- Это как «ничего»?

- Девы, которые его увидели, сразу же вернулись домой.

- Это что же, от инфаркта?

- От вида. Правда, одна задержалась. – Заметил он задумчиво.

- Да? Она что ж сделать успела?

- Бегала от него по клетке, визжала… - махнул рукой черногривый, - пока он сам не сжалился и лапой…

- Молчать! – он и замолчал, сидит, улыбается.

- Что страшно?

- Не то слово… - зябко стало, руки свои потираю. - Я ж не те девицы. Если тут помру, обратно не вернусь.

Он пальцами щелкнул и меня пледом подлетевшим накрыл. По рукам погладил:

- Не робей, с твоим-то везением тебе робеть нельзя.

- Как же, нельзя? Можно! У меня сердце крепкое, от вида псины на месте не помру. Буду бегать, визжать и ругаться, пока он…

- Не о том думаешь. – Остановил он меня. - Ты вот что… Как рассвет в доме Повелителя думаешь встретить?

Так я ему о недрах горящих и рассказала. Странное дело, он даже повеселел, когда определение рассвета на языке Дарлогрии нашел. По всему выходит, что это сияние желтое поднимающееся из-за горизонта.

- Устроить разрыв земель вблизи от дома и все проблемы, - решила я. - Вариант проще некуда.

- С рассветом да, а вот с хоромами нет. – Ответил чельд.

- Не поняла, поясняй.

- Человеку в родовом замке Его Величества не жить.

- Это где у них замок родовой? - мое удивление было обоснованным, все же после домика Рекоции я готовилась к самым странным вариантам «внутриутробной» архитектуры подземных чертогов. – Замок в желудке Цербера?

- Нет, в жерле вулкана, - улыбнулся Нардо, - который расположен в центре Аида высится. Температуры для жизни жертвенниц непригодные.

- Разве что Дельту-феникса послать, - предложила, а саму сомнения одолевают.

- Эй! – позвал веселый черногривый. – Ты чего бледнеешь?

– Нардо, это что же Темнейший после свадьбы вдовцом сразу хочет стать? У него ж невеста без дьякольских кровей.

- Для жены возведен дом особый. – Он ответил с таким неподдельным восхищением, что не спросить – где стоит домик, было бы глупо.

- Где?

- В сто двадцать девятом мире.

- А жертвенниц туда пустить нельзя? – спрашиваю с возмущением, а саму аж злоба берет.

- Это свадебный подарок!

Чуть не завопила от такой несправедливости:

- Чельд с подарком! Она не увидит его, если мы не справимся.

- Галя! По нашим традициям не положено!

- А вот теперь по вашим традициям! - руки в боки и с наездом на него. - Так что, мне разорваться?!

- Зачем? – опешил черт.

- Чтоб за всеми традициями поспеть?

Вот тут над нами что-то заколотило об стены, зарокотало, а затем и завыло.

- На очнувшихся жертвенниц похоже, - сообщила я. – Вышли из стазиса?

- Это не они. Подожди… - Нардо удалился в портал, который раскрыл справа. Гул был тревожным, нарастающим, требовательным, поэтому он в спешке забыл портал закрыть или хотя бы малость прикрыть. В общем, так и вышло, что сижу я на полу и не подслушиваю, а просто слышу, о чем в другой комнате говорят. Слова приветствия были громкими и радостными. Наверняка, звонит очень близкий представитель женского пола.

Вначале они говорили о прихотях бабули весело и с огоньком, а затем о чем-то очень важном. Во всяком случае, так показалось. Неизвестным образом я очутилась вблизи портала. Слова вопрошающего не слышны вовсе, а вот слова ответчика отчетливо.

- Нет. Это ничего не значит. Да, Повелитель попросил сопроводить одну из жертвенниц.

«Ага! Обо мне, о хорошей, говорят. У меня все-таки на информацию интересную чутье»

- Нет, не хорошенькая, миленькая.

«Чего? Я просто миленькая?»

- Как избрал? Не знаю. Но она через каждое второе слово поминает наше племя.

«Еще бы вас не поминать, чельдей проклятых»

- Нет, на ней я жениться не собираюсь.

«И слава Богу! Хотя… что ж это я не настолько мила?»

- Нет, он избирал сам. Да остальные тоже у меня. Какие вкусы?! О моих никто не спрашивал.

«Если я не подхожу, то что же там за вкусы?!»

- Да так себе. Стройная относительно… ухватиться есть за что, и посмотреть тоже есть на что.

«Что, и это все? А как же глаза, волосы, кожа потрясающая, юмор великолепный? Умная, добрая, активная, позитивная? Готовлю замечательно! Ирод!»

- Да, уже видел. Нет, трогать не разрешено.

«Это что же, он там видел? То, что трогать не разрешено? А?!»

- Да, ты у меня единственная такая, самая-самая. – Завершив разговор, он усмехнулся. - Ну, младшенькая, ну дает!

«Ага, как же, младшенькая, - с горечью думала я, возвращаясь на свое место. - Все они у вас вначале младшенькие, а потом самые сладенькие»

И я расстроилась. Расстроилась так, что пошла пить, его не дождавшись. Все равно после обрядов не выживу, зачем откладывать?

Остальное я помню отрывками…

Первый отрывок: бес Степаненко застукал меня за пьянством. Очень не вовремя пришел – только к бутылке с вином приложилась. Бутылку забрал, и, понятное дело, «спасибо» не услышал. Зато потребовал объяснений. Я и объяснила, что в ужасе от грядущего и предстоящего, а еще тут гад и чельд, сволочь мерзопакостная все настроение испортил.

Что за чельд, бес не понял. Видимо, после этого я решила показать - кто такой этот мифический чельд. Иначе как понять отрывок номер 2?

Второй отрывок: я, в борьбе за справедливость и в попытке вернуть прежнее сквернословие, целую Нардо. Я целую, затем, кажется, он целует... Но тут же назвала его чельдом и потребовала, чтобы руки не распускал. Выходит: целовались мы потрясно и зря.

Третий отрывок: старания были неэффективными, но внимание свыше привлекли. Разразился над нами гром и из уже знакомого затемнения послышался один из самых красивых голосов. Как ни странно, на Нардо он не ругался за небывалую вольность, а попросил послать к нему меня.