Также в последнее время обдумывали способы по ликвидации Гаусса, который стоял на пути к вершине башни. Фролов не скрывал своего желания узнать тайны Цитадели. По нему это видно было, когда без посредника в виде Призрака общались. Удалось же встретиться на нейтральной территории, когда сорок дней прошло после смерти Марины. Дмитрий был видным общественным деятелем, и на поминки он многих из администрации пригласил, не только старейшину Новоантареса. Амос еще с подозрением отнесся к решению Марка принять предложение, но глава аргументировал тем, что нет никаких оснований отказываться, да и совесть мучает его, что являлось чистой правдой.

Когда Фролов встретился с Аппогеевым, то заместитель тут же забил тревогу и начал совместно с начальником прослушивать их разговор. К сожалению, камеры в том кафе не охватывали всю территорию, на что Амос в своём духе ругнулся. И поэтому они только слушали, как Дмитрий интересовался у Константина насчет его службы, каких успехов уже добился, нашел ли свою любовь. Про Марину ни слова не сказал, слишком уж больно ее вспоминать. Затем плавно перешел к главному - к личности Императора. Рассказал о противостоянии Ваалстанина и Кенси с исторической точки зрения, а затем выслушал мнение Аппогеева, который упомянул взятие Оттако и падение империи Сирос. Вот только как сбежал Кенси, Константин не знал.

Марк не совсем понимал, как подобное общение открывает доступ к новым воспоминаниям Восьмого. Вместе с Амосом сначала подумали, что разговор поддельный, но даже агенты ОСБ, сидящие тогда в том кафе предоставили точно такие же сведения. Поэтому Марк решил немного повременить с проведением косвенного нейроволнового контакта, сочтя помощь Фролова сегодня малополезной. Ничего страшного, завтра старейшина все равно планировал лично пообщаться с Константином, когда он со своим отделением выступит в «Сапфире-2».

На торжественном мероприятии собралась практически вся администрация округа Цитадели, некоторые члены Планетарного Совета и даже сам президент почтил своим присутствием. Десять лет назад началось строительство тренировочного комплекса «Сапфир-2», и только сегодня двери для посетителей открыли. Многие упрекали новоизбранного старейшину Новоантареса в растрате государственных средств на столь малозначимый и дорогостоящий объект. Однако Гаусс все же повилял на президента системы Солнца, который и дал добро на возведение исполинского сооружения. Быть может, начальник ПСБ еще тогда задумывал превратить Землю в центр Четвертой Гвардейской армии, поэтому и прилагал все свои усилия для реализации планов Марка, предложившего построить «Сапфир-2», находясь под впечатлениями первого.

На церемонии открытия старейшина Новоантареса первым выступил перед публикой, он поблагодарил правительство за оказанную помощь, рабочих за проявленное усердие и всех граждан за столь долгое терпение. Затем выступил и сам президент, дополнив слова Марка. Он заявил, что перед Землей открываются новые перспективы, она возвращает свое былое величие, и вскоре сам Император посетит ее, одарив своим вниманием. После президента также выступили и многие другие, и уже в обед двери в «Сапфир-2» открылись для всех желающих, а самое лучшее отделение из учебного центра было удостоено чести первыми пройти испытание.

Праздник начался, и народ разошелся по местам развлечения, в одном из которых велась прямая трансляция с различных ракурсов из виртуальной реальности тренировочного комплекса, где молодые гвардейцы показывали свое мастерство, среди которых был и Аппогеев. Марк с такой гордостью за ним наблюдал, как можно было наблюдать только за своим сыном, достойным похвалы. Но неожиданно раздался звонок Амоса, а точнее пришло короткое голосовое сообщение, требующее немедленного подтверждения. «Красный код», - говорилось в нем. Красный код... В последний раз эту команду Кио получил давным-давно, когда еще Гаусс был начальником ОСБ. Тот вызвал Марка к себе, чтобы сообщить о приказе на выполнение поступившей операции «Остантон». Красный код сигнализирует о чрезвычайном происшествии, требующего немедленного принятия решений. Если сообщение приходит без подробностей, то необходимо срочно явиться в штаб, где менее вероятна утечка информации. На уровне округа этим штабом является кабинет начальника ОСБ, как одно из самых защищенных мест в Цитадели, само по себе являющейся неприступной крепостью. Хоть в прошлый раз Гаусс явно погорячился, отправив этот сигнал, ведь никакой срочности тогда и не было, но от подчиненного получить красный код уже было совсем другим делом.

Кио немедленно вызвал свой гравимобиль и не успел даже сесть в него, как получил сообщение уже от Гаусса: «Капитан Марк, немедленно явитесь ко мне в кабинет. Красный код». Ситуация приобретает скверный оттенок, если оповещение прошло столь быстро аж до самого верха. Неужели нападение?! В этом случае дежурные офицеры уже должны были поднять свои антитеррористические подразделения для отражения нападения и действовать согласно текущей обстановке до получения приказов от командира, которым Марк и являлся. Правда, только на уровне округа, это вот Гаусс верховный главнокомандующий Вооруженных Сил Земли, в частности Четвертой Гвардейской армии. Раз красный код сначала дошел до Гаусса, после чего спустился вниз до Марка, значит, начальник ПСБ уже владеет всей информацией и предпринял необходимые меры для устранения угрозы безопасности Земли. Действительно, скверная ситуация, раз наблюдается происшествие масштабов всей планеты, если вовсе не всей системы Солнца.

Гравимобиль тронулся, но тут же его перевернуло, смяло и разорвало пополам. Снаряд взорвался неподалеку буквально в нескольких сантиметрах. Кио мгновенно выскочил из машины, не оценив даже состояния здоровья своего личного водителя, который уже никогда не проснется. Бомбардировка? Нет, артиллерия. Как такое возможно? Однако в следующий миг Марку стало все прекрасно ясно, когда увидел нападающих зелмутов. Их было много, явно больше сотни, а появление мутантов как раз связано с пси-излучением, которым и подверглись артиллерийские силы. «Военная тревога!» - раздался голос дежурного офицера, который громко звучал везде. - «Всем курсантам действовать согласно боевому расчету! Это не учение! Военная тревога!..». Скверная ситуация. Курсанты же не объединены в единую нейроволновую сеть системы массового оповещения, вот и приходится по открытому каналу их спасать. Если их спасают, значит, все же началась война...

Первой мыслью Марка была необходимость в обеспечении безопасности объекта №8, который сейчас слишком уязвим, ведь разум его находился в виртуальности. Однако технический персонал должен был уже остановить работу «Сапфира-2», если только техники ознакомились с инструкцией на случай нападения, что маловероятно, специалисты ведь еще не успели пройти обучение. К тому же паника настигла их. Все это гласит о худшем исходе событий. Стоило бы вмешаться, но, к сожалению, Марку приказали немедленно явиться в штаб ПСБ. «Слишком скверная ситуация», - подумал Кио, глядя как зелмуты уже штурмуют тренировочный комплекс. «Все-таки нельзя бросать юных гвардейцев», - такое решение принял Ридстоун и бросился в бой, предварительно оповестив Гаусса, что пути отступления перекрыты, поэтому и в штаб явиться он не мог. Также отправил сообщение Кресту и Лизе, чтобы они ценой своей жизни оберегали Аппогеева. Объект №8 ведь стал кем-то наподобие сына для старейшины, который потерял всю свою семью, поэтому Марку так важно было знать, что Константин останется жить, даже если потребуется отдать собственную жизнь.

Ввязавшись в бой, Кио с облегчением отметил, что наконец-то пригодилась его привычка постоянно ходить в гвардейской броне Лотос-4 с полным вооружением, пускай и без шлема, ведь сегодня он точно не понадобится. Сейчас другие императорские гвардейцы не находились рядом, с которыми можно было бы поддерживать связь по закрытому нейроволновому каналу. Кругом одни солдаты бывшей АНС, укомплектованные Скаутом-3, а они Марку практически бесполезны. Правда, защитные и боевые функции шлема пригодились бы, но Ридстоун привык анализировать обстановку своими глазами, а его кожа вполне способна была выдержать различные физические воздействия.