Неожиданности после встречи с командующим не закончились, забавным было еще то, что командиром моего подразделения «Стилет», которое сформировалось буквально пару дней назад, оказался Гаусс. Парень сразу же отказался от своих слов про ангелочка, дьяволицей теперь меня прозвал, но это же в шутку, я с Гауссом очень даже неплохо поладила. И была совсем не против, что находилась в подчинении у него, хоть парень и был слабее меня. По званию стоял ведь выше, аж целым старшим лейтенантом оказался, прослужив пять лет императорским гвардейцем, тогда как мне только-только присвоили всего лишь лейтенанта вместе с новым именем - Лаоми. Сотни лет назад в Третьей Гвардейской армии сержантом же ходила. В ГСБ, где по-прежнему числилась, своя иерархия существовала, и мне было запрещено говорить даже своему непосредственному командиру Гауссу о своей принадлежности к структурам, а службе безопасности в свою очередь было запрещено говорить о «Рассвете», в котором все еще состою. «Рассвет» не прекращал распространять свое влияние, и я всецело в этом ему помогала.

«Стилет» сначала состоял всего лишь из семи человек, и все они были боевыми нейпсиликами. Правда, всего лишь первого уровня за исключением Гаусса и меня, но ребята были толковыми. Целью первой же нашей миссией было уничтожение группы маток сквигов, находящихся в общей системе подземных переходов, в то время, пока Вторая Гвардейская армия отвлекала целые полчища насекомых на себя. Не знаю, на что рассчитывал генерал Тайзай, но мы посчитали эту миссию чистым самоубийством. Но приказ есть приказ. Раз наша группа была маленькой, то и шума старались не создавать. Однако не все оказалось столь гладко.

Несколько недель провели мы в бесконечных подземных лабиринтах, оставшись абсолютно наедине с ужасом глубин. Все пути к отступлению давно уже были отрезаны, поэтому оставалось лишь идти с боем вперед. Тогда я и почувствовала разницу между третьим уровнем и вторым. Все мои братья по оружию, включая самого Гаусса, испытывали огромные трудности с применением нейпсила. Свои запасы были уже исчерпаны, а под землей использовать энергию природы практически невозможно, потому что ее там почти нет. Отсюда и слабость всего подразделения за исключением меня, ведь я каким-то непонятным образом черпала силы из поверженных врагов, становясь все сильнее с каждым боем. Вот тебе и третий уровень. Моим преимуществом и воспользовались, оставив право атаковать лишь мне, остальные же члены полностью концентрировались на поиске маток и, естественно, на своей же защите. Наверное, на такую тактику Джикан Тайзай и рассчитывал, отправив нас на самоубийственное задание, которое мы на удивление выполнили без потерь. Правда, слишком долго просидели в песчаных туннелях, слишком часто питались одними лишь корешками, да мелкими жуками, утоляя жажду их соком. Подземные реки на планетах Галландия встречаются крайне редко, а связано это было с деятельностью сквигов. Вот такие условия жизни продлились в итоге около двух месяцев, после чего нас отправили в отпуск на такой же срок для реабилитации.

С тех пор «Стилет» заслужил доверие всего батальона «Штурм», став самым малочисленным, но одновременно и самым сильным подразделением, которое использовалось исключительно в тех операциях, что требовали молниеносного удара в тылу противника. Это уж потом сформировывались все новые отряды, одним из которых стал защитный, командиром которого назначили меня. Туда входили нейпсилики, сильной стороной которых являлась поддержка. Кто-то накладывал щиты, кто-то умел исцелять, а были и те, что могли усилять. В общем, весь отряд подбирался чисто под меня, чтобы в наиболее экстремальных условиях справляться с любой задачей, будь то защита кого-либо или же уничтожение чего-либо, прибегая к той тактике, что использовалась в первой моей миссии. Уж больно удачной она вышла. Еще у меня появилась нештатная должность, и ее в подразделении считали наиболее значимой, ведь была наставницей для всех нейпсиликов, потому что считалась самой опытной. Даже Гаусса первое время обучала, уж больно расстроило его то поражение на чемпионате.

К концу семнадцатого столетия я хоть и выросла всего лишь до капитана, занимая должность заместителя командира подразделения «Стилет» - командира защитного отряда, но наград уже получила больше многих полковников и даже генералов, а самой ценной из которых оказался Орден Влароса, врученный лично Императором. Я стала первым капитаном в истории Империи, удостоившись такой чести. Монарх еще на эту тему пошутил, что, может, имеет смысл отменить свой указ об очередности присвоения воинских званий, запрещающий гвардейцу становиться старшим офицером, прослужившему менее пятидесяти лет, иначе бы я уже генералом стала. Но на самом деле это оказалось не более, чем обычной шуткой, потому что кроме как почета и известности во всем Вларосе я более ничего и не приобрела. А жаль, потому что «Рассвету» очень даже хотелось иметь в своих рядах императорского генерала. Да и ГСБ на меня особые планы уже построила, намекая на опасность со стороны генерала Джикана Тайзая. Контролировать его становилось все сложнее, Тайный Кабинет начинал бояться командира батальона «Штурм», потому что власть его непрерывно расширялась, а сам он метил на должность командира всего Императорского полка, иными словами на кресло военного советника Императора. Я же стала негласной командующей второго оборонительного эшелона повстанческих сил «Рассвета», выше меня был лишь главнокомандующий, которого никто вживую еще не видел. Мне ловко удавалось совмещать все три мои роли: лидер повстанцев, агент ГСБ и имперский гвардеец. Везде меня преследовала удача.

В 1810 году, спустя пятьдесят лет после присвоения мне лейтенанта, и за месяц до получения майора, потому-то эту дату я запомнила, Гаусс к нам в «Стилет» привел какого-то мальчишку. Уж больно он невзрачным и зажатым оказался, да и аура у него буквально трескалась постоянно от внутренних противоречий, хотя лицо оставалось неизменным. «Пытается себя контролировать», - я еще усмехнулась тогда. Марк, прости меня, если ты это читаешь, но именно этим меня изначально и заинтересовал. Целую с любовью.

Я кокетливо подошла к мальчику и произнесла лишь одно слово: «извините», играя роль скромняги, покусывая нижнюю губу и играя своими глазками. Такой подход обычно всегда срабатывал на замкнутых мужчинах, чтоб они почувствовали себя увереннее перед более скромной девушкой, но Кио словно проглотил язык, не зная как отреагировать. Сразу стало ясно, что кроме ужасов войны парень и не видел ничего. Почему-то меня это еще больше привлекло, захотелось подарить ему уют и тепло, чтобы Ридстоун быстрее влился в коллектив, а то с таким настроем он вечно будет отстраненным. Я уже представила, как его защитные способности будут компенсировать уязвимость целителей в моем отряде, принимая весь удар противника на себя, но тут подошедший Гаусс нарушил наш немой диалог.

- Тиана, ты чего? Прям как девочка малолетняя.

- Майор Гаусс, прошу меня извинить, а это наш новенький? - я бросила беглый взгляд на Марка и уже с серьезным выражением лица повернулась к командиру, нарушившему отлаженную мою тактику по соблазнению мужчин.

- Ага, мой мальчик Марк, - с гордостью ответил Гаусс и с улыбкой тут же повернулся к нему. - Марк, расслабься. Это у нас Лаоми - ангелочек во плоти. Правда, советую ее не злить, она страшна в гневе, особенно когда превращается в дьяволицу, - при этих словах он рассмеялся, но тут же осекся, получив удар локтем под недовольный мой взгляд. Чего он тут болтает? Так только все испортит.

- Я Тиана Лаоми, - резко протянула руку Марку, отбросив тактику скромняги. Теперь напором паренька решила брать. - Рада познакомиться.

- Угу, - промямлил он и осторожно пожал мою миниатюрную ручку.

- Майор Гаусс, а Марк, получается, вступает в мой отряд?

- С чего ты взяла? - удивился Гаусс.

- В смысле? А разве он не является нейпсиликом? Причем довольно сильным, это же невооруженным глазом видно, - я попыталась отстоять свою точку зрения. Марку ведь самое место в моем специализированном отряде, который когда-то был защитным.