– Айша…– обессилено завыла я.

– Обещай, Лейла…стань мамой моему Ильясу…Умо-ляю, – ей становилось говорить все труднее, но она не переставала этого делать, – на коленях прошу...

– Молчи, Айша, молчи! С тобой все будет хорошо! Ты сама воспитаешь сына. Не сдавайся, Айша. Борись ради сына, – сквозь рыдания пыталась я достучаться до неё.

Девушка медленно покачала головой и уже совсем тихо попросила:

– Обе-щай мне.

Закрыла глаза, проглатывая слезы. Дрожащими руками я сильнее прижала к груди малыша и кивнула:

– Я обещаю, Айша. Обещаю.

Подруга облегченно выдохнула в последний раз:

– Спа-сибо.

Её глаза остались открытыми, а рука, держащая ладошку сына, обессилено упала. Меня накрыла настоящая истерика, когда я больше не услышала мерного писка приборов. Аппарат странно запищал, сводя меня с ума, в палату вбежали еще трое врачей, когда тот, что рядом со мной закричал "она потеряла сознание".

– НЕТ, АЙША, НЕ УХОДИ! АЙША! – С криком я бросилась к подруге, но несколько врачей буквально оттащили меня от неё и вывели в коридор, как раз в руки Амиру, который только что прибежал.

– Спаси её, Амир, умоляю тебя!

Я готова была на коленях просить, лишь бы он смог её вытащить из вечного чёрного плена. Ноги уже не держали меня, и я вот-вот могла рухнуть на пол.

Чувствовала, как воздуха стало не хватать, и земля уходила из-под ног. Последнее, что отчетливо отпечаталось в сознании, это как передала Ильяса в руки эль-Хади со словами «я сейчас упаду» и медленно осела на пол. Крепкие руки не дали мне упасть, и я все ещё была на грани сознания, поэтому всех окружающие слышала.

– Саид, присмотри. И чтобы ни один волос…– пригрозил Амир. Этот самый Саид дал мне понюхать какую-то гадость, напоминающую нашатырь.

Я широко раскрыла глаза и откашлялась. Под мои возмущения мужчина проделал это несколько раз и мне стало лучше. В этот момент я заметила, как Амир передаёт плачущего Ильяса в руки медсестры и что-то ей говорит.

Во мне поднялась волна гнева и я подскочила к ней, отбирая малыша.

– Отдай мне его, слышишь?! Это мой ребёнок!

В этот момент мной руководили эмоции. Сама не понимала, что творю. Я ведь обещала ей заботиться. Я с самого начало любила мальчишку, и теперь он остался без мамы. Не могу позволить ему ощутить те же пустоту, и пройти страдания, через которые прошла я.

Шокированная медсестра не хотела отпускать дитя, но посмотрев на Амира и дождавшись его разрешения отдала мне Ильяса.

– Тише маленький. Я с тобой, – шептала я притихшему малышу, укачивая его на руках.

– Останься с ними и выдели палату. Саид будь рядом, – отдал Амир последние указания медсестре и телохранителю, что был со мной все это время, и вошёл в операционную к Айше.