– Я везде тебя найду.

В тишине, нарушаемой безмолвным плачем Лейлы, мы сидели крепко обнявшись. Уж лучше бы она в голос расплакалась, чем так. Мне стало невыносимо видеть её страдания. Я не знал, что нужно делать, но хотел скорее прекратить эту пытку.

Аккуратно взял на руки жену и повёл в душ. Развязал халат, отбросил его в сторону и поставил притихшую девушку под струю тёплой воды. Как есть, в одежде я встал рядом с ней. Мои вещи полностью промокли, но мне было плевать. Главное сейчас забота о ней. Я выдавил на руку немного шампуня и решил начать с её длинных волос.

Чистую и раскрасневшуюся от воды девушку я завернул в большое махровое полотенце.

– Я сейчас, – произнёс я, собираясь взять из спортивной сумки, что уже должна была быть в номере, свою сменную одежду.

Она кивнула.

Я ушёл. Быстро скинул с себя мокрую одежду, надел рубашку и штаны, и, взяв с собой белую футболку, вернулся к жене. Надел на неё вещь, которая длинной доходила до середины бедра, после чего, за руку провёл в спальню.

Лейла села на край кровати и заговорила первой:

– Спасибо. Мне легче.

Она прятала от меня свой взгляд. Я не мог на это смотреть. С тяжёлым вздохом отвернулся и вышел в гостиную, куда мне должны были доставить ещё кое-что очень важное. Взял приготовленный стакан воды, противозачаточные таблетки и вернулся в комнату. Лейла сидела все в той же позе.

– Амир, Ильяс и Рания в порядке? Они не пострадали? – тихим, едва слышным, голосом спросила она.

– С ними все нормально. Не переживай, скоро вы увидитесь. Сыну было плохо без тебя.

Лейла грустно улыбнулся и я не стал больше ждать. Протянул ей воду и лекарства.

– Выпей это.

Послушано взяла и без лишних вопросов сделала как я сказал. Но спокойнее от этого не стало. Врачу показаться мы должны как можно скорее.

– Ты не пойдёшь в душ? – спросила супруга.

– Да. Скоро вернуть. Я оставлю дверь открытой на случай, если вдруг тебе станет плохо заходи или просто крикни. Я тут же приду.

– Хорошо.

Бледное личико сново изобразило слабую улыбку. Я не стал ждать и вышел. Спустя считанные минуты я вернулся в спальню. Лейла лежала на постели, свернувшись калачиком и тихо посапывала.

Что ж. Оно и к лучшему.

Приблизился к кровати и, оставаясь в штанах, лёг рядом с ней. Я притянул девушку к своей груди, и накрыв нас одеялом, под мерный стук её сердца, уснул.